Альфонс - Дмитрий Лим

— Айя, оставь нас.

Она вздрогнула, но не возразила, лишь крепче сжала мою руку, словно прощаясь, и тихим шепотом произнесла:

— Я буду ждать тебя.

И, опустив голову, вышла из дома.

— Пройди, Мирос и ты, Макс.

Походный вождь, помедлив секунду, приблизился к очагу и опустился на одно колено перед старым шаманом. Я же шагнул за спину к Миросу, глядя на Заргаса с какой-то внутренней тревогой. Что-то подсказывало мне, что этот разговор будет непростым.

— Говори, Мирос, — произнес старик, не отрывая взгляда от огня. — Я чувствую смрад смерти на тебе. И горечь в душе моего ученика. Расскажи мне, что произошло.

Мирос начал свой рассказ тихим, ровным голосом. Он говорил о нашей «дипломатической» поездке во всех подробностях. О том, что шаман деревни Миго обвинил нас в том, что мы и есть — скверна. О том, как легко дались переговоры с другими шаманами. И конечно, похвастался тем, что мы взяли с собой целую ораву чужих ормов. Не забыл, так же, упомянуть, как горела деревня Миго.

Походный вождь умолк, ожидая реакции Заргаса. Старый шаман продолжал молча смотреть на огонь, словно не слышал ни слова. В комнате повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров в очаге. А я… я просто охреневал. С какой лёгкостью Мирос обо всём рассказывал. Как будто убить мирных жителей деревни для него — раз плюнуть.

Да почему, как будто? Ему легко далось это решение. Обиженка сраная — не понравился отказ и решил всех кончить! Но надо отдать ему должное: он не соврал, когда рассказывал, не приукрасил ничего…

Наконец, Заргас медленно поднял голову и посмотрел прямо на Мироса.

— Миго… — прохрипел он. — Самое место во Тьме. Ты правильно поступил, что уничтожил эту грязь.

Эти слова словно ударили меня обухом по голове. Я не мог поверить своим ушам. Как? Как Заргас мог так говорить⁈

Мирос, казалось, был доволен услышанным. Он вскинул голову и гордо выпрямился.

— Все сделано так, как ты велел, шаман, — произнес он с торжествующей улыбкой. — Неугодные сразу погибли, остальные — слабы. И когда мы разберемся с вархарами…

До слуха донеслись эти слова, медленно упали в сознание, а в моей голове неторопливо, со скрипом начала строиться логическая цепочка…

Разобраться с вархарами? Что-то тут не сходится. А что, если… вархары тоже лишь часть плана⁈

И тут всё встало на свои места!

Заргас вовсе не заботится о благополучии чужих деревень или безопасности леса! Для него это всего лишь игра, способ укрепить свою власть, расширить влияние и, возможно, отомстить за какие-то старые обиды! Су-у-ука!!!

Вархары — всего лишь предлог для начала большой игры! А чужие ормы — пушечное мясо, расходный материал, смерть которых позволит ослабить защиту других поселений. И после того, как мы уничтожим монстров, Мирос поведёт нашу армию в те места, где нам дали воинов…

В голове проносились обрывки фраз, догадки, складываясь в слишком очевидную, теперь, картину.

«Неугодные сразу погибли, остальные — слабы. О не просто знал заранее! Он это все и придумал!».

Заргас не просто уничтожил деревню Миго, он провел жесткий отбор. Сильные и непокорные умерли, слабые останутся жить, чтобы стать рабами. И эта участь ждет каждую деревню, которая осмелится не покориться его воле. Рабы, скот, земли — все это станет его добычей. Он превратит деревни, в которых я побывал, в руины, а людей — в бессловесных рабов. Су-у-ука!

В груди поднималась волна ярости, смешанная с отвращением. Как я мог быть таким слепым⁈

Мирос прервал мои размышления:

— Шаман, — обратился он к Заргасу, — шамана деревни Миго убил твой ученик, Макс. Он не дрогнул, не проявил слабости. Он выполнил то, что должен был.

Заргас медленно повернул голову в мою сторону. Его взгляд, прежде тяжелый и мрачный, сейчас казался одобряющим. Уголки губ тронула слабая улыбка.

— Я горжусь тобой, ученик, — произнес он, словно пробуя каждое слово на вкус. — Ты сделал то, что должен был!

Внутри меня все кипело. Ярость, отвращение, осознание собственной слепоты — все это бурлило, грозя вырваться наружу. Но внешне я оставался невозмутимым. Маска равнодушия приросла ко мне. Я понимал, что сейчас не время показывать свои истинные чувства.

Я немного поклонился Заргасу, стараясь изобразить должное почтение.

— Я лишь исполнил волю духов, учитель, — ответил я ровным голосом.

Заргас издал тихий, хриплый смешок.

— Ты далеко пойдешь, Макс. Очень далеко! Теперь, — продолжил Заргас, переводя взгляд на Мироса, — нам следует решить, когда нападём. Охотники вернулись сегодня утром. Они обнаружили логова вархаров.

— Когда выступаем? — спросил Мирос.

Заргас на мгновение задумался, глядя на пляшущие языки пламени. Тишина в комнате стала почти осязаемой. Даже потрескивание дров казалось слишком громким.

— Завтра на рассвете, — наконец произнес старик, — Соберем всех новых воинов у ворот. Нашу армию отправим следом, но позже.

Мне даже не нужно было слушать его дальше, чтобы понять — почему наша армия пойдёт следом. Чтобы прийти под конец битвы и добить раненых, как ормов, так и вархаров. Слишком очевидно.

Мирос снова кивнул, соглашаясь с каждым словом Заргаса. Он словно забыл о моем присутствии, полностью погрузившись в предстоящую войну. Я же, по-прежнему стоял у него за спиной, молча слушая их разговор. Каждое слово старика, каждое движение Мироса вызывали во мне лишь отвращение.

— Ты останешься здесь, Макс, — вдруг произнес Заргас, закончив беседу с Миросом о предстоящем, — Я вижу твоё желание…

«Да что ты несёшь, старый придурок? Нахер мне на всё это смотреть?»

— … вижу твою жажду крови. Но, ты — мой ученик, а не воин! Всему своё время.

Я почувствовал, как кровь приливает к лицу. Он думает, как будто манипулирует мною. Ха! Я понял гораздо больше, чем ты думаешь!

— Как скажешь, учитель, — ответил я ровным голосом, стараясь скрыть свою ярость.

Заргас удовлетворенно кивнул, довольный моим ответом. Он не заметил ни капли сомнения в моем голосе, ни тени лжи в моем взгляде. Он был уверен в своей власти надо мной, в своей способности управлять моей жизнью. И это было его главной ошибкой.

— Свободен, Мирос, — произнес Заргас, отпуская походного вождя. — Иди и готовь своих воинов. Завтра нас ждет тяжелый день.

Мирос