Мёртвые души 4. Руины древних - Евгений Аверьянов

И — пространственные кольца. Три.

Я активирую одно — внутри книга. Чёрная обложка, серебряные плетения.

"Основы магических плетений."

Я пролистываю. Формулы. Связки. Алгоритмы построения энергии. Сложно. Интересно. Моё.

— Забирай, — говорит Ян. — Нам важнее, чтобы ты это понимал. И использовал.

Я киваю.

— Остальное делим поровну. Без политики.

И все соглашаются. Молча. С облегчением.

Гнездо — уничтожено.

Мы выходим медленно, с тяжёлыми шагами.

И я чувствую: я стал другим.

Теперь у меня есть не только меч.

Теперь — знание.

Я нашёл время ночью, когда остальные уже спали. Мы закрепились в отдалённой камере катакомб — вычищенной, сухой, с хорошим обзором. Стражей не было. Трупов — тоже. Только тишина и книга в моих руках.

"Основы магических плетений" начиналась с вводной, написанной скучно, но честно:

"Если вы открыли этот том ради силы, не тратьте время. Это не сборник чудес. Это алгебра магии. Сначала — понять. Потом — построить. Лишь после — применять."

Я хмыкнул.

— Приятный тон. Почти как у старого знакомого, которого я выбросил из головы.

Чтение шло медленно. Формулы. Схемы. Энергетические узлы, точки стабилизации, потоки и обратные ветви. Всё это поначалу казалось нагромождением, но где-то на десятой странице я начал узнавать.

Некоторые плетения уже были знакомы. Неосознанно. Я чувствовал их, когда вызывал доспех. Когда энергия шла по телу. Когда щит реагировал на удар.

Именно это чувство, интуитивное, как дыхание, теперь обретало структуру.

— Так вот ты как устроен, — пробормотал я, перелистывая главу о базовых схемах усиления и обнаруживая конструкцию энергетического доспеха.

Никакой поэзии. Просто схема. Примитивная по меркам автора, но по моим — вполне работающая. С определённым недостатком.

Я провёл пальцем по руне на запястье, активируя доспех.

Плетение вспыхнуло внутри. Не глазами — чувствами. Я увидел, как потоки складываются. Как связываются между собой — туго, нерационально. Энергия в узле гуляла петлёй, теряя часть на каждом витке.

— Неудивительно, что он жрёт, как голодный зверь, — буркнул я.

Я вспомнил одну из схем из книги — вариант сглаженного перехода, с обходным направлением. Осторожно, мысленно, провёл замену узла. Сначала — один. Потом второй.

Плетение дрогнуло.

На секунду показалось, что всё развалится — вспышка в висках, легкое давление в груди. Но потом линии встали на место. Замкнулись. Встали ровно. Без натяга.

Я активировал доспех полностью.

Он вспыхнул — и… сел плотнее. Не сжав, не сковав — просто облег тело. Как броня, которая знала, куда именно ложиться. Шум энергии стал тише. Не такой рваный. Ровный.

Я пошевелился. Проверил баланс. Щит в руке. Вес — тот же, но удар в пол вызвал едва заметную отдачу. Раньше было больше дрожи. Теперь — гасилось сразу.

— Прочнее, — сказал я вслух. — И… тише.

Я закрыл книгу, не пряча — просто положил рядом.

Эта ночь ничего не изменила.

Но теперь я знал, почему доспех держится.

И знал, как его усилить.

Это была не просто магия.

Это было ремесло.

А ремесло — я уважаю.

— Катакомбы ещё не закончились, — сказал Ян, сидя у карты, начертанной прямо на полу углём. — Мы прошли примерно две трети внешнего кольца. В центре, возможно, есть соединение с более глубокими уровнями. Но путь — нестабильный.

— Путь никуда не денется, — отозвался я, привалившись к стене. — А вот соседи сверху — могут.

Марина подняла взгляд.

— Думаешь, стоит выйти?

— Думаю, стоит узнать, не варят ли они там зелье из наших черепов.

Я повернулся к остальным.

— Глубже мы успеем. Но если фанатики на поверхности собрались идти в наступление, лучше знать это заранее.

— Разведка? — уточнил Ян.

— Лёгкая. На краю. Я и Марина. Остальные — сидеть тихо и ждать сигнала.

К утру мы вернулись. Не то чтобы потрёпанные, но напряжённые. Ветер наверху был горячий, сухой, как дыхание больного зверя. Лагерь сектантов разросся. Больше знамен. Больше постов. И главное — больше тишины.

— Они никуда не идут, — сказала Марина. — Не маршируют. Не кричат. Не бьют в барабаны. Просто стоят.

— Как перед бурей, — добавил я. — Как будто ждут. Или…

— Или готовятся. — Голос ведьмы прозвучал мягко, но уверенно.

Все повернулись к ней. Она сидела у своего котелка, где обычно варила то ли чай, то ли нечто подозрительное, и медленно размешивала отвар.

— Я чувствую... сдвиг, — продолжила она. — Энергия вокруг лагеря сжимается. Притягивается в узлы.

Она ткнула пальцем в воздух.

— Они готовят ритуал. Не обычный. В нём нет очищения. Нет подношения. Он... жрёт. Жрёт как пасть.

Ян нахмурился.

— Ты уверена?

— Довольно. Я видела такие схемы в старых текстах. Один в один. Призыв. Только не демона — такие давно запрещены.

Она посмотрела на нас по очереди.

— Они попытаются вытянуть существо. Не просто сильное. А связанное с ними. Чтобы оно не разрушило всё — только врагов. А потом исчезло, оставив трофеи.

— Монстра на поводке, — пробормотал я. — Шикарный план. Если бы хоть раз в истории он сработал.

— Обычно он не срабатывает, — спокойно ответила ведьма. — Но иногда — работает достаточно долго, чтобы успеть сжечь всё вокруг.

— И мы в этом «вокруг», — подвела Марина.

Пауза.

— Что делаем? — спросил Ян.

Я потёр подбородок. Щит у стены блестел даже в полумраке, и будто напоминал: в мире всегда найдётся, чем тебя ударить, — вопрос только в том, когда.

— Разведка катакомб продолжается, — сказал я. — Но теперь ещё и с параллельной задачей.

— Поджечь им ноги?

— Нет. Пока только понять, что именно они вызывают. А потом — либо сорвать ритуал, либо…

— Либо убить результат, — закончила ведьма. — До того как оно разнесёт полкольца.

Я пожал плечами.

— Лучше действовать, пока оно ещё не вышло.

Все кивнули. И впервые с момента начала похода я почувствовал не просто тревогу — а предчувствие.

Что-то шло к нам. Не пауки. Не голодные. А запрограммированная ярость, которую кто-то собирался выпустить как оружие.

И если это случится — уже не будет разницы, где ты прячешься.

Я сидел в отдалении от остальных, при свете слабого кристалла, вгрызаясь в очередную главу книги. "Основы магических плетений" оказалась не просто учебником — это был ключ, но только к первому замку.

Знания складывались в