Время «Ч» - Михаил Егорович Алексеев

русских свиней». Он ускорил шаг, а потом интуитивно замедлился и фактически на цыпочках, стараясь не шуметь, подошел ко входу и осторожно заглянул в погреб. Хозяин стоял посредине входной площадки, вся семья Олега, с бледными лицами, прижалась к стене. Впереди стояли взрослые во главе с его сыном, закрывая собой внуков. И отдельно ото всех стояла жена хозяина и работники. Жена без звука плакала. И только тогда Олег заметил, что толстяк держит в руках помповое ружье, направленное на его родных. Он остолбенел. Толстяк как раз орал, что он доведет до конца дело его деда, офицера панцерваффе СС и уничтожит варварское отребье. В это мгновение Олег увидел, что на него смотрят испуганные глаза младшей внучки. И это послужило спусковым крючком. Причем Олег не замышлял план и даже не раздумывал, он просто прыгнул в проем двери, отталкивая и распахивая ее настежь. Толстяк среагировал на шум, поворачиваясь и поднимая ствол ружья. Олег, в свою очередь, бежал к нему не по прямой, а смещаясь за спину толстяка, заставляя того разворачиваться в неудобную для него сторону. И главное, отворачиваясь от родственников Олега. За мгновения до того, как Олег достиг толстяка, тот не выдержал и нажал на спуск. Грохнул выстрел. В замкнутом пространстве оглушительно ударило по ушам. Что-то, пуля, дробь или картечь – Олег не знал, чем там заряжен дробовик, – с визгом отрикошетили от стены. Но, даже если бы толстяк не промазал, Олег уже вложился в удар. Не дрался он уже, наверное, лет сорок. Но память тела, еще из времен бурной юности и молодости, не подвела. К тому же вес за сто килограммов внес свою лепту. Толстяк взмахнул руками, роняя ружье, и, пролетев пару метров по воздуху, рухнул на бетон. Секунды спустя истошно завопила хозяйка, бросаясь к мужу. А у Олега как будто выключили звук. Он слышал все как через вату. Плакали его жена, сестра и невестка. Сын подобрал ружье, ткнул его в плечо и что-то сказал. Олег не слышал. И только взглянув вниз, он увидел, как него смотрят те самые глаза внучки, крепко обнимавшей его за ногу. Он нагнулся и поднял ее на руки. И только тогда его начало отпускать. Очень захотелось выпить чего-нибудь крепкого.

– Откуда это у него? – Олег кивнул на ружье.

– Из дома принес.

– Что у вас тут? – В погреб влетели сват и Вольф.

Женщины наперебой стали рассказывать. Олег молчал, Вольфганг уловив из женского гвалта суть, попросил у Антона ружье. Осмотрел, одобрительно покачал головой.

– Хороший трофей! – И протянул обратно. Антон кивком головы указал на Олега.

– Это отец отобрал.

Вольф протянул оружие Олегу.

– Правильным будет, если ты будешь им пользоваться, – предложил Олег.

– Настают времена, когда понятия правильности меняются. Это трофей, добытый с опасностью для жизни. Значит, по древнему закону он твой, – не согласился Фритч. – Но я буду рассчитывать на тебя. Я уверен, это не последнее наше оружие. Без него теперь жить будет невозможно. Я так думаю.

С этого дня у них началась новая жизнь. Жизнь, за которую приходилось сражаться ежедневно. Общеизвестно, что слово «организованность» – это второе имя немецкой нации. Поэтому ничего удивительного нет в том, что уже к вечеру этого дня толпа выживших превратилась в организованную структуру выживальщиков. Кто-то работал на кухне, кто-то ухаживал за пораженными, кто-то носил воду из ключа, бившего из-под скалы. Дети вместе со взрослыми ходили в караул, охраняя границы анклава от чужаков. А таких случаев было несколько. Правда, группы, вышедшие к долине, просто искали место для выживания. Хозяин, после инцидента в погребе притих, активности не проявлял, лишь тоскливо смотрел, как «растаскивается» его имущество. Его люди продолжили работать на кухне, а его самого и жену старались лишний раз не тревожить. Нет, он не отказывался от работ и покорно выполнял все, что поручалось, но при этом имел вид раба, работающего исключительно из-под палки. Олег, кстати, забрал у него весь запас патронов к дробовику. Был создан совет в составе выбранных старших по направлениям и от групп. Олег вошел в совет от их самой многочисленной в анклаве семьи. Сам же он, вместе с сыном, сватом, мужем сестры Евгением и их зятем, вошли в состав группы добытчиков. Это они сами себя так назвали, а проще можно было сказать – мародеров. Но это название не прижилось. Два-три раза в неделю их группа в составе обычно восьми-десяти человек, под командой обер-лейтенанта уходили в зараженные земли. Используя самодельные средства защиты, они искали необходимые ресурсы для выживания. В основном продукты длительного хранения и медицину. Но первый выход они сделали в местный отдел полиции. Здание оказалось полуразрушенным и в нем уже кто-то побывал. Этот «кто-то» явно был не чужим человеком в отделе, потому что откопанные оружейные сейфы были открыты ключами и пусты. Но полным невезением это назвать было нельзя. Во-первых, их группа с запасом обеспечила себя противогазами. Люди, побывавшие здесь до них, взяли только нужное им количество. Осознанно они это сделали или попросту не смогли все унести, но спасибо им за это. Второе, в разрушенном здании чувствовался запах разложения. Посовещавшись, решили проверить надежду, что под руинами погиб кто-то из числа полицейских. А значит, он мог быть вооружен. К счастью, так и оказалось, и они стали богаче на три пистолета с запасом патронов. Пистолеты получили командир группы, Михаель и Антон, как служившие. На обратном пути добрали продуктов в ближайшем, уже изрядно ограбленном, магазине. Что еще запомнилось из того, первого выхода, так это множество умерших и умирающих. Самое тяжелое было обходить стороной людей, просящих помощи. У них не было никаких возможностей им помочь. Эти люди были обречены. И тем не менее уже в этом же выходе они привели в свой анклав выжившую семью. Муж и жена в возрасте близко к 60 годам, при первых же взрывах спустились в подвал, как-то сумели загерметизироваться, и, питаясь картошкой и водой из системы отопления, выдержали все эти дни. К ним они вышли, понимая, что бесконечно находиться в подвале не получится. В качестве «приданого» они взяли с собой два мешка картофеля. Что не удивило их группу, так это то, что оба оказались русскими немцами.

Потом, позже, их группа обзавелась полным набором огнестрельного оружия из полицейского участка соседнего города. Правда, пришлось изрядно покопать там. Для этого они разбили временный лагерь в подвале соседнего административного здания