Корона ночи и крови - Мира Салье
* * *
Делла все-таки направилась в обеденный зал, попросив первого попавшегося слугу сопроводить ее. Она злилась, что Кэл просто ушел, оставив ее одну с непомерным грузом на плечах.
Клятый риналец явно тронулся умом, когда всего-навсего предложил прыгнуть со скалы. Ей. Делле.
Она сидела за столом и с жадностью поглощала грушевый пирог с карамельной коркой – в жизни ничего вкуснее не ела! Однако мыслями до сих пор оставалась в том саду.
Боялась ли она? Да. Нет смысла врать самой себе. Демон, как и всегда, оказался прав.
Когда она летела с Кэлом, от страха высоты у нее так кружилась голова, что приходилось закрывать глаза. Она боялась, но все равно мечтала о крыльях, желала почувствовать настоящую свободу. Но ощущать собственные крылья и летать в чужих руках – все-таки не одно и то же.
Страх жил в ней, как когда-то в маленьком Алине. Но куда больший страх Делла испытывала, думая о безумной идее Кэла.
От мыслей ее отвлек мелодичный девичий смех.
Рядом с Николасом ворковала его невеста. Она с такой нежностью и невинностью смотрела на него, что даже сидящая напротив Рия опешила.
Если бы на месте Камилии сидел кто-то другой – особа, похожая на ту же сестру Ника, – Рия бы не показала виду, но в мыслях точно свернула бы ей шею. А в присутствии этой девушки, которая с детской непосредственностью кормила жениха с рук, Рия выглядела так, словно проиграла поединок, не вступая в бой.
Сестра Ника, которую, как выяснилось, звали Викторией, оценивающе наблюдала за Деллой. На ее лице застыла улыбка, в которой не было ничего приятного.
«Я устал, Вик…» – прозвенели в памяти слова Кэла.
«Обычно спустя десять минут после того, как все расходились, ты уже оказывался в моих покоях», – раздался ответ принцессы Виана.
Как долго у них все это длилось?
Вероятно, Виктория давно уже знала, что Рия была Кэлу как сестра, и не чувствовала в ней угрозы. А вот кем им приходилась Делла, та явно все еще пыталась понять.
Алин как-то иначе смотрел на короля Виана. Дураку было понятно, что Рия с Ником хоть и делили постель время от времени, но их связывало нечто гораздо большее, чем плотские утехи. Видимо, ринальскому генералу не нравилось, что его сестре так быстро предпочли другую девицу. Если бы все зависело от Ника, они с Рией были бы вместе, но Алина это наверняка не волновало.
– Нам пора, – сказал он, вставая из-за стола. – Я найду Кэла.
Рия поплелась вслед за братом, так и не обернувшись в сторону Ника, хотя тот, очевидно, надеялся поймать ее взгляд. Делла тоже поднялась, но у самого выхода ее окликнул голос:
– Делла, можно тебя на минуту. Пожалуйста, – добавил король Виана, молчаливо попросив невесту оставить их наедине. Та покорно ушла, напоследок одарив его кротким нежным взглядом.
Делла выжидательно уставилась на него, пытаясь угадать тему беседы. У нее не было никакого желания говорить о Дарниле.
Ник встал с кресла, подошел к стене и привалился к ней спиной, сложив руки на груди.
– Мне не нравится, как вчера все закончилось. Я не хотел причинять тебе боль. Но ты должна понять: мы находимся на пороге войны с чем-то непосильным для обычного смертного. Если бы не поддержка Риналии, половину моего королевства уже выпотрошили бы адские твари. Я не могу позволить себе обзавестись врагом еще и в лице Мирита.
– Я только пыталась сказать, что Дарнилу нельзя…
Николас приподнял руку:
– Прошу, не перебивай. Дай мне закончить, пожалуйста. – И, дождавшись ее кивка, он продолжил: – Я не собираюсь доверять мирийскому принцу, но он молод, силен и готов слушать, в отличие от своего отца, который одержим древней враждой с Риналией. Его возраст и давняя ненависть вконец затмили здравомыслие. Я – король и не имею права руководствоваться одними лишь чувствами. Ради мира, если это спасет мой народ, я пожму руку не только Дарнилу, но и злейшему врагу.
Делле стало неловко из-за того, как она вспылила. Не укрылись от ее внимания и его слова: «Не имею права руководствоваться одними лишь чувствами». Его королевство находилось на грани войны, ему нужен был наследник, и он не мог больше вести эту странную игру с Рией. Он делал все во благо вианского народа.
– Но Дарнил ничего не решает. – Она впилась ногтями в ладонь. – Он марионетка отца. И никогда не пойдет против его воли.
– Король Мирита не вечен. – Ник слегка наклонил голову, и шелковистые черные волосы упали ему на лоб. – В любом случае, Делла, если ничего… не разъяснится в ближайшее время, то нам понадобятся все силы этого мира, чтобы противостоять врагу. Биться на два фронта мы не сможем. Возможно, Дарнил хотя бы попытается помочь.
Делла вновь почувствовала укол вины.
Николас жертвовал собственным счастьем ради своего королевства и продолжения рода, а она не могла разделить постель с незнакомым мужчиной для спасения сотен тысяч жизней.
– Вы, видимо, считаете меня эгоисткой?
– Нет, – мягко улыбнулся Ник, и ямочки у него на щеках стали глубже. Даже в напряженной ситуации он умел столь очаровательно улыбаться. – Это извечный вопрос, и ответа на него нет ни у кого. Важна ли судьба одного человека, если на кону стоят сотни, тысячи жизней? Как король, я должен не колеблясь выбрать большинство. Как человек, я вправе задуматься. Решить можешь лишь ты сама. Но позволь спросить, что тебя терзает? Никто не заставляет тебя любить Эмилиана. Уверен, немало женщин с удовольствием разделили бы постель с королем Риналии. Неужели он так ужасен?
– Нет, дело не только в этом. – Делла уставилась в мраморный пол.
Возможно, союз с вианцами и развеял некую долю сомнений, но она так и не смогла до конца довериться ринальцам. Что-то настораживало ее.
– Так что же? Разве тебя будут к чему-то принуждать? Настолько плоха жизнь в ринальском замке?
Делла покачала головой, испустив прерывистый вздох. Ник все больше заставлял ее чувствовать себя ничтожеством.
– Прости за излишнюю напористость. – Он оттолкнулся от стены и приблизился к ней. – Пойдем, я провожу тебя.
13
Главный враг ринальца – его собственный страх, ибо риньяр никогда не связывает себя узами с тем, кто испытывает подобные чувства. От страха нельзя избавиться, но его можно похоронить.
Дневник неизвестного
По возвращении в Риналию оставшуюся часть вечера Делла пролежала в
