Академия Правителей 5 - Джон Голд

Оба Охотника, отмеченных Мукёном, сейчас вели себя свободно. Один — с бородой и коренастый. На вид лет пятьдесят. Второй — тощий и с длинными руками. Вроде бы моложе первого, но когда видишь Сына Природы с идеальным набором генов, ни в чём нельзя быть уверенным до конца.

— Сейчас разберёмся, — произнёс я будничным тоном.

Улыбаясь, как чеширский кот, я отозвал турок к внешнему краю «Черепахи». Потом, взмахнув рукой, призвал к нам Тама’Ру. Капи-барыня как раз довольно похрустывала косточками какого-то не-мёртвого S-ранга.

— Всё довольно просто, господа, — смотрю на турок. — Либо вы честно говорите, кому писали сообщения перед отправкой в Токио… Либо вот эта зубастая дама вскроет вашу ментальную защиту, и я всё равно узнаю правду. Врать бесполезно…

У обоих турок вытянулись лица. Я же, улыбаясь, потрепал капи-барыню по здоровенным щёчкам.

— … Тама’Ра мой питомец. Она почует ложь и все оттенки полуправды. В зависимости от ответа, вы либо останетесь здесь дожидаться конца сражения. Либо продолжите быть частью Легиона и впишите пару строчек в историю мира Тейлур… Ни мне, ни Дроздову не нужны Охотники, которым нельзя доверить спину.

[Да, сработал топорно… Но наспех сделанной фракции Полководца нужен чистильщик. От паразитов, шпионов и врагов лучше избавляться, когда мы в поле… Трупы можно прямо тут и закопать. В Петрограде этих типов защищают местные законы.]

Турок постарше открыл было рот, но я сразу поднял руку.

— Не вздумай врать! — произнёс я жёстко. — За враньё я тебя просто здесь убью, и мне потом за это никто ничего не скажет.

— Мистер Зверь, я не собирался…

Тама’Ра недовольно фыркнула, чем ввергла турок в ступор.

— Точно правду? Ты подумай. Тама’Ра вас, кстати, понимает, — я кивком указал на капибару. — Более того! Сожрёт ваши трупы, если я сейчас не услышу правду. Здесь вам от меня некуда бежать. Так что выкладывайте как есть, господа.

Турки переглянулись. В этот раз снова заговорил тот, что постарше. Сглотнув, он отвёл глаза и произнёс:

— У нас с Джамиром родня в США. Мы сами их туда отправили, чтобы политикам в Стамбуле на нас нечем было давить. Пока они живут в Бостоне, как эмигранты…

Видя, что коллега не знает, что добавить, второй турок подал голос:

— … Мистер Зверь, с нами связались американцы. Они предложили довольно неплохую сделку: «Узнать, когда именно Полководец отправится в Токио». За это нашей родне в Бостоне дадут гражданство по ускоренной программе. Их боссы требовали больше, но мы от всего отказались! От денег тоже. В наших планах не было ничего лично против вас или мистера Дроздова.

Продолжая пережёвывать добычу, Тама’Ра тихо фыркнула. В этот раз уже нейтрально. Однако турки поняли её превратно и сразу заголосили на два голоса.

— Клянусь, Ал…

— Вообще и в мыслях не было! — добавил старший, косясь на Тама’Ру. — Мы о вас слышали от Сухвата Швайбе из Академии. Он наш старый Аглы… А у вас преподаёт боевые искусства для адептов. Мы о вас спросили, а Сухват стал орать, чтобы с вами не вздумали шутить.

Младший закивал, поймав на себе гипнотизирующий взгляд Тама’Ры. Та смотрела на турка, продолжая хрустеть костями своей добычи.

— Мы… Мы побывали в Лондоне и своими глазами видели, что может сотворить всего один приземлившийся Улей. Потому и присоединились к рейду мистера Дроздова. У нас личный интерес! Мы пытаемся мир спасти.

— Вот так просто? — я улыбнулся. — Только мир? А как же страна и деньги?

Турки переглянулись и оба смущённо улыбнулись.

— Вы можете не верить нам, мистер Зверь… Чего-то вроде Бури Перемен мы всю жизнь ждали. Верили, что есть разумная жизнь за пределами Тейлура. Врата и сама Система доказывали, что это правда. Потом появились вы, не-мёртвые, Осквернённые, Токийский Барьер… Помните те интервью с пленными из Горы-Улья на английском?

— Понятия не имею, о чём речь, — пожимаю плечами. — Я последний месяц не слежу за новостями.

— Мы пересмотрели их ВСЕ! — глаза старшего турка сияли фанатизмом. — Мы с Джамиром хотим увидеть, каким станет мир Тейлур после Бури!

Промолчав, Тама’Ра отвела взгляд. Оба турка рассказали правду, ничего не утаив.

— Благодарю за честность, — я кивнул. — К вам претензий нет. Я так понимаю, своё обещание перед Штатами вы сдержали? Поэтому они и устроили штурм Токийского Барьера одновременно с нами. Надеюсь, с вашими близкими в Бостоне всё будет в порядке… А теперь идите! Пробуждайте свои аспекты.

Отпустив турок, я снова потрепал по щекам Тама’Ру.

— Молодец! Ты тоже поработала на славу. Кушай свои вкусняшки. Их полным-полно на поле боя.

Виляя здоровенной попкой, капибара побежала прочь. Не так давно своим ментальным полем Тама’Ра перехватила контроль над третью всей пехоты нежити. Так что она может смело претендовать на треть добычи.

Пока я выводил турок на чистую воду, очередь на пробуждение дошла до Куна. Ему надели диадему Морба одним из первых. Мукён слишком полезен для Дроздова, а значит, сейчас — в условиях неопределённости — его аспект мог здорово усилить Легион.

Влив ману в диадему, Кун вдруг превратился в лодочника, стоящего на лодке. Я сначала даже не понял, что вижу… Пригляделся… Ведь реально лодочник на лодке длиной метров десять. В Венеции такие судёнышки часто используют для прогулок по каналам.

Мукён вместе с лодкой левитировал в воздухе, держа в руках весло. Как вскоре выяснилось, он теперь может парить в плотных скоплениях маны. А если использует весло, ещё и летать в них.

Основная способность аспекта Мукёна — это переход на глубокие слои астрала. Теперь Кун может временно переводить себя и пассажиров в нематериальную форму и так ускоренно путешествовать на довольно большие расстояния.

[М-да… Лодка-подлодка для тайных перевозок через астрал.]

В условиях Токийского Барьера сложно проверить ТАКОЙ аспект, но главное мы поняли: он не боевой, а скорее, из числа «поддержки».

[Ему подходит,] — подумал я про себя. — [Кун адепт-сканер. Плюс астрал как стихия. Одно на другое наложилось, вот и получился образ, сидящий в подсознании.]

Увидев лодку, Дроздов чуток расстроился, но виду не подал. Независимо от аспекта, Мукён останется сильнейшим сканером Тейлура.

[На всех нас у Вселенной есть свои планы,] — я улыбнулся, показывая радостному Куну большой палец. — [Неважно, чего хотят другие. Важно, чего ты хочешь сам,