Королевство злодеев - Элла Филдс

– Тебе стоит поблагодарить их, видели бы они твою радость.

– Ты прав. – Я схватила вилку и с улыбкой вонзила ее в тарт. – Это мой любимый.

– Я это понял. – Он забрал вилку, и я нахмурилась. – С небольшой кислинкой и такой чертовски сладкий.

Его улыбка была гораздо более аппетитной, чем десерт, который он только и успевал подносить к моим губам. Я прикрыла глаза, наслаждаясь сливочным тестом и идеальным вкусом сладкого тарта.

– Вкусно? – хрипло спросил он.

Я кивнула, потом медленно открыла глаза и обнаружила принца совсем близко.

– Покажи мне.

Я распахнула губы, давая ему попробовать тарт на моих губах и языке, но оттолкнула Кольвина, когда он застонал и придвинулся ближе.

– Не раздави пирог!

Он тихо засмеялся, поднося к моему рту вилку с тартом. Его глаза потемнели, веки отяжелели, пока он следил, как я уплетаю пирог. Через несколько кусочков я отняла вилку и облизнулась.

– Твоя очередь.

От него исходила осязаемая волна жара, рассеивающая темноту кухни, но я еще не перестала любоваться его губами, касающимися металлических зубцов вилки. Между губ мелькнул его язык, и в животе у меня все перевернулось.

– Ты волнуешься?

Я знала, о чем он говорил. До нашей свадьбы осталось всего три вечера. Перси сказала, что со всего Гвиторна съехались гости. Это было историческое событие, слияние двух королевств, и пропустить такое было непростительно.

Несмотря на слухи, что жених был драконом.

К своему удивлению, я поняла, что совсем не нервничаю. По крайней мере, по тем причинам, о которых он мог подумать.

– Не хочу их видеть.

Он знал, кого я имела в виду. Принц коротко кивнул и проглотил кусок, а я поднесла к его губам следующий. Я смотрела за каждым движением, желая прикоснуться к его шее, лизнуть ее.

– Регин? – спросил Кольвин, не дав мне осуществить задуманное.

Я слизнула со своих зубов прилипший тарт и пожала плечами.

– Не хочу видеть никого из них.

– После церемонии тебе и не придется, – пообещал Кольвин, и от этих пылких слов я перевела взгляд с его губ на глаза.

– Ты бы остановил меня? – осторожно спросил я. – Если бы я увидела Бролена, и у меня появился шанс?

Он нахмурился.

– Фия…

– Остановил бы?

Он вздохнул.

– Если тебе нужно это сделать, то я бы только поддержал тебя, но я думал, что спустя несколько недель ты передумаешь.

Нет, я не передумала. Возможно, чувства угасли, но ненависть еще жила в моей душе, будто еще одна тень за моей спиной, и я сомневалась, что она исчезнет. Не после того, что он раскрыл мне про мою мать, когда думал, что я умру.

– Он не заслуживает жизни.

Я вновь вонзила в тарт вилку и съела еще несколько кусочков.

Когда я опустила вилку на блюдо, Кольвин взял мою ладонь и внимательно посмотрел на меня.

– Иди сюда.

Я забралась к нему на колени, не желая сочувствия, но наслаждаясь близостью. Обхватила его ногами, мой халат распахнулся, я уткнулась носом ему в шею и крепко обняла.

– А ты волнуешься?

– Нет, – уверенно сказал он. – На самом деле, хочу, чтобы это случилось поскорее.

Я засмеялась и отстранилась, прижимаясь лбом к его лбу.

– Почему?

Кольвин нахмурился, будто я не понимала очевидного.

– Тогда ты станешь моей всеми возможными способами – а я стану твоим.

В моих глазах защипало, и я сощурилась.

– Ты слишком уж милый для того, кто превращается в дракона и трахается, как зверь.

– И вовсе я не милый, – сказал он, дотянувшись до тарта. – Просто… – Кольвин поднял ладонь, перепачканную десертом, и поднес к моим губам. – Очень счастливый.

Я слизнула тарт с его пальцев, и все это время он не отводил взгляда от моих губ, а его хриплый вздох разгорячил не только мою кожу. Я чуть ослабила объятия и сунула руку вниз, высвобождая из штанов его достоинство.

– Фия, – прошептал он, но это прозвучало как мольба.

Я поцеловала его в губы, потом коснулась подбородка, водя пальцами по шелковистому гладкому члену.

– Да, мой принц? – прошептала я.

– Проклятье, – застонал он, когда я сжала его ладонью и провела рукой вверх-вниз по всей длине.

Пришел мой черед сыпать проклятиями, когда он уложил меня на спину. Я случайно раздавила рукой остатки тарта, а принц с жадностью впился в мои губы поцелуем, пока его напряженный член терся о мою жаждущую плоть.

– Ты его уничтожил, – возмутилась я, когда Кольвин отстранился, чтобы проследовать жаркими поцелуями вниз по груди. Я вцепилась ему в волосы, он сделал вдох и запечатлел поцелуй у меня между ног.

– Какая жалость, – промурлыкал он. Что-то холодное коснулось моего клитора – и принц накрыл его горячими губами. – Теперь это и мой любимый пирог, – сказал Кольвин, слизывая его с меня.

Я буквально таяла от жарких поцелуев, задрожав, когда он снова нанес на меня тарт и медленно и старательно слизал его с моей возбужденной кожи.

Будучи близка к оргазму, я прогнула спину, пока он водил языком по кругу, а потом коснулся самого чувствительного и разгоряченного места и поиграл с ним языком. В мои стоны вплелась усмешка, и я взорвалась. Стиснув его голову бедрами, я поймала принца в ловушку, пока пыталась сдержать свои крики, а потолок грозил обрушиться на меня.

Я так отчаянно нуждалась в нем, что потянула за его тунику, и он, наконец, уступил и прижался поцелуем к моим губам. Я слизала с его губ каждую крошку, ощущая вкус крема и лимона. Кольвин вжался в меня бедрами, надавил. Он дразнил меня, не торопясь входить, пока я не буду готова, пока не буду стонать, выкрикивая его имя.

Но я уже была готова и желала большего. Возможно, этот голод никогда не ослабнет, эта нужда, которая расцветала внутри меня. Один взгляд, одно прикосновение – и во мне пробудилась ненасытность за гранью похоти.

Мой принц подарил мне то, о необходимости чего я даже не подозревала.

Он вскрыл самые тайные желания, в которых я не могла признаться даже себе, и уж тем более – сказать о них вслух. Он насытил каждую жаждущую клеточку моего тела, укромные уголки моей души, которые, оказывается, нуждались в заботе. При должном внимании они расцветали.

Росла и моя смелость, перевешивая страхи и сомнения, ограничения, которыми я прикрывалась, как щитом.

Обхватив ладонями лицо моего принца, я задержалась губами на его губах и коснулась пальцами уголков его светящихся глаз.

– Может, ты вовсе не украл у меня жизнь. – Кольвин напрягся, услышав слова, что могли ранить. Я улыбнулась и почувствовала, как он расслабился, ожидая,