Сердце шторма - Рая Арран
Вера закрыла глаза, вдыхая аромат кофе и пытаясь расслабиться. В Коимбре присутствие ментора ощущалось постоянно, тревожило и немного… нервировало. Словно он в любой момент мог материализоваться посреди улицы, и тогда потребуется выставить щит, встать в стойку и призвать оружие. И его студенты живут с этим чувством годами?
За соседним столиком, обложившись книгами, сидела девушка в черной студенческой мантии, черной блузке, с черными волосами и черными тенями на глазах. «В черной-черной академии», — подумала Вера, пряча улыбку за кофейной чашкой.
Она уже видела черную девицу на парах. Кажется, им предстоит учиться вместе. Наверное, стоит завести знакомство. Вера повнимательнее пригляделась к девушке: та в своей боевой раскраске, с цепями на шее и руках выглядела не очень дружелюбно. И с учебой у нее явно не ладилось. На последней паре она не смогла правильно написать схему заклятия, за что была отправлена на дополнительный час занятий. И похоже, именно это заклятие теперь пыталась тренировать, спрятавшись за книгами, а Вера так неудачно заняла соседнее место, смущая колдунью своим присутствием.
— Ты снова допускаешь ту же ошибку, что и на занятии, — осторожно заметила Вера, — нужно…
— Я знаю, как нужно! — рыкнула девушка в ответ, и Вера втянула голову в плечи. Похоже, она будет не самым необщительным человеком на курсе… а может, все-таки проблема в ней и знакомство нужно начинать с чего-то более позитивного?
Пока Вера пыталась придумать хоть что-то позитивное, девушка за соседним столиком совсем расстроилась. Она с досадой отбросила ручку и закрыла тетрадь.
— Ничего не выходит…
— Да как не выходит-то? — удивилась Вера. — Довольно простое заклятие, ты только одно движение путаешь.
— Я не путаю. Я пытаюсь переделать, — насупилась колдунья.
— А… А зачем?
— Чтобы бить не точечно, а по площади, так больше пользы. Но не работает… Добавляю знак рассеивания, и оно гаснет. Усиливаю — взрывается… Меня уже из дворца республики выставили, сижу, вон, как бомж под окнами, — она захлопнула книгу.
— Так меняй не формулу, а масштаб, — предложила Вера. Сама она постоянно игнорировала такую величину, как масштаб, за что регулярно получала подзатыльники от Педру, когда он брался проверить навыки.
— Масштаб? — девушка удивленно воззрилась на Веру черными глазами. Потом зашуршала свой тетрадкой. — А что… может, и сработает…
— Только пробуй не здесь, пожалуйста. Мне, кажется, нравится это кафе…
— Да, оно хорошее, — колдунья оторвалась от записей. — Ты же новенькая? По обмену?
— Ага. Вера Аверина, Московская Академия.
— Каролина Ривера. Можно звать Лина. Или Ривера.
— А как обычно зовут?
— Обычно не зовут, — зло усмехнулась девушка.
— Даже не буду спрашивать, почему…
Ривера вышла из-за стола, и Вера смогла рассмотреть увешанные цепями джинсы и высокие ботинки, которыми легко можно было втоптать в грязь любого, неосторожно позвавшего.
— Ой, да брось. Не страшнее же я ментора Диогу.
— А ты пытаешься?
Девушка засмеялась:
— А ты мне нравишься. Уже выбрала республику?
— Нет.
— Тогда приглашаю к нам, пошли покажу?
Вера с радостью согласилась. Двое парней-колдунов, прибывших вместе с ней, в первый же день завалились во дворец республики «Портвейн» и, похоже, быстро нашли там друзей. А вот Вера как-то не вписалась в анархистское движение и до сих пор присматривалась к республикам издалека. И уже начинала подумывать о том, чтобы просто снять жилье и вообще не вступать во всякого рода студенческие объединения. Но, кажется, это был не лучший вариант… Республики — дело добровольное, но когда ментор Педру рассказывал о традициях Коимбры во время прошлого ее визита, он четко дал понять: Вере придется на себе прочувствовать студенческий быт в полной мере. Для нее выбрать «государство» и стать полноценной его частью было не возможностью, а очередным заданием.
«Республика Розы» расположилась на возвышенности в аккуратном домике, украшенном лентами, флюгерами и нарисованными книгами. Ривера долго и с чувством рассказывала про ценности республики, про Розу Люксембург, в честь которой назвали это маленькое государство, про важность знаний и значимость их доступности для женщин. Феминистки… мысль о том, что девушкам порой очень трудно добиться равенства, оказалась близка. Вере ли не знать…
Судя по рассказам, большинство сограждан республики были девушками, и Вера решила, что это место будет вполне комфортным для учебы с минимумом общения и отвлекающих факторов… Как же она ошиблась….
«Республика Розы» на поверку оказалась почти что фан-клубом ментора Педру. Проведя пару вечеров в общей гостиной и послушав разговоры, Вера поняла, почему ментор так странно улыбнулся, когда она сообщила о своем выборе…
— Можно мне сменить республику? — спросила она, подойдя к нему после лекции.
— А что, вы уже успели перессориться со всеми в «Розе» и больше вам там делать нечего?
Педру аккуратно складывал на широком столе собранные доклады.
— Ментор! Вы могли хотя бы меня предупредить!
— Не думал, что этом есть необходимость, обычно студенты объясняют новичкам свои приоритеты сразу.
— Так они и объяснили… я решила, что это феминистки революционной направленности. Простите, но где феминизм и где вы?!
— А вы? Я предлагал вам «Черную метку». Вы ведь когда-то увлекались пиратами, да и море вам куда роднее, чем феминизм. — Он вышел из-за стола и строго посмотрел на Веру.
— Так я могу сменить республику?
— Можете, нет правил, запрещающих перейти из одного дворца в другой, но я бы не советовал так делать.
— Почему?
— Подумайте сами. Вы оскорбите своим уходом тех, кого выбрали в первую очередь, и потеряете их дружеское расположение, а те, к кому вы уйдете, не станут вам доверять, ведь что может помешать вам изменить мнение снова? Скорее всего, вам дадут невыполнимое задание во время праша и навсегда оставят за забором.
Вера задумалась, что хуже. Провести два года на выселках или в компании девушек, влюбленных в ментора.
— Кроме того, — вздохнул Педру, — мой фан-клуб вы обнаружите за любой из выбранных дверей. Просто вам каким-то чудом удалось сразу попасть к тем, кто этого не скрывает, — он страдальчески потер пальцами виски.
— Еще раз, где феминистки и где беготня за ментором?
— Вы вообще понимаете суть феминизма? Это равное положение. Если мужчина может заявить о своих чувствах, то и женщина тоже.
— Они на прошлой неделе устроили встречу «нет значит нет», на которой два часа разглагольствовали о важности женского отказа.
— Поверьте, свое «да» они отстаивают не менее яростно. Из всех моих
