Тыквенный латте для неприкаянных душ - Карла Торрентс

– Что ж, значит, не я один, – перебил Алек. – Не забывай, я умер много лет назад.

– Ну кое-что у тебя очень даже живо, – рассмеялась Пам, – я это заметила.

И они больше не разговаривали. Он взял ее на руки и поднялся по лестнице.

Они раздевались медленно, лаская друг друга, без спешки, очарованные друг другом, пока не рухнули обессиленные на кованую кровать.

Пам, сидя на нем, кончиками пальцев скользила по твердым линиям тела Алека; по его животу, по груди, по рукам. Юноша делал то же самое, целуя ее, восхищаясь каждым изгибом.

Они соединились очень естественно, позволяя вести себя тому, чего просила душа.

Они не старались продемонстрировать опыт, ведь ни один из них раньше не ложился в постель с кем-то по любви.

Они двигались вместе, целовались сотни раз, потому что не знали, подарит ли им жизнь удовольствие сделать это снова, хотя у Пам были свои теории. После они рухнули, вспотевшие, обнимая друг друга, восстанавливая дыхание.

Закончив, они снова восхищались друг другом, снова обнимались и снова смеялись.

– Я бы отдал что угодно, чтобы быть живым…

Девушка почесала рога, встала с кровати и задумчиво прошлась по комнате обнаженной.

– В последние дни я кое о чем думала.

– Я слушаю. – Алек немного приподнялся, следя за ней глазами, и фавна взяла ножницы с туалетного столика. – Только не убивай меня, – пошутил он.

– Дай мне постричь тебя.

– Волосы?

– Да, волосы. Совсем немного. Волосы – это органические остатки, а сейчас ты жив. Если у меня будут твои органические остатки, мы сможем видеться часто. Хотя бы раз в двадцать восемь дней. Лучше, чем ничего, верно? Я могу и зуб тебе вырвать, если хочешь; мы проверили, они отрастают заново, – она подняла бровь, и он рассмеялся. – Если моя логика не подводит, это сработает.

– Я не сомневаюсь.

Девушка решительно приблизилась, но, когда ножницы оказались в нескольких сантиметрах от юноши, он остановил ее, обхватив ее запястье рукой.

– Подожди.

Он аккуратно отобрал ножницы, убрал на прикроватную тумбочку. Она нахмурилась.

– Что ты делаешь? – спросила она. – Если не хочешь, чтобы я испортила тебе прическу, я могу…

– Подожди.

– Чего? Не то чтобы у нас было много времени, чтобы сидеть и размышлять о…

– Памьелина, – перебил он, – выслушай меня, – попросил он.

Он обнял ее и притянул к себе, с нежностью прижал к груди. Она подняла взгляд, и их глаза встретились.

– Ты уже давно даришь мне счастье, такое счастье, которое я не испытывал годы, десятилетия. По правде говоря, я думаю, что никогда не знал такой радости.

Пам лукаво улыбнулась.

– И я говорю не только о том, о чем ты думаешь, – продолжил он. – У меня никогда не было особой ясности в мыслях, разве что изредка. Но одна ночь каждые двадцать восемь дней? Не пойми меня неправильно, для меня этого было бы более чем достаточно. Должен признать, твое предложение манит меня больше, чем должно. Но для тебя? Разве этого достаточно для тебя?

– Да, – декларировала она, стирая улыбку с лица.

– Ни в коем случае.

Пам резко выпрямилась.

– Я достаточно взрослая, чтобы принимать собственные решения, я делаю это с того момента, как начала себя осознавать, Алек.

– Я отказываюсь обрекать тебя на жизнь в вечном ожидании. Ты заслуживаешь гораздо большего, чем разговоры через зеркало и редкие ласки.

– Это я решаю, что я заслуживаю, чего хочу! Этот выбор – за мной. И я выбираю это. Мне все равно, какой интервал будет между нашими встречами, я не хочу, чтобы они закончились сегодня ночью. И у меня есть решение, черт возьми! – Она в отчаянии вскочила с кровати. – Так что не надо мне рассказывать сказки о том, что ты уходишь ради моего же блага. Если ты уходишь, то потому что ты этого хочешь!

Она ходила кругами по комнате, как ребенок в истерике, выкрикивая бессмысленные слова сквозь дрожь ярости и разочарования, и не остановилась, пока Алек не принял ее в свои объятия. Тогда она разрыдалась.

* * *

Ведьма из прошлого наконец узрела свою судьбу.

У нее появилась седина, но благодаря чарам грива еще оставалась красной, яркой, как роза в самом расцвете своего цветения, как кровь, что сочится из неосторожных пальцев, прикоснувшихся к ее шипам.

– Эта деревня похожа на сон, – восхитилась она, увидев ее. Она медленно пошла вперед.

Дойдя до площади, она оперлась на посох и вежливо поздоровалась с людьми, празднующими ночь синей луны. Водяной отложил свою трубку на стол, выпустил дым и приблизился к ней.

– Добрый вечер, мэм. Меня зовут Джимбо, – представился он, – очень приятно познакомиться. Хотите что-нибудь выпить? У нас есть все, еда и напитки. Что вам угодно? Присаживайтесь, вы выглядите уставшей.

Пожилая женщина улыбнулась.

– Добрый вечер, Джимбо. Я Алина, и мне тоже очень приятно. Благодарю за бескорыстное гостеприимство, дитя, но я пришла сюда повидать Алека. И мне нужно поторопиться, потому что у меня осталось не так много времени.

Водяной ничего не понял, но в то же время почувствовал, что намерения этой незнакомой женщины были благородны.

– Конечно, – сказал он, – я провожу вас. – Он предложил ей руку, она приняла ее.

– Спасибо, молодой человек.

– Не за что.

Они вместе пошли к таверне.

– Вам сюда, – сообщил парень. – Постучите, и вам скоро откроют.

– Еще раз спасибо, молодой человек, – она погладила его по щеке. – Ты заслуживаешь всего самого лучшего, и жизнь обеспечит это тебе благодаря твоим усилиям, искусству и упрямству. А теперь иди, возвращайся на праздник, друзья уже скучают по тебе. Беги, беги.

Джимбо, ошеломленный, повиновался.

Ведьма весело постучала в дверь.

Пам и Алек, озадаченные, быстро оделись. Затем они вытерли глаза и спустились в столовую.

Пам встретила пожилую женщину, поздравила ее с синей луной, изо всех сил стараясь скрыть слезы, и предложила руку, чтобы помочь ей сесть за ближайший стол.

– Спасибо, Пам, – сказала ведьма, – ты очень услужливая девушка.

– Мы знакомы? – Фавна внимательно посмотрела на ведьму, та лишь улыбнулась. – Я… Я видела тебя раньше.

– Привет, Алек, – сказала ведьма, устроившись на стуле. – Вижу, у тебя дела идут хорошо. Почему вы плачете? Такая прекрасная ночь.

Юноша медленно подошел, задумчивый, несколько недоверчивый, внимательно разглядывая женщину, пока не достиг стола, за которым она сидела.

– Алина? – прошептал он. – Алина…

– Ты узнаёшь меня, – удивилась она.

– Что… что происходит? – спросила Пам.

– Она… – запнулся он. – Она та женщина, которая… В… В том мире.

– Расскажешь потом, – прервала ведьма, – у меня очень мало времени. Иди сюда и дай мне руки.

Алек согласился и сделал так,