Музейное чудовище, или Я - не ведьма! - Полина Миронова

— П-пожалуйста… — голос сорвался на жалкий шепот. — Не надо… я не сделала тебе ничего плохого…

В ответ раздалось глухое рычание. Я зажмурилась, готовясь умереть от когтей и зубов чудовища.

И вдруг откуда-то из темноты раздался веселый, насмешливый голос:

— Да не говори ерунды, ничего он тебе не сделает. Петька, отстань от девчонки, она сейчас обделается от страха.

Рядом чиркнула спичка и осветила веселое лицо блондина, темные глаза, насмешливый прищур, острые скулы. Он щелкнул пальцами, огонек отделился от спички и завис над поляной, заливая все вокруг неестественным голубоватым светом.

Надо мной, всё так же тяжело дыша, замер огромный серый волк с умными, сейчас смущенно отведенными в сторону глазами. Блондин стоял, прислонившись к дубу. Самый обычный парень в потертых джинсах и черной толстовке с капюшоном. Он крутил в руках спичечный коробок, который неспешно убрал в карман.

— Эй, жива? — продолжая насмешливо наблюдать за мной, спросил он. — Вставать будешь? Или от страха ноги отнялись?!

Я отползла от волка и села. Тот фыркнул, виновато ткнулся мордой в лапы и вдруг начал меняться. Кости затрещали, шерсть стала уходить под кожу, и через несколько секунд передо мной сидел тот самый парень, который днем оборачивался в фойе. Точно, Петя! Блондин кинул ему одежду, и он стал судорожно одеваться, краснея до корней волос и путаясь в рукавах.

— Извини, — пробормотал он. — Я… я не хотел. Просто… полнолуние. Решил в одиночестве побегать, снять напряжение. А тут ты… испугалась.

Блондин фыркнул:

— Знакомьтесь. Это Петр. Петя наш новенький нервный волчонок. А я — Егор. Маг с нестабильным даром, как тут любят говорить. Проще говоря, у меня магия работает через раз, и обычно не так, как надо.

Егор протянул руку, чтобы помочь мне подняться. Его пальцы были удивительно горячими.

— Марина, — выдохнула я, всё ещё дрожа. — Я… новенькая… Тоже нестабильная.

— Мы в курсе, — ухмыльнулся Егор. — О тебе тут все шепчутся. Давай, проводим тебя до общаги. А то ещё какой-нибудь нервный оборотень на тебя нападёт.

Мы пошли по тропинке, петляющей между деревьями. Петя шёл чуть поодаль, всё ещё смущаясь. Я немного рассказала о себе, о том, что ещё недавно вела обычную жизнь, училась в обычном университете.

— Даже практику проходила в музее, через дорогу, — добавила я. — Кажется, это было в прошлой жизни.

Егор вдруг оживился.

— В нашем краеведческом? Там, где Тамара Витальевна хозяйничает? — Я кивнула и его глаза азартно блеснули. — Так это ж легендарное место! Его на развалинах древней библиотеки построили. Там, говорят, такие артефакты хранились… — Он мечтательно вздохнул. — Но теперь у магов туда хода нет. Последний Хранитель куда-то пропал, а новым может стать только его прямой потомок. Кто он такой — никто не знает.

— Хранитель? — переспросила я.

— Ну да, — кивнул Егор. — Такой смотритель, страж. Без него печати не открыть. Даже главную ведьму и Ковен полным составом звали, никто зайти не мог. Ходят слухи, что Тамара Витальевна как раз и пытается найти нового хранителя или обойти печати. Библиотеку столько раз пытались вскрыть! Мне отец рассказывал, как нескольких недоумков защита вообще размазала по музейным залам…

Я хмыкнула:

— Ну да, при мне ее тоже несколько раз пытались открыть. Воспользовались тем, что ремонт был…

Меня перебил веселый смех Егора:

— Так это ты тот сторож, при котором яму перед музеем вырыли, и пентаграмму вызова активировали?

Я удивленно и немного обиженно кивнула.

— Там коммуникации проверяли. И я же ничего тогда про магов не знала.

Егор удивленно поднял брови:

— Какие коммуникации! Они искали вход в нижние уровни! Там, говорят, такие сокровища, что… — Он мечтательно замолчал. — Эх, было бы круто туда залезть.

Что там интересно за сокровища хранятся, что так манят всех?

— Не один ты туда мечтаешь попасть! — насмешливо сказала я. — Вон даже Анфиса Яновна со своим Василием на дело ходили.

Егор глубокомысленно кивнул и замолчал. Незаметно за болтовнёй, мы почти подошли к моей комнате. Дверь распахнулась раньше, чем я успела до неё дотронуться. На пороге стояла Лика. Её обычно спокойное лицо было искажено гневом.

— Ты, — она с ненавистью уставилась на Егора. — Что здесь делаешь?

Он ухмыльнулся, но теперь ухмылка получилась кривой, натянутой.

— Девушку проводили. Исполнили свой рыцарский долг.

Лика презрительно фыркнула и насмешливо сказала:

— Ну да, поиграть в рыцаря ты можешь!

Егор побледнел и зло сжал зубы, но промолчал. А Лика перевела недовольный взгляд на Петю, а потом на меня:

— С тобой всё в порядке? Они тебя не напугали?

— Нет, всё хорошо, — поспешно сказала я, чувствуя, как накаляется обстановка. — Ребята мне помогли.

— Очень на них похоже, — язвительно бросила Лика, не отводя взгляда от Егора. — Сначала напугать, втравить в неприятности, а потом «помочь». Классика.

Егор стоял, глядя в пол, его бравада куда-то испарилась. А Петя выглядел так, будто готов был провалиться сквозь землю.

Прощались скомкано. Парни поспешно сбежали, а мы с Ликой вошли в комнату. Соня и Яна уже спали.

Лика захлопнула дверь и повернулась ко мне, скрестив руки на груди.

— Ладно, — тихо, но чётко сказала она. — Марина, чтобы ты не подумала чего не того. Да. У меня с этим… с этим идиотом… были отношения. Но мы расстались. Очень болезненно. Так что его здесь быть не должно. Всё ясно?

Я кивнула, чувствуя, как меня опутывает сложная паутина здешних отношений.

Глава 21

Я ворочалась всю ночь, пытаясь забыть обрывки подслушанного в парке разговора. Слова «чары», «претенденты», «равные условия» жгли изнутри, как раскаленные угли. Это было предательство! Самое настоящее. Горыныч был таким же, как все, как Илья, Игорь Петрович, Аристарх Семенович. Просто он лучше маскировался и играл изощреннее. От этой мысли становилось так больно, что на глаза наворачивались слезы, а сердце сжималось. От накатывающей тоски я не могла дышать.

Так и провалилась в тяжелый, мутный сон. Я бежала по бесконечному парку, а за мной гнался Горыныч. Его тень настигала меня, длинные пальцы тянулись, чтобы схватить за плечо.

— Марина, нам нужно поговорить! — Его голос звучал то ласково, то повелительно, то зло.

Потом его лицо менялось на самодовольную физиономию Ильи, а из-за деревьев возникал Игорь Петрович с хищной ухмылкой. Все они хотели одного. Моей силы.

Я проснулась с тяжелой головой, разбитая, как будто и не спала вовсе. Комната была залита утренним солнцем, и мои соседки уже вовсю собирались.

— Ну, ты и соня! Подъем! Завтрак ждать не будет! — весело крикнула Яна, натягивая кроссовки.

Соня, поправляя у зеркала хвост, бросила через плечо:

— Как прогулялась