По ту сторону стены - Эйа Риверголд
– Кто здесь? – Эхо было новым. Этот голос Илис еще никогда не слышала. Он менялся, иногда раздваивался, однако всегда четко и громко повторял ее имя.
– Илис… – Он стихал. Как стихает буря. Но после того как стихнет буря, чувство тревоги не покидает тебя еще долгое время – так и этот голос оставил после себя послевкусие нервозности и страха.
Илис медленно шагала к источнику звука. Коленки дрожали, волнение ползло к самому сердцу. Больше голоса не было.
– Я вас слышала!
Все скрытные существа имеют привычку стихать в самое неподходящее для слушателя мгновение.
– Я здесь, – голос зазвучал прямо за ее спиной.
Она почти могла чувствовать, как неизвестный дышит над ее ухом. Илис обернулась – на нее смотрела дикая, кошмарная, мрачная тьма, и ничего более.
– Я вас не вижу, – сказала Илис. Сердце чуяло, что голос не злой, а детская наивность даже украшала его, из-за чего девочке казалось, что он принадлежит хорошему человеку.
– Ты не сможешь увидеть меня, Илис, – голос печально упал.
– Почему же? Кто вы?
Несмотря на то что Илис не могла увидеть существо, она продолжала идти за ним.
– Я Ратсих Сидес. – Он пулей выстрелил эти слова и продолжил так же быстро бросать следующие: – Ты не можешь увидеть меня, потому что не встречала в жизни. Мы не знакомы.
– Король Сихрата… – задумчиво шепнула Илис. – Почему же тогда я вас слышу?
– Ты не слышишь мой голос. Это твоя фантазия. Но прислушайся к тому, что я скажу.
После этих слов Илис подошла еще ближе и спросила:
– Что только что произошло? Самолет, мои родители, Ронус?
– Это твоя мечта. У каждого она начинается с того, что вначале все убегают, – голос шевелился. Он был везде.
– Это начало такое же, как и в том сне. Ваше величество, я ведь сейчас сплю, верно?
– И очень глубоким сном, Илис. Думаю, теперь ты понимаешь, что мечта каждого в Грезах исполняется только так. Только в его снах. Однако наяву он просто спит.
– Но где же я тогда?
Снова сон. Иногда она считала, что люди спят всегда, что никогда не просыпаются, и что все несчастья – это всего лишь грезы.
– Вот этого, увы, я не знаю. Твои мечты. Мне жаль, что тебе, ребенку, приходится со всем этим сталкиваться. Мне жаль и неловко просить тебя, Илис. Однако сейчас ты – единственная надежда. Си, Илис…
Снова колыбель, язык всех королевств. Только на этот раз он не звучал странным или глупым. Илис понимала, о чем говорит его величество, отчего и сделала низкий поклон.
– Тебе предстоит разбудить их, Илис. Тебе нужно подарить им солнце… свет. Убить вечную тьму. Согреть их бедные души.
– С чего мне начать? – Илис развела руками, а после медленно закрыла лицо ладонями. – С чего мне начать?! – Она растерянно села на выпирающие корни. – Папа сказал, что я обязана им помочь. Мама говорила, что я герой. Отем не раз повторял, что мой подвиг был спланирован. Но ни единая душа не объяснила мне, как спасти их. Никто. Они оставили меня одну, решив, что я справлюсь…
«Однако я не справилась», – подумала она, но не стала говорить это вслух. Все же капелька надежды до сих пор лежала где-то в глубине ее крошечного сердца. Известно, что из капли рождается море, поэтому и этой капли хватило.
– Тебе нужно разбудить их. Но для начала проснуться самой, – голос звучал уверенно, будто заранее зная, что все получится.
– Как? Как мне разбудить всех?
Голос ушел вперед. Туда, где струились звезды.
– Посвети фонарем.
Илис чувствовала, как невидимый незнакомец улыбался, даже в темноте. Это и называется искренностью.
– Фонарем?
– Это сон…
Илис обернулась. На корне, позади нее, стоял тусклый светящийся домик.
– Посвети чуть ближе к корням.
Она поднесла фонарь – шершавая поверхность начала таять, а мелкие волосинки – скручиваться.
– Они боятся света… поэтому здесь так темно… – голос на мгновение стих. – А какое дерево отлично растет там, где холодно и тепло?
Илис будто облили холодной водой. Она лихорадочно схватилась за голову, фонарь был забыт и упал.
– Откуда в Грезах пилисовые деревья? – Следом за фонарем от удивления на пол словно покатилась и Илис.
– Здесь всего лишь одно. Правильным вопросом будет: как пилисовые деревья появились в Сихрате?
– Есть ли ответ на него?
Илис подняла фонарь и поднесла ближе к верхним корням. Как только мягкий свет лизнул их, вниз тут же посыпались миллионы звезд. От тяжелой волны грез корни начали ломаться.
– Осторожно! – предупредил голос, и Илис едва успела отпрыгнуть от лавины из блестящей золотистой пыльцы.
Откашлявшись и еле открыв глаза, Илис осмотрелась и отряхнула оборванную одежонку от золотой пыли. Весь коридор теперь напоминал богатую сокровищницу, но вместо монет он был полон бесценных творений воображения.
– Это все сны… – удивленно шепнула Илис, загребая ладонями мерцающий песок.
– Смотри выше.
Над холмами снов висело гигантское пилисовое око, выточенное руками искусного мастера. Оно умещало сотни обычных сихратовских очей, оно могло видеть миллиарды снов и выплакать океаны грез.
– Кто-то видит сон… – заключила Илис, считая про себя, на сколько лет хватило бы этих снов, променяй она их у Счетовода на еду.
– И как долго этот кто-то их видит?.. – шепнул король.
– Неужели за все это время его не посетили ворцы?
Ворцы. Эти злобные твари служили для Илис напоминанием о потере родителей.
– Неплохо, да? Ты видишь сны сотни лет, и ни единого кошмара… – голос давал шанс герою додуматься самому.
– Ронус… Здесь замешан он? – задумчиво спросила она.
– Илис… думаю, самое время, рассказать тебе начало начал всех снов. На самом же деле то, что принято считать началом, не всегда им является. У любого сна начало – это конец, а продолжение уже додумывается сердцем.
У каждого короля было свое начало. И все начиналось именно с Хонкоме. Так вышло, что однажды оно испугалось и от страха впало в глубокий сон. Королево жило в своих снах чуть ли не двести лет. Когда оно проснулось, все жители, еще не разделившиеся по королевствам, были сильно удивлены, ведь каждый потерял надежду, что оно когда-либо проснется. Но вера сильнее надежды. Королево проснулось. И первое, что оно сказало, было: «Си сиюс». Наверное, другие этого не помнят. И все забыли эти слова и даже не подумали их перевести. Но не я. Я перевел их спустя несколько лет.
Тогда, выйдя из глубокого сна, Хонкоме сказало, что оно боится. Мне пришлось много лет гадать, чего же могло испугаться двухголовое существо ростом едва ли не три метра. Но боялось оно именно того, что стало причиной его спячки. То существо не оставило королево даже в его грезах.
Оно созвало своих слуг и объявило, что хочет услышать заветное желание каждого жителя тогда еще не Грез, а просто Сили… Неба. Люди ожидали, что Хонкоме поможет им осуществить желания всей жизни. Но они не знали, что оно всего лишь выбирало жертв.
Из тысяч человек Хонкоме представило перед народом троих: Норону, Эларис и меня. Оно сказало, что мы поможем им добиться желаемого, а разделение на группы ускорит это. Тогда началось деление: кто хотел богатства – шли за султаном, кто хотел чистоты и красоты – к Эларис, а ко мне шли люди, нуждающиеся в сне. В долгом, непробудном сне.
Хонкоме распределило их по королевствам, дав тем имена: Аточист, Дигень и Ремсть. Сначала всех все устраивало, и каждый находил счастье в своем королевстве. Все больше людей шли в разные дворцы жить своей мечтой.
Однако потом Хонкоме начало само ссылать жителей. Многих оно отправляло в Дигень, не спрашивая их, еще большее количество ссылалось в Аточист, но наибольшая волна захлестнула берега Ремстя. Никто не знал причину, но я догадывался: скорее всего, ссылаемые жители видели кошмары, а оно боялось, что из-за них может увидеть собственный страх.
Жителям это не нравилось. Так же, как и королям.
