Раб - Дмитрий Лим

смерти ненавистного орма, я пытался осознать произошедшее, оценить обстановку, понять, что ждёт меня дальше. В голове было множество вопросов. Кто эти люди? Зачем они напали? Что им нужно? Почему варги напавших отличаются от наших? Эти воины — тоже ормы? Из какой они деревни? Нас просто ограбили, я же правильно понимаю?

И всё же, невзирая на десятки вопросов, мне казалось, что дело во мне! Почему-то я был почти уверен, что напали воины того шамана, который купил гитару. Даже вопросы, которыми обменялись ормы:

— Долго нам ждать?

— Он должен был выехать перед рассветом, — полностью укладывались в мою теорию. Меня потряхивало от безумной надежды, что я прав! Я оказался достаточно ценным для того, чтобы вызвать эту резню. Если это действительно так…

Если это действительно так, я должен торговаться, как сумасшедший, выбив себе максимально приемлемые условия! И я буду это делать!

Чужаков было около двадцати. Все как один высокие, поджарые, с лицами, изрезанными шрамами. И шрамы эти получены не в боях или драках, а специально нанесены на лоб, щёки и подбородок — слишком уж они были одинаковые и симметричные.

Одеты победители оказались почти так же, как и наши ормы: на них были пончо, хотя некоторые уже скинули верхнюю одежду. На каждом — свободные штаны, перехваченные огромным ремнём с кучей всяких блестяшек, на голове — смешная шапка. Больше всего она напоминала вязаный детский чепчик, вплотную облегающий голову. Выглядело это несколько нелепо, когда на широченных плечах оказывалась небольшая, плотно обтянутая полотном голова с трогательными завязочками под подбородком.

Я даже засмотрелся на забавный головной убор, в то же время оценив его практичность: тёплый, маленький по размеру, при быстрой скачке не слетит с башки и не будет ловить ветер.

Но главное отличие было в цветах! Если наши ормы носили всё однотонное, грязно-коричневого или серого цвета, то у этих чужаков одежда была из крашеных тканей и даже с украшениями. Расшитая разноцветными нитями, увешанная перьями, яркими узелками, чьими-то крупными клыками. У каждого висел клинок на поясе и кинжал — на груди. Сейчас, при свете утра, я видел, что вышитый рисунок на ножнах у всех одинаковый. Смысла я не понимал, но, похоже, это — какой-то клановый знак. А у некоторых крепился ещё и лук за спиной, и колчаны тоже были расшиты такой же символикой, как и ножны.

Я повернулся к соседям, пытаясь узнать, кто эти воины. Но на мой вопрос ответа не последовало: оба с недоумением пожали плечами. Так что, пока победители занимались своими делами, я внимательно изучал их, стараясь запомнить каждую деталь: особенности внешности, манеру поведения, жесты, голоса. Возможно, эти знания пригодятся мне в будущем.

Заметил, что среди них выделяется один — тот самый Мирос. Он был как Дхор: командующий, который отдавал приказы и руководил действиями воинов. Он в целом напоминал Дхора: немногословный, уверенный в себе, очень спокойный.

Стараясь не привлекать к себе внимания, я продолжал наблюдать, гадая, что ждёт меня впереди. Было очевидно, что моя жизнь отныне полностью зависит от воли этих людей, но… Но даже Дхор прислушивался к мнению своего шамана! Мне оставалось только ждать и надеяться на лучшее, что в новом «доме» будет легче и проще.

Мирос отличался от своих воинов не только тем, что командовал, но и деталями в одежде. На его пончо помимо клановой вышивки были добавлены сложные узоры, напоминающие схематичные фигуры животных. На поясном ремне висела небольшая кожаная сумка, украшенная мелкими костяными бусинами. А на шее красовалось ожерелье из шести огромных белоснежных клыков, каждый из которых был аккуратно обёрнут тонкой серебряной проволокой. Все эти детали указывали на его высокий статус в племени.

Мне не показалось: варги нападавших действительно отличались от тех, к которым я привык. Шерсть у этих была длиннее и гуще, с заметным подшёрстком, что говорило о том, что эти звери привыкли к более суровому климату. Морды у них более вытянутые, чем у наших, а зубы — короче, но клыки такие же жуткие. Глаза действительно были мутно-белыми, а серый вертикальный зрачок оказался еле заметен, так что мне не показалось… но они были в разы спокойнее. Наши варги всё ещё нервничали от обилия трупов, переминались с ноги на ногу, издавали какие-то хрипящие звуки, требуя жрачки.

Один из чужаков, подойдя к связанным варгам, начал говорить им что-то успокаивающее. Звери отвечали приглушённым рычанием, но сейчас в их глазах уже не было той ярости, что раньше. Рабы молча сидели истуканами, вжавшись друг в друга: я чувствовал боками их закаменевшие тела. Нам оставалось только ждать своего часа.

* * *

Солнце поднималось все выше, освещая место побоища все ярче. Кровь на земле начинала засыхать, теряя противный, тревожащий варгов запах. На трупы уже начали садиться насекомые, точь-в-точь как земные мухи.

Один из воинов подошёл к трупам и начал их обследовать. Небрежно разрезал одежду, потрошил поясные сумки, не брезговал заглянуть за пазуху. Кстати, все трупы уже лежали босиком: хорошую обувь сняли в первую очередь. Наконец, вояка нашёл то, что искал, и крикнул:

— Мирос! — на ладони у него лежал тот самый мешочек, которым шаман их племени расплатился за гитару. Похоже, прячущееся в мешочке было действительно большой ценностью.

Мирос подошёл, забрал мешочек и тут же развязал его, вытряхнув на ладонь…

Я чуть глаза себе не сломал, пытаясь рассмотреть, что это! Вождь ссыпал с ладони это назад, а я остался в полном недоумении, подозревая, что меня просто подвело зрение: на ладонь воина из мешочка были высыпаны обыкновенные стеклянные половинки шариков. Те самые половинки, которые стоят жалкие копейки и продаются в любом магазинчике «Всё для рукоделия». Такие обычно покупают для детских поделок.

Мирос уже занимался другими делами, а я всё ещё пытался сообразить, что это значит.

«Что за хрень⁈ За гитару расплатились стекляшками⁈ Да ну нахер… Хотя… Я и простого-то стекла здесь не видел, а цветное, наверное, ещё дороже. Но всё же перебить чужой отряд за горсть разноцветных бусин — трындец какой-то! Судя по всему, для местных это барахло — нехилая ценность».

Солнце поднималось всё выше, а я размышлял, как использовать нынешние знания в торговле за свою будущую судьбу.

Глава 22

Мирос подозвал к себе нескольких воинов и что-то им приказал. Те кивнули и направились к куче мешков и товара, которые выкинули из наших повозок. Осмотрели объёмы работ, и один из них крикнул нам: