Проклятие четырёх ветров - Нина Шевелинг

– А ещё он пошёл за нами на кладбище, – вздохнул Билли. – Надо было сразу догадаться, что для Барнаби это слишком далёкая прогулка. Но мы так зациклились на дворецком, что даже спутали ружьё с тростью.

Кейт смущённо улыбнулась.

– Ну, в том тумане и правда мало что было видно.

– И тем не менее. Не надо было обвинять во всём Барнаби только потому, что он тупица.

– Уильям Периш! – укоризненно воскликнула миссис Гулливер, хотя ей с трудом удавалось сдержать улыбку. – А Этельда ничего об этом не знала? – спросила она.

– Нет, – ответил Гас. – Иначе она бы никогда не отправила Джонса за бриллиантом. Это вышло случайно. Наверное, он сам не поверил своим ушам. Но потом он не смог открыть проход на башню. А пока искал инструменты, мы его опередили.

Колокольчик над входной дверью звякнул – не впервые за время их беседы, но на этот раз Кейт почему-то посмотрела в ту сторону. В кафе вошёл Дэн Хьюз и направился к прилавку. Он указал на три черничных маффина, и миссис Бейкер положила их в пакет. Парень расплатился и обернулся. Встретившись взглядом с Кейт, он было замешкался, но она коротко кивнула ему. Дэн ответил таким же кивком и вышел к Карлу и Питу, которые ждали его на улице.

Миссис Фаррингтон заметила, как Кейт проводила троицу взглядом.

– Вы уладили свои разногласия? – тихо спросила она, чтобы остальные не услышали.

Девочка пожала плечами.

– Ну, друзьями мы уже не станем. Но он извинился. За тот случай с моим братом.

Старушка кивнула.

– Вот и хорошо. Как дела у Бена?

– Он справится. Я боялась, что он снова сбежит в свой космос. Но, похоже, брат привязался к старому Маркусу. Вечно у него сидит. А ещё я как-то оставила его ненадолго с Билли, потому что нужно было помочь маме в кафе. А когда вернулась, они так увлечённо обсуждали сказочных существ, что меня даже не заметили. Билли рассказал ему кучу всякого о нокерах и пикси и пообещал показать место на берегу, где, по слухам, жил великан.

– Похоже, они нашли друг друга, – отметила миссис Фаррингтон.

Кейт улыбнулась. Да, это верно. Точно так же, как пару месяцев назад она нашла Билли и Гаса в те самые дни, когда думала, что в этой глухомани совершенно нечего делать. Или, может, это новые друзья нашли её?

Кейт посмотрела на Билли, который клал себе второй кусок торта, и на Гаса, задумчиво уставившегося в пустоту. Если разобраться, их свёл ветер. Если бы в тот дождливый день он не бросил ей под ноги страницу из альбома Гаса… кто знает, встретились бы они вообще когда-нибудь.

Миссис Гулливер наклонилась к Гасу.

– Как у тебя дела с тётей? Старушка Этель бывает настоящей ведьмой, но в глубине души она не такая уж и плохая.

– Скорлупа твёрдая, сердцевина мягкая, – согласилась миссис Фаррингтон.

Кейт удивлённо подняла брови.

– Этель? Похоже, вы хорошо знаете леди Гренвиль.

Миссис Гулливер улыбнулась.

– Конечно, мы были знакомы. Этельду почти не выпускали из Даркмур-Холла: её родители не одобряли общения дочери с обычными людьми. Но мы вместе ходили на детские библейские уроки.

– Точнее, должны были туда ходить, – хихикнула миссис Фаррингтон. – Мы часто тайком забирались на церковную башню и просто болтали.

– Погодите-ка, – вмешалась Кейт. – Получается, инициалы на одной из балок в колокольне – «Здесь были Э. В. Э.» – оставили вы?

– Эдда, Вильма и Этельда, – подтвердила миссис Фаррингтон с улыбкой. – Это были мы. Но со временем мы выросли из библейских уроков. Родители Этельды рано умерли, и с тех пор она всё больше замыкалась в себе и всё реже покидала свой старый дом.

– Пожалуй, это не пошло ей на пользу, – задумчиво добавила миссис Гулливер. – Может, нам стоит её навестить? Что скажешь, Эдда?

Миссис Фаррингтон страдальчески поморщилась, но потом кивнула.

– Да, наверное, ты права. Заодно замолвим словечко за этого молодого человека, – добавила она, взглянув на Гаса. – Всё-таки он её единственный оставшийся родственник.

Мальчик улыбнулся.

– Это уже не понадобится, – сказал он. – Она отменила встречу с опекой. И разрешила мне после каникул перейти в другую школу.

– Значит, будем учиться вместе? – пробубнил Билли с набитым ртом. Когда Гас кивнул, он ухмыльнулся. – Класс!

– Взамен я пообещал ей держать в тайне контрабандистское прошлое Гренвилей, чтобы не навредить нашему доброму имени.

– И ты сдержишь слово?

Гас пожал плечами.

– А почему бы и нет? Это было так давно… кому это теперь интересно?

Остальные согласно кивнули. Разговор постепенно перешёл на другие темы. Миссис Фаррингтон и миссис Гулливер, хихикая, обменивались старыми воспоминаниями, Кейт спорила с Билли о том, существовали ли великаны на самом деле. Об Амулете ветров всё было сказано.

Почти всё.

Взгляд Гаса упал на статью в «Таймс». Кейт её не дочитала: остались ещё два предложения.

«Амулет ветров скоро будет выставлен на специальной экспозиции «Украшения со всего света», хотя, к сожалению, одной части в нём всё же не хватает. Компас, изначально составлявший центр амулета, по словам детей, отсутствовал в тайнике и официально считается утраченным.»

Гас улыбнулся. Незаметно достав из кармана «утраченную» драгоценность, он провёл пальцем по рельефному изображению Эола. Открыл серебряную крышку, посмотрел, как дрожащая стрелка указывает на север, и снова закрыл.

Компас был единственным, что осталось у него от родителей. И единственным, что вместе с обгоревшим дневником напоминало об Августусе Гренвиле. Он не мог с ним расстаться.

Мальчик осторожно убрал своё сокровище в карман. Да, он обещал тёте сохранить в тайне историю с контрабандистами и семейную ссору, из-за которой и началась вся эта охота за кладом. Но, быть может, он сумеет уговорить её описать хотя бы часть событий в семейной хронике.

Или он начнёт собственную летопись. Название пришло само собой: «Тайна Даркмур-Холла. Охотники за исчезнувшими ветрами».

«Да, – подумал он с улыбкой, – звучит неплохо». Можно начать сегодня же вечером. А пока стоит заняться очень важным делом. И с аппетитом, какого давно не чувствовал, Гас вонзил вилку в нетронутый кусок шоколадного торта.

Об авторе

Нина Шевелинг работала литературным переводчиком и изучала английский и немецкий языки и историю нового времени. После окончания университета она открыла в себе любовь к детским книгам и с тех пор, поселившись в окрестностях Фрайбурга, работает внештатным переводчиком и редактором, пишет книги.

Notes

1

Пристройка перед входом