Музейное чудовище, или Я - не ведьма! - Полина Миронова

Горыныч медленно повернулся. Его хищные желтые глаза смотрели на меня, не мигая. Ни тени эмоции, только холодная, отполированная сталь.

— Ты подслушала тот разговор в парке, — констатировал он. Это был не вопрос.

Я сжала кулаки, чувствуя, как предательски дрожат руки.

— Да, — сказала срывающимся голосом, стараясь сохранить спокойствие, — Я услышала достаточно, чтобы понять суть. Кстати, мне понравились все претенденты. Поддерживаю Игоря Петровича. Он правильно сказал, что у всех должны быть равные условия. Кстати, а вы-то почему против? Это же так весело! — с надрывом говорила я, чувствуя, как скатываюсь в банальную истерику. — Я просто приз в этой вашей игре, да?

Горыныч сделал шаг вперед, и пространство кабинета словно сжалось.

— Прекрати паясничать. Это не игра, Марина. Это твоя жизнь. И твоя безопасность. Прекрати общаться с Ильей Белорецким. Он очень опасный колдун и мерзкий тип, который чувствует свою безнаказанность за широкой спиной семьи. Пожалуйста, воспринимай его как серьезную угрозу! — Горыныч резко выдохнул и продолжил более спокойно: — Игорь Петрович и ему подобные видят в тебе лишь ресурс. Мое… внимание… единственное, что пока удерживает их от более решительных действий.

— Внимание? — Я горько хмыкнула. — Или ты так просто борешься с конкурентами? Решил все забрать себе? Влюбить глупую девчонку и получить всю силу разом?

На его губах дрогнула тень усталой улыбки.

— Если бы мои намерения были столь примитивны, ты уже была бы инициирована. Сила не должна падать в руки тому, кто ее не достоин. И она не должна быть отнята у того, кто к ней не готов.

Горыныч говорил ровно то, что я хотела услышать. И я бы с удовольствием снова обманулась и поверила ему. Это было так соблазнительно снова почувствовать себя любимой, но вчерашний разговор еще был слишком свеж в памяти.

— Почему я должна тебе верить? Потому что ты ректор? Потому что у тебя красивые глаза и властные манеры? Я видела, как ты на меня смотришь. Так же, как и они.

Горыныч вдруг резко повернулся и с силой уперся руками в стол. Книги на краю дрогнули и посыпались на пол.

— Потому что я единственный, кто пытается уберечь тебя от себя самой! Потому что твоя необузданная магия и твое происхождение — это как пороховая бочка, которая вот-вот рванет! И если ты не научишься контролировать свою магию под моим руководством, она взорвется и убьет в первую очередь тебя! К черту эту инициацию!

В его голосе впервые прозвучала неподдельная, искренняя ярость. Не расчетливая, а самая настоящая. Она ошеломила меня.

Мы стояли, тяжело дыша, пронзая друг друга яростными взглядами. Мне нужно было выбираться отсюда. Все проанализировать. Выиграть время. Я не могла думать, когда он так смотрит на меня.

— Хорошо, — выдохнула я, опуская глаза. — Я… я подумаю над твоими словами.

Горыныч выпрямился, и маска абсолютного самообладания вернулась на свое место.

— Умница. Не затягивай с решением. У тебя не так много времени.

Я выскользнула из кабинета, прислонилась к холодной стене коридора и закрыла глаза, пытаясь унять бешеный стук сердца. Я ненавидела Горыныча, но понимала, что он был прав. Он лгал в чем-то, где-то говорил только часть истины, смешивая все в один лживый клубок, но сейчас он действительно говорил правду.

К черту Горыныча! Мне нужен был другой выход. Хоть что-то, чтобы не пользоваться помощью Горыныча и других «претендентов» на мое тело. И выход нашелся в образе испуганного, но решительного Егора, ждавшего меня в тени арки.

— Ну что? — прошептал он. — Все нормально?

Я посмотрела на него внимательней. Почему он так верит, что у него получится пройти в музейное хранилище? Наверняка, у Егора были какие-то козыри в рукаве, слишком он был уверен в успехе. И мне нравилась это его спокойная сила. Это был и мой шанс. Шанс взять контроль над собственной жизнью в свои руки.

— Нет, — тихо, но четко сказала я. — Я согласна. Готовь свою команду. Мы идем грабить музей. Предлагаю прям сегодня вечером, пока запал не иссяк.

Глаза Егора радостно вспыхнули, Он тут же схватил меня за руку и стал с упоением рассказывать, сколько сокровищ храниться в библиотеке.

Я послушно кивала, почти не вслушиваясь в его слова, но тут почувствовала на спине обжигающий взгляд. Обернулась и только успела заметить, как закрывается дверь в кабинет Горыныча.

Глава 23

План Егора был простым, как удар кирпичом по голове. Слишком простым, чтобы быть хорошим. Мы собрались в старой оранжерее на краю парка: я, Егор и Петя. Жених Лики сразу же отошел к ко входу и уставился на сеть трещин в покосившейся двери, как будто был здесь только для моральной поддержки.

— Сигнализация основана на старом магическом контуре. — Егор чертил палкой на земле схему, похожую на детский рисунок солнышка. Только круг был кривоват, и палочки-лучи непривычно ветвились на концах. — Я его обойду вот так.

Он старательно зачеркнул старые и подрисовал новые элементы. Я рассеянно наблюдала за его действиями, совершенно ничего не понимая. Кажется, Егор позвал меня, чтобы просто проговорить свой план вслух, а от меня требовались только свободные уши. Ну и отлично!

Я послушно угукнула и приободренный Егор продолжил:

— Дальше мы войдем со стороны парковки для служебного транспорта. Камер там нет, Тамара Витальевна экономит на всем.

— А что насчет… ну, живых сторожей? — неожиданно спросил Петя, нервно теребя край куртки.

— А нет никого, — довольно сказал Егор и потер руки, а потом немного виновато глянул на меня: — Честно говоря, Маринка первый и единственный живой сторож, который был в музее при Тамаре Витальевне. Обычно там вполне неплохо работает магическая охрана.

Я скептически хмыкнула, так и знала, что с этой охраной музея с самого начала было все не так. Егор снова углубился в свои пространные рассуждения, а я осмотрела нашу «команду мечты». М-да, не густо! Маг-неудачник, оборотень-меланхолик, и я — несостоявшаяся ведьма с непонятным опасным даром.

И тут из-за огромной кадки с засохшим фикусом раздалось чавканье. Егор резко замолчал. Я повернулась и встретилась взглядом с нахальными зелеными глазами Васьки. Кот Анфисы Яновны с невозмутимым видом устроился на засохшей ветке и вылизывал лапу, а сама ведьма примостилась рядом на скамейке и с аппетитом уплетала пирожок, причмокивая от удовольствия.

— План так себе, детки, — сказала она, облизывая пальцы. — Слишком много шума. И вы забыли про аварийный контур. Если он включится, вас автоматически вышвырнет в подземелья музея, где вы будете дожидаться полиции.

Мы застыли в ступоре.

— Вы… вы нас