Королевство злодеев - Элла Филдс

– А теперь покажи мне эту красивую шею, – прошептал он.

Я запрокинула голову на подушки. Принц резко вздохнул и тихо застонал, а его губы проследовали от моего подбородка до шеи. Горячее дыхание опалило мне кожу. Язык лег в ложбинку ключицы, а потом переместился к пульсирующей вене. Кольвин втянул губами мою кожу, будто предупреждая, но было уже поздно.

– Давай же, – отчаянно взмолилась я, желая отдаться ему, желая, чтобы его палец наконец вошел в меня, желая гораздо большего.

Все это произошло одновременно.

Я прерывисто вскрикнула, когда его клыки и палец вонзились в меня одновременно.

Боль смешалась с удовольствием, комната на мгновение померкла. Кольвин лизнул укус, смягчая жжение языком, и я стала растворяться в чувствах, когда он втянул мою кровь губами.

Принц что-то одобрительно прохрипел, его палец изогнулся внутри меня, а выпирающий член пригвоздил мое бедро к кровати.

Пока он пил мою кровь, меня переполняли чувства. Все мысли исчезли из головы. В животе все сжалось, а ноги скрутило судорогой. Мои пальцы онемели, но я все же вцепилась в него, прижимая к себе, когда решила, что он может уйти.

Кольвин мрачно усмехнулся и снова застонал. Эти звуки, эти глотки, медлительная пытка меж моих ног…

Принц отстранился от моей шеи и посмотрел на меня из-под опущенных век.

– Проклятье, Фия, – выдохнул он и потерся о меня, наращивая темп. – Ты вся дрожишь.

Я закрыла глаза, достигнув головокружительного оргазма, граничащего с болью. Кольвин поймал ртом мой беззвучный вскрик, а я прижала его к себе, обхватывая окровавленные губы. Он зарычал и отстранился.

– Хочу тебя видеть! – Потом он резко вздохнул, когда мое влагалище плотно обхватило его палец. – Проклятье! Хочу ощутить это своим членом, – прохрипел он.

Рано. Пока рано. Я чувствовала малейшее движение его пальца, заставлявшего меня вздрагивать. Открыв глаза, я сглотнула, в горле пересохло.

Кольвин вновь сосредоточился на моей шее, и я заерзала на его пальце, побуждая к действию.

– Еще, – воскликнула я. Нежные движения его языка лишали меня связи с реальностью. – Хочу почувствовать тебя внутри.

Он проигнорировал мои слова, посасывая шею – мучая меня, заставляя отзываться на каждое прикосновение. Сама моя кровь будто пела, щекоча кожу и все внутри, достигая центра с каждым новым глотком.

Его палец вновь дернулся, поглаживая чувствительные набухшие стеночки. Кольвин перестал пить кровь, спускаясь с шеи к моей груди. Он поднял голову и посмотрел на проступающие сквозь ткань соски.

Он смотрел так, будто боролся с собой, его палец медленно входил в меня и отступал, а большой палец массировал чувствительное местечко.

– Кольвин.

– Это слишком для тебя… – Он тяжело дышал. – Что я сделал с тобой… – Кольвин заморгал, его ноздри раздулись, а взгляд замер на моей шее. – Дикарка…

Я дернула бедрами и проговорила сквозь стиснутые зубы:

– Трахни меня уже. Пожалуйста…

– Ты просишь? – проговорил он, встречаясь со мной взглядом. Я бы похвалила его за стойкость, но я видела, как заходили его желваки, а в полном желания взгляде все еще плескалось алое море. – Мой член ты не получишь, но я заставлю тебя снова кончить у меня на руке.

– Почему? – ахнула я, ощутив, как упомянутый член взмок, сильнее вжимаясь в мое бедро: желание буквально истекало из принца.

Он впился в мои губы поцелуем, его волосы защекотали мои щеки.

– Я готов взорваться в любой момент, Фия.

Так и случилось. Мы сошлись в отчаянном поцелуе, принц напрягся, стиснул зубы. И это зрелище – его раздутые ноздри, хриплый гортанный вскрик – вновь подняло меня на вершину. На этот раз, правда, было больно.

Он не лгал. Для меня это было слишком мощно.

Пока кровь в моих висках пульсировала в такт ритму между ног, я поняла, что совершу ужасный, даже зверский поступок, лишь бы испытывать это снова и снова.

Я впилась ногтями в его спину, и с моих губ сорвался стон.

От этого принц заревел громче, уронив голову мне на плечо, его губы впились в мою истерзанную шею.

– Фия. – Кольвин прошипел так, будто все это тоже причиняло ему боль. На моем бедре разлилось тепло. Он застонал и дернулся.

– Вот же…

Тяжело дыша, я открыла глаза и положила руку на его вспотевшую спину.

– Согласна.

Он усмехнулся, совершенно запыхавшись.

– И вовсе ты не горькая, – сказал он, пытаясь отдышаться, а его глаза вновь наполнились золотом. – Разрази меня луна, ты самое сладкое, что я когда-либо пробовал.

Мое сердце подпрыгнуло.

– Значит, ты понимал мои слова!

– Как и все, что мне говорят. Но моим инстинктам все равно, особенно если я не кормился. Я охочусь на все, что движется. Вижу мясо – хочу съесть. Но ты… – Он аккуратно извлек из меня палец, а потом хрипло сказал: – Однако мои инстинкты знали наверняка, кто ты такая.

Я улыбнулась, и он накрыл мой рот своими окровавленными губами.

Так мы и лежали, пока я совсем не расслабилась и не зевнула. Тогда он вытер мое бедро и велел мне уснуть.

17

Фия

Стук в дверь разбудил нас обоих, заставив Кольвина выругаться.

Принц убрал руку с моей талии, а вторую осторожно вынул из-под моей головы, лишая меня тепла. Потом встал с постели.

– Коль, – позвал его Джаррон. – Приведи себя в приличный вид. Я захожу.

Принц прикрыл меня простыней до самой шеи, а я скрыла улыбку.

– Это будет последнее, что ты сделаешь в своей жизни.

Из-за двери донесся смех Джаррона.

– Какой ты ранимый этим утром. Разве принцесса-дикарка не осталась, чтобы удовлетворить твои зверские аппетиты?

Кольвин тихо зарычал, запрыгнул в черные брюки и схватил тунику, которая висела на спинке стула, а потом помчался к двери. Я лишь успела мельком увидеть, как сверкнул его крепкий зад. Дверь захлопнулась прежде, чем я смогла помахать ручкой Джаррону и передать ему мой пламенный привет.

Кольвин удивил меня, взяв инициативу на себя.

– Тебе лучше перестать ее так называть!

– Ее так все называют, – возразил Джаррон.

– Кто? – спросил Кольвин, будто бы стал сейчас составлять список.

Джаррон нервно усмехнулся.

– Да расслабься ты. Я просто пришел тебя проведать, недокормленный ты психопат! – Пауза. – Но, похоже, она все же осталась. – Снова тишина. – И она все еще здесь.

Кольвин ничего не ответил, но я могла представить себе, как мило он хмурится.

Я поправила подушку под головой и прикрыла глаза – мне было слишком хорошо, да и причин уходить я не видела.

Но тут Джаррон сказал:

– Ее ищет Олетт. Что-то насчет примерки платья в чайной гостиной на третьем этаже.