Королевство злодеев - Элла Филдс
Тогда он пришел в движение.
Я закричала, едва удерживаясь на нем.
Вцепившись рукой в шип, я порезалась, но смогла удержаться. Похоже, ему не нравилась эта часть леса. Он расправил крылья, двигаясь очень быстро. В моем желудке все оборвалось, скалы нависли над нами, а потом…
В лицо мне ударил воздух. В свободном падении мы летели с обрыва.
* * *
Я очнулась от пения птиц и нежного прикосновения к саднящей ладони.
Мои веки затрепетали, а когда я открыла глаза, то рядом со мной больше не было зверя – лишь прохладный воздух. Небо окрашивал рассвет. Кольвин, великолепный в своей наготе, сидел рядом со мной, держа меня за руку.
На его губах играла улыбка.
– Мать монстров, наконец, пробудилась.
Мои губы распахнулись, и я со вздохом посмотрела на чудо перед собой. Мой принц. Моя пара. Мой собственный дракон.
Нежный ветер трепал обсидиановые пряди его волос, сдувая их с острых скул на крепкие плечи. Он нахмурил густые брови, и в его лице читались одновременно волнение и облегчение. Его яркие глаза потемнели, а губы подобрались в суровую линию.
Я вскочила с травы и повалила его на землю – рядом с журчащим ручьем за нашим лесным домом, куда он принес нас несколько часов назад.
– Ты принес меня домой.
– Фия, ты ранена.
– Все в порядке.
Он перестал хмуриться.
– Домой, – сказал он, проводя пальцем по моей щеке и добираясь до подбородка. Его губы дернулись, расплываясь в улыбке, которая уже осветила его глаза. Он коснулся пальцем моего рта и поднял голову, прошептав:
– Ты только что назвала это место домом, огненная.
Мне хотелось возразить ему, забрать обратно слова, которые прожгли мне язык, поправить себя. Но я не стала.
Он привлек меня за затылок, и я поцеловала принца, не дав ему мучить меня, пока в груди не станет слишком тесно от этого чувства, пока оно не наполнит мои глаза слезами.
Кольвин усадил меня сверху, обхватывая мое лицо ладонями и страстно целуя. Застонав, мы обнялись и покатились по траве, путаясь в моем платье. Смеясь, мы добрались до берега ручья, повалившись в журчащую воду.
Мое платье намокло, став тяжелым, как и мое переполненное чувствами сердце. Я обхватила принца за шею, забираясь на него, а он завел мои волосы за ухо и придержал мою голову за подбородок. Мы целовались, пока солнце медленно выползало из-за деревьев, и я отдала этому вору еще частичку своего упрямого сердца.
Мир рождал новый день, но я хотела другого.
Я жаждала ночи – ее звезд и луны, и моего чудовищно прекрасного принца, который все это мне дарил.
24
Фия
Кольвин нашел меня, когда рассвет вновь коснулся ночного неба.
Он был такой соблазнительно растрепанный: взъерошенные волосы, помятая рубашка. Принц прислонился к дверному косяку, пока Перси заплетала мне косы: выйдя из купальни, я обнаружила ее у себя на кровати. Перси настойчиво расспросила меня про все, что случилось после нашего с Кольвином побега в лес.
Кое-что я успела ей рассказать, но нас прервал изможденный принц.
Я знала, что это моя вина. После бала мы спали всего по несколько часов в день. Но и он провинился не меньше, а может, даже и больше из-за своей ненасытности.
Перси цокнула языком.
– Приходи позже, принц. Мы еще не закончили.
Он изогнул бровь, глядя на ленточку, которую она завязала в моих волосах.
– Я вижу совсем другое.
– Мы еще не закончили тебя обсуждать, чудовище ты такое, и ты сам об этом знаешь!
С притворным вздохом принц проговорил:
– Тогда, с вашего позволения, я уйду, чтобы вы могли договорить.
– Это будет очень благородно.
Он вскинул голову и посмотрел на меня.
– Вряд ли я отношусь к благородным героям.
Моя кожа вспыхнула, и я закусила губу, вспоминая проведенное с ним утро у ручья, а потом продолжение на кухонной столешнице в нашем лесном домике. Мой взгляд упал на его бриджи.
Это вообще не помогло. Он прислонился к дверному косяку, выставив вперед ногу, на которой проступали напряженные мышцы. Но и это не скрывало его возбуждения.
Перси засмеялась, потом похлопала меня по плечу.
– Ну хорошо. – Прошагав мимо Кольвина, она потянула его за волосы и прошептала: – Ты мой должник.
Он усмехнулся, глядя в пол, и проговорил:
– Ты же знаешь, я не планировал тебя убивать.
– Не за это, – сказала она.
Когда ее шаги стихли на лестнице, я встала и туже затянула пояс своего шелкового халата, потом положила на плечо длинную косу и прошла по холодному каменному полу до двери, где стоял Кольвин.
Он окинул меня жадным взглядом, потом поднял руки и провел пальцами по моим щекам. С нежностью коснулся линии губ и ушей.
– Тебе пора это прекратить.
Я прислонилась к нему и прошептала.
– Что прекратить?
– Рядом с тобой я больше никого и ничего не замечаю.
Мое сердце замерло. Я засмеялась и подпрыгнула. Кольвин поймал меня, подхватив под ягодицы, и понес по коридору. Уткнувшись в мою шею, он прошептал:
– Я с удовольствием снова сделаю тебя растрепанной дикаркой.
От его угрозы я разгорячилась даже больше, чем от прикосновений губ.
– Нам нужно поспать, – насупилась я, стараясь мыслить здраво.
Он снова прикоснулся губами к моей коже.
– Скоро поспим.
– Скоро? – сказала я, улыбнувшись у него на плече.
– Я пропустил наш ужин, – сказал Кольвин, направляясь к лестнице. За ужином ему пришлось заняться делами, которые он так долго игнорировал, а я поела в компании Споджа и Хёрба. – Поэтому теперь у нас будет десерт.
Когда я поняла, куда мы идем, то ахнула.
– А гоблины?
Кольвин усмехнулся.
– Если они и ненавидят что-то больше нас, так это солнце. Они уже ушли.
К счастью, кухни пустовали, как и было обещано, и здесь совсем не было света.
Кольвин, похоже, знал тут каждый уголок, опуская меня на первый же кухонный остров. Согнувшись, чтобы не стукнуться головой о низкие потолки, он проверил тарелки с остатками еды в холодном шкафу под раковиной.
Я соскочила со столешницы, учуяв ароматный крем и фрукты, и оттолкнула Кольвина, когда нашла то, что искала.
– Лимонный тарт, – озвучил он, закрывая крышку.
Вместе с почти нетронутым пирогом я устроилась на каменном полу.
– Кто посмел отказаться от такого яства?
Кольвин порылся в ящике столешницы, потом опустился рядом,
