Друид. Жизнь взаймы - Виктор Молотов
Черт, до боли обидно!
В третьей сидело существо, похожее на крохотную девочку с зелёными волосами. Ростом не больше ладони. Она смотрела на меня огромными глазами, полными ужаса.
Русалка. Точнее, мавка – так, кажется, называются речные духи. Про них я читал в одной из книг Валерьяна.
– Нашёл-таки, – вот вспомнишь заразу, появится сразу. Так и призрак старика снова появился в самый неподходящий момент. – А я всё думал, какое решение ты примешь, когда найдёшь это место.
– Сомневался во мне? Спасибо. Очень приятно, – с сарказмом ответил я и открыл банку с мавкой.
– Ещё бы в тебе не сомневаться! Я ж прекрасно знаю, кем ты раньше был, – съязвил дух.
А я опустил банку на пол, и дух очень осторожно выглянула из неё.
– Ты свободна. Возвращайся в лес, больше тебя никто не тронет. Даю слово друида. Я защищу эти земли и всех их обитателей, – постарался улыбнуться, но вышло криво.
Взгляд то и дело метался к другим банкам, где духов было уже не спасти. Это злодеяние совершил отнюдь не я, но сейчас мне было совестно. Накатил стыд за действия отца моего предшественника.
Через пару секунд мавка что-то пискнула в ответ – я не разобрал. И спешно побежала к открытой двери. Словно опасалась, что всё это шутка и я буду её догонять.
– Сколько же вас тут? – прошептал я, оглядывая полки.
Работы предстояло много. Это как разбирать завалы на складе после банкротства. Только вместо просроченного товара – загубленные жизни.
Чёрт, мне уже не нравится это сравнение с прошлой жизнью. Не в данном случае.
Дальше я методично открывал банку за банкой. Живых оказалось семеро: три лесавки, две мавки и два существа, которых я вообще не смог опознать. Были похожи на светящихся мотыльков размером с кулак.
– Это огневики, – подсказал Валерьян, наблюдая за моей работой. – Редкие духи. Удивительно, что выжили. Они свет любят, а тут темно.
Огневики упорхнули в темноту подвала, едва я снял крышку. Остальные духи тоже не задержались – разбежались кто куда, только пятки сверкали. Благодарить меня никто не стал. Да я и не ждал.
А вот мёртвых я насчитал четырнадцать. И сложил банки с ними в большую корзину.
Выглядело это жутко: куча сухих листьев, увядших водорослей, потускневших перьев. Но я старался не думать об этом.
– Что с ними делать? – спросил я Валерьяна. – Как их хоронят?
– В земле, – на этот раз серьёзно ответил призрак. – Духи из земли рождаются, в землю и уходят. Только место нужно правильное. Под старым деревом, которое силу имеет.
– Есть у меня одно на примете, – тихо произнёс я и поднял корзину.
Степан проводил меня испуганным взглядом, когда я прошёл мимо него.
– Барин, вы куда это? – он смотрел только на корзину.
– Хоронить, – коротко ответил я.
На улице уже смеркалось. Я дошёл до дуба, с которым первым познакомился на этих землях, и опустился на колени у его корней.
– Помоги мне, – попросил я дерево. – Они заслужили покой.
Дуб откликнулся. Земля у корней стала мягкой, податливой. Я начал копать руками – лопату искать не хотелось. Да и казалось это каким-то неправильным. Слишком человечным, в то время как духам хотелось дать полное единение с природой. Пусть даже после смерти.
Когда яма стала достаточно глубокой, я осторожно переложил в неё содержимое корзины, достал всех из банок. Положил останки рядами и присыпал землёй.
Затем положил ладони на образовавшийся холмик.
– Простите, – тихо сказал я. – За отца. За то, что он с вами сделал. Я не могу это исправить, но могу хотя бы вернуть вас матери-природе.
– Дай им немного магии своей, так им спокойнее будет, – посоветовал Валерьян.
Так я и сделал. Небольшой поток энергии отстранился от моих рук и впитался в землю.
И вдруг почва под моими ладонями потеплела. Потом стала горячей. А затем, всего через несколько секунд, из холмика полезли ростки!
Они тянулись вверх, переплетались между собой, образуя своеобразные узоры.
– Что происходит? – отстранился я.
– Не двигайся! – рявкнул Валерьян. – И руки не убирай! Процесс пошёл.
– Какой ещё процесс?!
Призрак не ответил. Только ухмыльнулся в свою дурацкую бороду.
Ростки продолжали расти. Свет от них становился всё ярче, пока не превратился в настоящее сияние. А потом они начали распадаться на искры.
Из первого такого сияющего облака выступил лесавка. Живой! Он посмотрела на меня удивлёнными глазами, будто не понимал, где находится и как тут оказалась.
Из второго появился ещё один. Затем стали возникать и другие духи.
Через минуту вокруг меня стояли четырнадцать духов. Тех самых, которых я только что похоронил!
Я с непониманием уставился на Валерьяна.
– Ты знал?
– Знал, – призрак даже не пытался отпираться.
– И не сказал?!
– А зачем? Чтобы ты провёл ритуал без души? – Валерьян покачал головой. – Нет, Сева. Так это не работает. Дуб откликается только на искренние чувства. И только тогда помогает. Если бы ты знал, что они оживут, то думал бы о результате, а не о них.
Я хотел возразить, но, чёрт возьми, он был прав.
Если бы я знал про воскрешение, то воспринял бы это как задачу. Как тот же бизнес-процесс. Положить духов в яму, добавить магии, получить результат. Галочка, следующий пункт.
А так я действительно переживал за них. Действительно просил прощения. И чувствовал стыд за то, что натворил мой отец.
Вот же хитрый призрак! Это с одной стороны. А с другой стороны, он только что показал мне, что духов надо беречь.
– Запомни этот урок, друид, – Валерьян поднял палец. – Магия леса – это не инструмент.
– А что тогда?
– Отношения. Как с женщиной. Будешь относиться как к вещи, то получишь скалкой по голове. А будешь с уважением… – он мечтательно вздохнул. – Эх, была у меня одна русалка…
– Валерьян!
– Что? Я же про уважение говорю!
Думаю, после всего произошедшего сегодня я запомню это навсегда.
– Мы запомним это, друид, – одна из мавок склонила голову. – Дубровские причинили нам много боли. Но ты – другой. Мы расскажем об этом всему лесу.
Я не нашёлся, что ей ответить. Но оно было и не нужно. Духи начали расходиться. Растворялись в сумерках, уходили туда, откуда их когда-то забрали. Возвращались домой.
Я же остался сидеть под дубом.
– Знаешь, Валерьян, – откинулся спиной на ствол. – Ты тот ещё манипулятор.
– Я наставник, – поправил он, подняв вверх указательный палец. – А наставник должен учить. Иногда – словами. Иногда – хитростью. А иногда… – он прищурился. – …нужно просто не мешать ученику совершить правильный поступок.
Слухи
