Сделка с навью - Елена Гринева
Марьяне никогда раньше не доводилось видеть такой странный звездопад, покрывший белыми разводами все чернильное небо.
– Пойдем-пойдем, – сестра снова потянула вперед к толстым стволам деревьев, которые словно переливались на свету из-за покрывшей их белой наледи.
Рядом раздался мелодичный женский смех, напоминавший звон колокольчика. Смех завораживал, Марьяна попыталась найти его источник, прошла между ветвистых сосен и увидела сбоку у пруда девиц, одетых в легкие платья с длинными локонами, покрывавшими спину и казавшимися невесомыми. Они танцевали в хороводе, своими движениями походили на волны среди речной глади, они пели пронзительно и нежно, от их голосов сжималось сердце.
– Это русалки, – тихо сказала Динка, – навь их дом, сегодня водные девы празднуют полную луну, правда весело?
Марьяна кивнула, хотя в голосе сестры слышались оттенки грусти. Как часто ей доводилось видеть ночной звездопад и танец русалок?
Под ногой прошел маленький ворчливый человечек с красными глазами, и она вздрогнула
– Смотри, – Динка потянула вбок, где за кустами на пне сидел великан в два человеческих роста и что-то бормотал себе под нос, потирая руки.
– Леший, ему не нравится здешний лес, людей почти нет, поживиться нечем, вот и сейчас в его обитель зашли путники, но все оказались магами, а с магами шутки плохи.
Вот и сидит голодный, – Динка усмехнулась, глаза ее недобро засияли.
Из-за раздвоенного древесного ствола им приветливо помахала рукой русалка, и отвернулась.
Все происходящее казалось странным, нереальным: падающие звезды, русалки, великан, что питался людьми, Лука, оказавшийся предателем, от одной мысли о нем на глаза выступили слезы.
– Динка, здесь обитают демоны? Это ведь Навь? – По коже прошла волна страха.
Если Лука столкнул ее в холодную воду, то другие демоны и вовсе могут убить, ведь они самые настоящие хозяева сумеречного мира.
На лице сестры возникла тревога:
– На этом уровне нави их нет, но если шагнуть вдаль за туман, то можно повстречать. Я туда не хожу, – Динка обхватила плечи руками, от чего стала казаться еще более хрупкой. – Демоны питаются такими как мы, призраками, водными духами, русалками. В нави опасно. – Она провела носком туфли по траве. – Я рада, что ты ко мне пришла, заходи еще, а то здесь бывает на редкость скучно.
К глазам подступили слезы. Марьяна кивнула, схватила ее за прохладную ладонь. Хотелось рассказать о том, что случилось, о демоне, о маме, оставшейся в лапах главы Мирославы, о том, как тяжело им было без Динки, спросить, почему она так глупо сгорела в проклятом заброшенном доме?
– Динка, что случилось там на пожаре? Ты действительно жгла свечи?
На лице сестры возникла тень страха, она нахмурилась, как делала всегда, когда не знала, что ответить, между бровями пролегла складка.
– Не помню, не хочу вспоминать,– Динка отвернулась, – лучше пошли дальше, здесь еще много интересного.
И Марьяна двинулась за ней в глубь чащи, мимо великана, который кинул на них рассеянный взгляд, мимо маленьких крылатых женщин, сидящих на ветке дерева, вперед, где деревья становились реже и виднелась небольшая поляна.
Там за древесными стволами стояли дома, не один и не два – целое поселение, с ухоженными подернутыми белой наледью садами, с будками для собак и аккуратными заборами.
– Что это? – Она с удивлением взглянула на сестру
– Здесь живут люди, – с улыбкой ответила та, – большая деревня. Я захожу к ним иногда в гости. Добрые люди, только грустные.
На лице Динки возникла тень сожаления:
– Кажется… Кажется за тобой пришел твой страшный демон. – Она показала ладонью вперед, где из чащи леса горели желто-зеленым два светящихся в темноте глаза.
По привычке Марьяна хотела сказать, что он не опасный, но потом вспомнила как тонула и прикусила язык. Она хотела защитить сестру, закрыть собой, вот только Динка исчезла, на месте, где сестра только что стояла, виднелась слегка примятая белесая трава.
– Лука. – Она сделала шаг назад и подняла с земли толстую ветку, вытянула ее вперед, защищаясь, хоть это и было глупо. – Пришел, чтобы сожрать меня?
Лука подходил к ней, и казался все больше – огромный пес, закрывавший своим мохнатым телом лесную чащу. Марьяна видела, как демон тяжело дышит и фыркает, смотрит с укором и втягивает носом туманный воздух.
– Бросай свою ветку и пошли, надо успеть выбраться из нави, пока ты совсем не ослабла.
За его спиной с неба снова падали звезды, освещали смотрящие на них из чащи желтые глаза нечистого существа, скрывшегося среди деревьев.
– Ослабла? Ты пытался меня убить!
Лука тыкнулся мордой в ветку, снова фыркнул:
– Если хотел бы убить, убил бы давно.
– Ты топил меня!
Он сел рядом, взглянул на летящие на фоне красной луны звезды.
Марья со злостью откинула палку, понимая, что та ничем ей не поможет против демона, сложила на груди руки, вспоминая боль, обжигавшую легкие и страх, ледяную воду, взгляд Луки, который молча наблюдал, как угасает ее жизнь.
– Ты хоть знаешь, как проходит обряд посвящения в маги двора?
Она нахмурилась, подробности ритуала хранились в тайне и не разглашались, Марьяна слышала, что прошедшие его, не отвечали на вопросы непосвященных, еще не хлебнувших ведьминой доли.
– Конечно же нет, – саркастично продолжил Лука, – кто в здравом уме будет говорить детям и подростком, что им предстоит побывать на грани жизни и смерти, чтобы первый раз попасть в навь и научиться черпать из нее магию.
Ты должна была тонуть – это самый легкий способ пройти ритуал, к тому же вода -хороший проводник для магии, поэтому с ней связаны многие обряды. Какая разница, кто бы тебя топил, твоя глава или я?
Марьяна замахнулась и силой ударила демона по мохнатому боку:
– Зачем ты это сделал! Я не просила! Я не хотела учиться колдовать! – От злости на глазах выступили слезы. Как долго она мечтала уехать в большой город к отцу, жить с ним как обычный человек, помогать сдавать яхты, перевестись в столичный институт.
До этого момента в глубине души все еще хранилась надежда на то, что лесная ведьма разорвет ее связь с демоном, освободит как добрая тетушка-колдунья из сказок, и жизнь вернется в привычное русло.
Но сейчас она поняла – это не возможно, глупые мечты придется отбросить и все из-за Луки.
– Хватит, – пес лапой сбил ее с ног и оказался сверху. Трава была холодной, а его глаза светились в темноте.
Сквозь слезы Марьяна видела лишь бесформенную черноту неба и почти сливавшегося с ним пса.
– Ты устала, – подытожил он, – Навь забирает силы.
Лука обернулся человеком и подхватил ее, понес в чащу. Перед ними
