Из забвения - Александр Берг

— Девочки, — подозвал я сестёр. — Добрый мастер пекарь интересуется, что бы вы хотели заказать.

Сёстры тут же переместились вплотную к добряку пекарю, немного напугав его. Уточнили, какие есть свежие пироги сейчас на продажу и заказали с рыбной начинкой. Я себе заказал с картошкой и грибами. Хорошо, что до этого взял семена у цветочников и была мелочь. По этому, сильно не светя своим благосостоянием, расплатился по ценнику за пироги и три кружки ароматного настоявшегося кваса. Я успел сделать только один укус пирога, когда почувствовал использование Большой Руны Скрытия. Это на столько меня удивило, что чуть не подавился куском. Прожевав и запив квасом, активировал Определение на максимум. Обведя сканированием по округе и увидел в квартале отсюда, практически у самой западной стены города, знакомый источник, на который я шёл прошлый раз. Он тогда резко пропал, и я оставил попытку дальнейшего бесперспективного поиска. Но сейчас был уверен на сто процентов, что этот источник сродни моему.

Глава 37

Живиц и Смеянка проникли в пустующий одноэтажный дом с добротной крышей, поднялись на чердак, и пацан, расстелив покрывала, стал выкладывать свою дневную добычу на рынке перед девочкой. Несколько булочек, три яблока, пара луковиц, треть круга сыра и шмат сала. Осмотрев свой улов, предложил Смеянке нормально подкрепиться, а сам пока сбегает и ещё чего утащит. Но только он дошёл до лестницы с чердака, как в дом ввалилась компания мужиков. Притаившись и тихо отползая назад, прошептал Смеянке, что бы она молчала и не издавала звуков.

— Штоф, когда там твой заказчик придёт? — раздался голос с хрипотцой.

— Заткнись, Сиплый. Лучше закусь наруби. А заказчик сейчас должен подтянуться. Дюже выгодное дельце обещает. Нужно благородного одного кончить.

— Да ты чё, Штоф? Раньше не мог сказать, какая макруха светит? Нее, братцы, на благородного я не подписываюсь. Мне батя рассказывал, какую чистку провели стражники тут после этой темы. Бывайте, ослы! — Кто-то быстро протопал внизу и, хлопнув дверью, убежал.

— Без Шишака обойдёмся, его доля пойдёт нам, — заявил Штоф, чем-то булькая, наполняя кружки. — Ну, братва, за удачное начало.

Раздались одобрительные голоса примерно десятка человек и потом чавканье закуской и стуком кружек по столешнице. Тут скрипнула входная дверь и все замолчали.

— Здрасти, ваше магичество, — с подхалимажем сказал Штоф, встречая новоприбывшего.

— Все тут? — спросил вошедший.

— Все, кто готов на дело. Вы только предоплату светаните хотя бы, а то уважаемое общество волнуется.

— Держите. Предоплата, как и договаривались. Втрое больше получите, когда всё сделаете.

— Штоф, это чё? Золото? Нам графа чтоль завалить нужно? — раздался удивлённый голос одного из подельников, видать сунул нос проверить сколько им предоплаты дали.

— Всего лишь барона. Имя его Ярослав Кощеевич Найдёнов. Через пять дней приедет на праздничный раут к виконту Волкову. Ваша задача отследить и внимательно бдеть за ним, пока не появится удобный случай устранить. Желательно сделать всё тихо. Поэтому плачу вам золотом.

— Штоф, да это же тот барон что в одиночку банду кочевников вырезал давеча.

— Сиплый заткнись, лучше сало нарежь.

— Слухи преувеличены, там была дружина барона и превосходящие силы стражи, — ответил визитёр на восклицание Сиплого.

Живиц сидел рядом со Смеянкой и девочка вдруг чихнула. Внизу сразу все замолкли.

— Сиплый, иди проверь, кто там на чердаке схоронился, — скомандовал Штоф.

Раздался скрип лестницы на чердак, потом крышка люка резко откинулась и показалась голова с выпученными глазами как у рыбы, следом появилась рука со свечкой, освещая пространство вокруг. Сиплы полностью вылез на чердак и вытащил тесак из-за пазухи, стал осматриваться вокруг.

Живиц в это время, зажмурив глаза и прижав к себе Смеянку, думал только об одном: Только не увидели бы их. А перед внутренним взором плыла какая-то загогулина. Сосредоточившись на ней, парнишка заставил её засветиться в своём воображении.

— Нет тут никого, — раздался голос Сиплого над самой головой детей. — Птица видать порхнула с чердака из слухового окна.

И тут Живиц потерял концентрацию, открыл глаза и уставился на удивлённого Сиплого. Тот убрал нож и быстрым ударом вырубил пацана.

— Братва, тут пацан какой-то с девкой магичил, я его срубил, щас притащу вниз, глянем на них. Ай! Стерва мелкая, кусаться вздумала? — раздался ещё удар и второе детское тело свалилось в беспамятстве.

***

Взяв уверенный след эманации рунной магии, мы быстро продвигались подворотней. Найдя, из какого дома шёл сигнал, определил наличие как минимум десятка взрослых людей и двух детей, которых тащил по чердаку мужик. Эманация рун шла от одного из детских тел.

Из тех, кто был внутри здания, выделялся средней силы маг. Его определил приоритетной целью и повёл сестёр за собой. Распахнув двери без стука, я уставился на холёного хлыща в чёрном плаще с капюшоном. Тот, увидев, кто вторгся к ним на сходняк, удивлённо икнул и, наставив на меня палец, попытался что-то крикнуть но был атакован рунами Разрушения, Блокировкой Магии и Сна. Пронёсшись мимо меня сёстры, быстро расправились со всей кодлой внутри, а мне оставалось только собрать эманации уходящих жизней. Пополнив несколько малых камней в мешочке.

— Штоф, чего расшумелись? Принимайте мелюзгу лучше!

Раздался голос с чердака, и нам в руки один за другим упало два детских тела с разбитыми лицами. Следом по лестнице стал спускаться тот самый индивидуум. Сёстры дождались, когда он спустится и, скрестив свои клинки у него на шее, отсекли голову.

Я подхватил обездвиженного благородного мага, кивнул сёстрам Лун взять на руки детей. Огляделся Определением жизни ещё раз вокруг и активировал в доме несколько очагов возгорания рунами Огня. Открыл переход в поместье у сарая, где сгрузил свою ношу. Подозвав дежурного дружинника, распорядился раздеть и связать пленного. Девушки в это время унесли детей в дом.

В доме я внимательно осмотрел состояние малышей. Пацан лет десяти с родством к рунной магии и совсем кроха лет пяти, девчонка с источником не многим больше, чем у обычного человека. Прошёлся по ним рунами лечения и регенерации. Следом наложил целительский сон. Позвал Фросю и отдал ей на попечение беспризорников. А сам с сестрами, разгрузившие свои сумки, вернулись в Сокол за лошадьми. Хоть и начинался вечер, мы оседлали своих скакунов и покинули