Вызов брошен - Джон Демидов
— Вот что может быть лучше для ледяного мага, чем имя одного из крутейших ледяных великанов⁈ Звучит же!
Я лишь покачал головой, сдавленно пробормотав:
— Неисправим… — и именно в этот момент Александр Леонидович остановился у неприметной двери с табличкой «Склад № 7. Ответственная — В. П. Миронова».
Кабинет внутри оказался совсем небольшим, и был разделён мощной решёткой с окошком, как будто мы зашли в какую-то кассу или архив. За решёткой, под светом люминесцентной лампы, сидела женщина, которой на вид было где-то от пятидесяти до семидесяти лет.
Лицо серое, осунувшееся, с глубокими складками недовольства у рта и прищуренными, будто постоянно высматривающими чью-то вину, глазами, а седые волосы на её голове были туго стянуты в неопрятный пучок.
Когда мы зашли — она что-то писала в толстой книге, и даже не посчитала нужным поднять голову, когда мы закрыли за собой дверь.
— Доброго дня, Валерия Петровна, — начал Александр Леонидович неестественно вежливым тоном. — Нам вот Роман Григорьевич…
— Знаю, знаю, — перебила его женщина сиплым, ворчливым голосом, не отрываясь от книги. — Снова пришли грабить закрома родины, только вот нету ничего почти! Ночью всё выгребли под нужды Игнатьева, и плевать им на остальных-то! Всё под чистую выгребли!
Я удивился такому неуважительному обращению, но Александр Леонидович, вместо того чтобы одернуть её, лишь вздохнул и сказал ещё более миролюбиво:
— Валерия Петровна, ну очень нам надо… Неужели нельзя ничего придумать? Ребята наших вытаскивать идут, а без филок им не справиться!
Женщина после этих слов наконец подняла на нас свой блеклый взгляд, после чего её маленькие глазки оценивающе скользнули сначала по мне, а потом по Илье, и одобрения я там не увидел.
Она что-то невнятно пошамкала беззубым ртом, после чего пробормотала:
— Слишком молоды спасатели-то нынче пошли… — но после этого, кряхтя, отодвинулась от стола и, бурча что-то неразборчивое про «ходят тут и ходют… требуют чего-то… нет бы приносили», скрылась за высоким металлическим шкафом.
Минуты три мы слушали, как она там возится, гремит стеклом, ворчит на неправильно поставленные коробки и на всеобщую бестолковость, а потом она наконец вышла, держа в руках небольшой, но прочный металлический контейнер, после чего без лишних слов шлёпнула его на столик около окошка.
Как только это произошло — Александр Леонидович мгновенно схватил конейнер, будто боялся, что она передумает, и не открывая его, начал сыпать благодарностями, одновременно пятясь в сторону двери.
— Спасибо вам огромное, Валерия Петровна, выручили, просто…
— За каждый фиал! — внезапно проскрипела она противным голосом, — За каждый фиал спрошу отчёта! Так что…
Что «так что», мы не услышали, потому что Александр Леонидович уже вытолкал нас в коридор и захлопнул дверь. После этого он прислонился к стене, смахнул с лба несуществующий пот и протянул мне контейнер со словами:
— Получай. Это лучшее, чем мы можем тебе помочь здесь и сейчас.
Я не заставил себя упрашивать, и сразу принял протянутый контейнер, после чего сразу, не отходя от кассы так сказать, открыл крышку.
Внутри, в мягких ложементах из поролона, лежали «филки», внутри которых переливалась тусклая эссенция. Двадцать штук второго круга, пятнадцать — третьего, и всего пять — четвёртого. Не бог весть какое богатство, и я, если честно, рассчитывал на существенно больший улов, но и это на самом деле было настоящим сокровищем по сравнению с тем, что у нас сейчас было в активе — то есть с абсолютным нулём.
— Этого… маловато будет для серьёзной подготовки, — констатировал я вслух, на что Александр Леонидович повторил недавнюю фразу:
— Это всё, что есть, Сергей Игоревич. Остальное — либо достанете на операции, либо… возьмёте у Игнатьева, когда его найдёте.
В этот момент к нам быстрым шагом подошёл Андрей, за плечами которого висел надутый тактический рюкзак, и имел он, надо признать, весьма довольный вид.
— Ну что, готовы? — бодро спросил он, на что я ответил, пряча контейнер в рюкзак:
— Готовы-то готовы, вот только ты так и не сказал — где твоя точка входа в Сиалу? Из какого города тебя забирать?
Андрей на это пожал плечами, и ответил:
— В Сиале я был всего пару минут. Тесты прошёл, в стартовую зону вышел, и сразу обратно в материнский мир прыгнул, так что я сейчас в стартовой зоне города Тархала, который относится к Аравайскому королевству.
Я кивнул, тщательно запоминая название города, а потом сказал, чувствуя, что время буквально утекает сквозь пальцы:
— Хорошо. Тогда давайте разделим между собой то, что принёс Андрей, да будем переходить.
Александр Леонидович тут же ахнул:
— Вы что, с ума сошли? Куда вы собрались прямо здесь, в коридоре? Немедленно следуйте за мной!
После этого он почти побежал в одном ему ведомом направлении, и нам пришлось ускориться, чтобы не потерять из виду своего сопровождающего. Пока мы шли по пустынным коридорам, Андрей ловко, прямо на ходу, расстегнул рюкзак, а потом выдал мне и Илюхе по три тяжелые гранаты Ф-1 с ребристым корпусом, и по пистолету Макарова.
Я взял ПМ, ощутив знакомую каждому военному человеку грубую рукоять, и взглянул на Андрея с немым вопросом во взгляде, на что тот усмехнулся, и сказал:
— А что? Техника проверенная, безотказная, ломаться там нечему, а в ближнем бою, если что, — лучше этого ничего ещё не придумали.
Спорить я с ним не стал, потому что в условиях подавления магии этот пистолет был ничем не хуже более современных вариантов.
Тем временем Александр Леонидович наконец добрался до своей цели и распахнул перед нами дверь в небольшой, пустой зал, похожий на комнату для совещаний.
— Вот, это отличное место. Можете спокойно стартовать отсюда, а я у дверей охрану поставлю, так что вас никто не побеспокоит.
Внимательно окинув взглядом свою команду, я сказал им требовательным голосом:
— Слушайте меня внимательно… Я хочу чтобы никто из вас самостоятельно не выходил за пределы стартовой зоны. Пока вы находитесь там — вы в безопасности, плюс оттуда прекрасно видно, что происходит вокруг. Выходите только когда увидите меня, и не раньше, поняли?
Я появлюсь в своей старой точке, потом заберу Андрея, и затем мы вместе двинемся к тебе Илюх. Всё ясно?
Оба кивнули, даруя мне надежду, что всё пройдёт как запланировано, после чего я выдохнул, стараясь успокоиться, а потом криво улыбнулся, и пробормотал:
— Ну что ж… Поехали.
Как только я
