Тыквенный латте для неприкаянных душ - Карла Торрентс
Прежде чем погрузиться в глубокий и заслуженный сон, Пам почувствовала страх. Это был не тот страх, что сопровождал ее с самого раннего детства, заставлявший бояться темноты, монстров или призраков. Нет, это был совсем другой страх, ибо прежде, чем закрыть глаза, она поняла, что влюбляется в того, кто десятилетиями был мертв, в того, кто никогда не будет принадлежать ей. В того, кого она сможет обнять и поцеловать по-настоящему, в первый и последний раз, всего на несколько часов, пока следующая синяя луна будет сиять в небе.
Она задалась вопросом, стоит ли все это того, есть ли в этом какой-то смысл, но усталость смягчила удар, ибо девушка сдалась изнеможению всего несколькими мгновениями позже.
Этой ночью Винни спала внизу, у огня в столовой.
* * *
Лучи солнца, проникавшие в окно, разбудили Клодин.
Женщина медленно поднялась с кровати, придерживая живот, достигший размеров средней тыквы. «Какой же ты тяжелый, малыш», – подумала она.
Она умылась, оделась, нанесла на губы бальзам и вышла за дверь.
Шеви, кормивший овец, бросил мешок с травой и семенами на землю и пошел ей навстречу. Он поприветствовал ее поцелуем и теплым объятием.
– Тебе не следует так много работать, Клодин, – прошептал он ей на ухо, – осталось немного, и тебе нужен отдых. К тому же с деньгами у нас неплохо.
– Я отдыхаю по ночам, дорогой, – ответила она, поглаживая его затылок. – Днем мое тело просит движения. Сегодня Пам добавляет в меню новое блюдо, знаешь? Несколько, на самом деле. Она назвала их «канапе», и их едят за один укус. Я пробовала их, это чудо, настоящий взрыв вкуса на нёбе. Заходи в таверну на перерыве. Как всегда, ты приглашен.
Он рассмеялся, кивнув, принимая ее предложение, и они попрощались еще одним долгим поцелуем.
Когда Клодин вошла в таверну, Винни обслуживала столы, разнося подносы на спине, а Пам ходила по столовой с блокнотом в руке, записывая заказы каждого клиента. Они поприветствовали друг друга жестом.
– Я постирала твой фартук! – воскликнула Пам. – Он висит на кухне, уже должен быть сухим! Не волнуйся, если увидишь…
– Спасибо!
Пастушка быстрым шагом направилась в комнату с печами и плитами.
– Доброе утро, Клодин, – сказал кто-то низким голосом и учтивым тоном.
– Доброе утро, – ответила она машинально, надевая льняной фартук.
Когда она обернулась и увидела этого невероятно высокого мужчину с черными волосами и темным взглядом, она коротко вскрикнула.
– Прости, прости, я не хотел пугать тебя.
– Ах… Не беспокойся, Алек, все в порядке. Я не ожидала увидеть тебя сегодня здесь… таким. Вот и все.
Она попыталась взять его за руку, чтобы поприветствовать как следует, но когда протянула ладонь, то не почувствовала ничего. Ее рука прошла сквозь него.
– Я все еще в другом измерении, – сообщил призрак, – но теперь мне легче являться.
– Ничего страшного, – рассмеялась Клодин. – Ты выглядишь… Ты выглядишь как настоящий человек; плоть и кровь, я хочу сказать. Но выдают тебя голубые блики. Как?..
– Пам и ее магия, – ответил он.
Девушка вошла на кухню.
– Как хорошо, что ты пришла! – обрадовалась она. – У нас куча работы, можешь заняться приемом заказов? – она протянула ей бумаги. – Мне нужно приготовить пятнадцать тыквенных латте, восемь порций белого вина с полевыми цветами, пять кофе со сливками и корицей, и еще один противень булочек с розмарином и чесноком. За столиком три также заказали пару тортилий из гусиных яиц с сыром и грибами; как только разберусь со всем остальным, займусь ими.
Пастушка кивнула, поправила фартук и направилась в столовую.
– Только не забудь про канапе, Пам! – крикнула она ей вслед. – Таверна заполнится в обед, мы анонсировали это на листовках, и теперь все только о них и говорят!
– Знаю, знаю. Спасибо, Клодин, если что – позовешь, хорошо? И если устанешь слишком сильно – возвращайся домой. Джимбо сможет тебя подменить.
– Не беспокойся, я справлюсь!
– Нет ничего зануднее, чем чистить перепелиные яйца, – провозгласила фавна. – Какая мука.
– Могу себе представить, – сказал Алек. – Если бы я мог помочь, я бы так и сделал. Но мы, мертвецы, не можем управляться с вещами. А перепелиные яйца такие маленькие.
– Мне только что пришла в голову идея, – сказала девушка, лукаво улыбаясь.
– Какая? Мне уже страшно.
– Во время следующей синей луны, когда я снова смогу вернуть тебя, ты поможешь мне освободить пятьдесят перепелиных яиц от их скорлупы. Если сделаешь все хорошо, ты сможешь принять горячую ванну, ту самую, по которой ты так сильно скучаешь, и заберешь с собой огромную чашку тыквенного латте с кучей сливок и молотой корицей, чтобы попивать его, пока будешь отдыхать наверху. В эту ночь твоя комната снова будет твоей. Если захочешь, я одолжу тебе свои цветочные соли и ароматические масла, и ты узнаешь, что такое наслаждение. Еще хочу, чтобы ты попробовал мои канапе и сказал, похожи ли они на те, что подавала в своем особняке твоя мама, потому что они выглядели потрясающе. Что скажешь? Договорились?
– Договорились, – сказал Алек. – Но я хочу еще кое-что.
– Жадность тебя сгубит, а?
Призрак рассмеялся.
– Никогда не плыл по течению, – сказал он.
– Я тоже. Но давай, скажи, что еще ты хочешь, посмотрю, смогу ли я это раздобыть.
– Я хочу поцелуй, – ответил Алек. – Твой поцелуй. Как думаешь, сможешь это для меня устроить?
Фавна вздрогнула, и дуршлаг выпал у нее из рук; она не ожидала такой просьбы, но быстро взяла себя в руки и вскоре ответила.
– Возможно, – сказала она, поднимая дуршлаг.
– Отлично, – улыбнулся он.
Пам попыталась продолжать готовить как ни в чем не бывало, но руки ее не слушались.
Фаршированные перепелиные яйца
Эти канапе – одни из самых любимых у наших гостей. Их приготовление – дело хлопотное и требует некоторого времени, но результат того определенно стоит.
Ингредиенты (на 20 канапе):
□ 10 сваренных вкрутую перепелиных яиц (и изрядная доля терпения, чтобы очистить их, не повредив)
□ Одна полная столовая ложка тунца в оливковом масле (лучше всего подходят консервы от торговцев с севера)
□ Одна столовая ложка сладкой горчичной заправки (или подобного соуса, для придания начинке нужной консистенции)
□ Икра осетра
□ Лайм (сок и цедра)
