Тыквенный латте для неприкаянных душ - Карла Торрентс

Огневики, однако, продолжали безмятежно спать.

– Райкх, Джимбо! – прокричала пастушка тоном, полным отчаяния, так не похожим на ее обычную манеру общения. – Просыпайтесь и поднимайтесь! Поднимайтесь! Поднимайтесь сейчас же! Пам ни на что не реагирует! Пам не просыпается!

Оба, встревоженные, выскочили из постелей и бросились вверх по лестнице, на ходу поправляя пояса, рубахи и обувь.

Водяной первым добрался до деревни.

– Где она? – спросил он. – Что, черт возьми, произошло?!

– В таверне, – сообщила наяда, – в своей кровати. Мы еще не уверены, что случилось, но у нас есть подозрения. Нам нужно больше информации.

Появился пират.

– Тогда пойдем в таверну, – сказал он.

Джимбо проигнорировал беспорядок в столовой, не захотел гадать, почему стулья и столы повалены на пол, не захотел ничего предполагать, ведь единственное, чего он желал в тот момент, – это увидеть сестру.

«Проклятье, Пам, почему я не остался здесь с тобой прошлой ночью?» – бушевал он внутри, терзаясь чувством вины.

«Потому что ты знал, что для обряда я хотела остаться одна, – ответила бы фавна. – Оставшись одна, я лучше концентрируюсь, ты же знаешь. И ты всегда уважаешь мои решения, так же как и я твои. Так что не зацикливайся на этом».

Он вбежал по лестнице в спальню девушки и обнаружил ее в кровати, неподвижную и на вид безжизненную. Винни дремала у ее ног.

– Пам! – ужаснулся Джимбо, и ему ничего не оставалось, как рухнуть на колени и обнять ее. – Черт! Черт! Черт! – рыдал он.

Спустя несколько секунд, когда юноша почувствовал, что приближаются другие, он собрался с духом и включил рассудок.

«Возьми себя в руки, – приказал он себе. – Встань и восстанови самообладание. В отчаянии ты не поможешь ей. Отчаяние – это не по тебе. Ищи решения, это у тебя хорошо получается».

Клодин, Шеви, Нилея и Райкх вошли в комнату Пам.

Наяда подошла к водяному и положила руку ему на плечо.

– Она не умерла, – сообщила она, – просто спит.

– Я знаю, – сказал Джимбо. – Я видел, как она дышит, чувствовал. Она не мертва, конечно, нет. Пам сильная. Что нам сделать, чтобы разбудить ее? И почему она в таком состоянии? Кто это с ней сделал? Это не мертвец сделал, взгляни на ее руку; там прокол, и она слишком…

– У нее на животе лежала записка, – вмешалась пастушка, – вот она, у меня. – Она передала бумагу пирату. – Что думаешь?

Райкх взял записку и внимательно изучил ее. Юный оборотень читал вместе с ним.

– Хм… – пробурчал пират, пробегая глазами текст.

Джимбо ничего не сказал.

– Ну и что? – спросила писательница, нервно почесывая затылок. – В этом есть смысл или кто-то над нами издевается?

Пират вернул записку Клодин и подошел к Пам. Он взял ее руку и осмотрел толстые синеватые вены, которые начали расползаться под кожей.

– Нилея, подойди, пожалуйста, – попросил он.

Наяда мгновенно подчинилась.

– Взгляни на эти вены, которые расходятся от раны, – указал он. – Они поднимаются вверх, доходят до подмышки Пам, до ключицы, и расходятся дальше, хорошо видишь?

– Да, вижу, – твердо кивнула женщина. – Вижу.

– Хорошо, – продолжил пират, – мне нужно, чтобы ты приподняла простыню и рубаху своей подруги и сказала мне, появились ли эти же синие линии на ее левой груди и животе. Если увидишь, что они тянутся до бедер или есть кровоточащая рана, также сообщи мне. Это важно.

Джимбо дрожал от неизвестности, но сдержался и заставил себя молчать. Последнее, чего он хотел, – это мешать целительным действиям, которые могли вернуть ему сестру.

– Понятно, – сказала Нилея.

– Отлично. – Райкх сделал жест рукой, и все, включая его самого, почтительно отвернулись.

Нилея раздела девушку и приступила к осмотру ее тела.

– Ничего не кровоточит, – доложила она с облегчением. – И синие вены не доходят до пупка. Левая грудь немного затронута, но не сильно.

– Хорошо, – кивнул Райкх. – Укрой ее снова, пожалуйста, Нилея. Как бы не простудилась.

– Что с ней случилось? – Джимбо больше не мог сдерживаться.

– Тот, кто написал это послание, – сказал пират, – сделал это, чтобы помочь. Отвечая на ваш предыдущий вопрос: да, то, что сказано в этой записке, имеет смысл. Беспорядок в таверне и нынешнее состояние Пам – не дело рук того злого существа, о котором гласят легенды, ходящие тут повсюду. На самом деле все указывает на то, что призрак, бродящий в этих краях, не злой. Или, по крайней мере, не совсем.

– Мне он никогда злым не казался, – вслух подумал Джимбо.

– А бандиты – злые, – уверенно заявил исполин. – У этих людей нет никаких угрызений совести. Они охотились на огневиков ради чешуи, и они вернутся, будьте в этом уверены. Я видел раньше такие банды, знаю, какие яды они используют, чтобы оглушить своих жертв, и, следовательно, знаю, как лечить Пам, чтобы она очнулась. Мне нужно всего несколько ингредиентов, и, к счастью, мы сможем найти их здесь, на лугах, среди прибрежных скал и под водой.

– Какие? – поинтересовался Джимбо.

– Я составлю список, – сказал Райкх.

Все, кто постоянно проживал в деревне, немедленно взялись за дело.

Клодин и Шеви взяли на себя управление таверной, периодически их поддерживала Нилея, которая отложила свои литературные обязанности и помогала подавать блюда, когда прихрамывающий капитан Шон Пилмер подменял ее, чтобы присматривать за спящей фавной на случай, если она волшебным образом проснется. Винни не отходила от нее.

С каждым днем клиентов становилось все больше и больше.

Райкх и Джимбо посвятили себя сбору необходимых для медленного исцеления Пам ингредиентов, роясь среди камней, среди сочных водорослей, погружаясь на дно, чтобы собрать кусочки кораллов, и исследуя луга и леса в поисках нужных цветов и трав, чтобы затем смешать их и создать снадобья, припарки, теплые компрессы и эликсиры.

Команда «Карины» временно прекратила восстановление корабля и сосредоточилась на охране деревни, ненавязчиво защищая ее жителей, морских огневиков и каждую постройку. Они наблюдали из-за углов, всегда настороженные, всегда безмолвные. Всегда верные приказам капитана и старпома.

Усилия Райкха и Джимбо увенчались успехом. Им удалось собрать все необходимое, чтобы обеспечить Пам нужный уход.

– Что мне делать? – спросил Джимбо в покоях своей спящей сестры.

– Заточи эти полые корни, – ответил Райкх, – они позеленеют, а потом побелеют. Возьми свой многофункциональный нож. Сделай растительную иглу.

– Зачем?

– Нам придется проколоть ее вены, толстые и синие, плохие, чтобы впрыснуть лекарство. Знаю, может показаться, что это жестоко, но это не так, Джимбо. Это крайне необходимо. А теперь продолжай. Шлифуй, затачивай. Как можно острее.

Джимбо повиновался и принялся вытачивать.

– Так? – Он показал результат своих трудов. – Думаю, так сойдет.

– Отлично, – сказал пират. – Давай