Королевство злодеев - Элла Филдс

Он резко выдохнул сквозь стиснутые зубы и застонал.

– Скажи это еще раз.

Смех был прерван стоном, когда я прижалась к нему, обхватив руками шею.

– Муж мой, – сказала я, покрывая поцелуями его щеки, ухо, шепча: – Прости, что меня не было здесь.

Кольвин напрягся.

– Фия. – Я поцеловала уголок его глаза. – Фия, посмотри на меня.

Я так и сделала. Усмехнулась, когда он чуть прикрыл глаза, а я стала двигаться на нем. Его глаза распахнулись, и в них бушевал темный огонь.

– Как я посмел подумать, пусть на секунду, что ты могла открыть книгу? Что ты стала бы помогать ему хоть в чем-то…

– Но ты подумал, и я все понимаю. – Я прижалась лбом к его голове, желая двигаться активнее, нуждаясь в этом. – Все в порядке.

– Нет, не в порядке, и я именно тот, кто должен просить прощения. Я ранил не только твое сердце. – Он поцеловал меня в щеку, задерживаясь губами на коже. – Там, в источниках… мне безумно жаль, что я так поступил.

– Нет, не ранил, – соврала я.

– Фия, – сказал он еле слышно, потом громче: – Я был сам не свой. Мы оба это знаем, но это не оправдание. Я пил твою кровь, когда ты не была заранее подготовлена…

– Тебе пришлось, и ты сам сказал сейчас, что был не в том состоянии, чтобы позаботиться обо мне. – На моих ресницах собрались слезы. Я сдержала их и проворчала: – Мне не нужны извинения.

– Ах так?

Он изогнул бровь.

– Мне достаточно твоего «спасибо».

Он засмеялся, этот смех будто шел от самого сердца, а я могла лишь смотреть, восхищаясь им и влюбляясь еще сильнее. Не было никакого другого выбора.

Я провела пальцами по нижнему веку принца, его черты лица разгладились.

– Ты слишком сильно завладел моим сердцем, дракон, – прошептала я.

– Значит, теперь все справедливо. – Он подхватил мою ладонь и провел губами по тыльной стороне. – Твое сердце под надежной защитой, огненная моя.

Я знала, что так и есть, поэтому я игриво коснулась его губ, прижалась грудью к его груди, и он застонал, проводя пальцами по моим ребрам, перебираясь на спину.

Я поцеловала его с новой страстью, которая пронеслась сквозь меня на крыльях свободы. Страха не осталось. Не потому, что он дал мне обещания – но потому, что своими поступками он многое доказал.

Все, чем я была и чего желала, всегда будет в безопасности рядом с ним.

Его губы коснулись моего подбородка, запрокидывая мою голову, пока он, обхватывая меня за талию, удерживал меня на себе. Его язык коснулся моей шеи, но не в поисках крови. Он поцеловал мою нежную кожу, спускаясь до плеча, груди – всех тех мест, которые он отметил своими зубами.

– Скажи мне, что любишь меня.

Я задыхалась, слова с трудом слетали с моих губ.

– Я люблю тебя, Кольвин.

Он застонал и прижал меня сильнее.

– Покажи мне.

Я с радостью подчинилась этому приказу.

Он провел языком по моей шее до подбородка, заставляя меня повернуть голову, и я достигла пика. Кольвин раздул ноздри, его рука напряглась, когда он крепче обхватил меня и ощутил, как я сдавила его член и безмолвно выдохнула, распахнув губы.

– Проклятье, – прохрипел он и излился внутрь меня, обхватывая губами мой рот.

Мы еще долго сидели так, даже когда наше дыхание выровнялось, слушая, как успокаиваются ритмы наших сердец.

– Нельзя так остаться навсегда?

Его дыхание согревало мое плечо, ладонью он водил по моей спине.

– Осторожно. – Он оставил поцелуй на моей влажной коже. – Или ты не узнаешь, что такое покой.

Я улыбнулась, проводя носом по его подбородку.

– Но ты уже показал мне это. – Он улыбнулся, стук его сердца громко отдавался у меня в ушах. – Спокойствие. Ты искал его, а я нашла.

Кольвин повернул голову и коснулся губами моего лба.

– Я обрел гораздо большее.

Несколько минут спустя мы смыли с себя мыло и вышли из воды, после чего муж бережно уложил меня в постель.

Кольвин принес с собой полотенце, но забыл про него, когда решил слизать с моего тела каждую капельку влаги. Он начал с моих щиколоток, и, пока его язык и губы боготворили мою кожу, его пальцы скользили по моей второй ноге. Когда они потеплели, я с удивлением поняла, что он призвал огонь.

Наконец Кольвин добрался до живота и провел языком по ямочке моего пупка. Я засмеялась, вызвав его усмешку, ведь я снова жаждала его. Я впилась пальцами ему в волосы, оставляя его там, где он был: он стоял на коленях передо мной, а его торс расположился у меня между ног.

Кольвин страстно прижался губами ко мне, старательно лаская. Нежные пальцы раскрыли меня перед этим жадным взглядом и прожорливым языком. Мои бедра задрожали перед нарастающим оргазмом, но он проигнорировал то, с какой силой я потянула его за волосы.

– Ты мне нужен, – захныкала я, но было слишком поздно.

Он погрузил в меня палец, теребя изнутри, смешивая мои соки со своим семенем. Кольвин нежно коснулся языком чувствительного местечка. От кончиков пальцев до макушки меня пронзило молнией, мучительной и прекрасной.

Кольвин развел мои ноги, любуясь тем, как я со стонами извиваюсь перед ним.

Я распахнула глаза, когда его член коснулся моей трепещущей плоти. Он потерся о меня, а потом погрузился внутрь.

– Еще раз, – сказал он. – А потом ты поешь и поспишь.

Все еще дрожа, не в силах вымолвить ни слова, я могла лишь улыбаться.

Он опустил голову, чернильные волосы касались моих щек. Прижавшись лбом к моему лбу, он спросил с иронией и голодным взглядом:

– Не можешь говорить?

Я сглотнула ком в горле и потянулась к нему, когда он поднялся и прижал мои ноги к кровати, глядя на наши соединенные тела.

– Ты все еще трясешься от удовольствия, восхитительное ты создание.

– Не отставай, – сказала я.

Он застонал, дрожь пробежала и по его телу, переходя на мою кожу, пока он смотрел, как выходит из меня и снова погружается. На этот раз он вонзился в меня так глубоко, как только мог, и я ахнула.

– Как же мне хорошо внутри тебя, жена. – Он прерывисто выдохнул. – Так замечательно!

– Кольвин, – я попыталась зарычать, но это больше напоминало стон.

Он снова усмехнулся, на этот раз хрипло. Наконец он сдался и стал вколачиваться в меня, непрерывно целуя. Я впилась пальцами в его волосы, провела ногтями по спине, улыбаясь, пока он целовал меня,