От Дуная до Рейна - Вячеслав Киселев
Вильгельм Адольф произвёл на меня положительное впечатление – толковый парнишка и без лишнего гонора. Всё, как и говорил про него Румянцев. Его реакция на мой рассказ о ситуации в Нижней Саксонии и открывающихся перед ним перспективах, мне понравилась, поэтому результатом беседы я остался полностью удовлетворён. Ведь вскоре на карте империи не останется слабых мест, через которые её можно будет качать изнутри. Притом, что стратегическое положение Нижней Саксонии переоценить было очень сложно – прямой выход к Северному морю и два крупнейших и богатейших имперских города (Гамбург и Бремен) на её территории, говорили сами за себя. Конечно, молодому курфюрсту будет на первых порах непросто, учитывая, что его к такому не готовили, но ничего – разберется. Парень не робкого десятка и голова на плечах есть, а я помогу при надобности.
Вечером, после разговора с Вильгельмом Адольфом, я всё же смог поработать с документами и сделать первые наброски операции «Наследник», а на следующий день, проводив Вейсмана во Франкфурт, сам отправился в продолжение своего бесконечного «круиза» по Европе…
***
По дороге в Берлин, я заскочил на денёк в Дрезден к Фридриху, где ввёл его в курс последних событий и, естественно, сообщил о своей срочной поездке в Стокгольм, чем ещё раз закрепил легенду прикрытия. Покинув двадцать третьего октября столицу Саксонии, утонувшую в непрерывных осенних дождях, мы сделали небольшой крюк и через день оказались в Котбусе, в расположении ставки Румянцева. Здесь я также не планировал задерживаться надолго, поэтому сразу же пригласил в штаб на беседу офицеров Смоленского легкоконного полка, отобранных по моему указанию Петром Александровичем.
– Господа, что вы слышали о попытке англичан организовать в Архангельске мятеж? – начал я беседу с офицерами издалека.
– Командир полка сказывал Ваше Величество, что они ссыльного немчуру Петра Антоновича из Браунгшвейгской династии объявили законным наследником престола и сговорились на сей счёт с архангельскими купцами! – ответил за всех старший по возрасту и званию поручик Давыдов.
– Верно Василий Денисович, – ещё раз внимательно оглядел я офицера, подметив его отдалённое сходство с изображениями героя Отечественной войны 1812 года Дениса Давыдова из прошлого мира, подумав, что если это отец знаменитого партизана-диверсанта, то кандидатура вполне подходящая, и поинтересовался, – у вас дети есть!
От неожиданного вопроса Давыдов даже немного смутился, но быстро взял себя в руки и прокашлявшись, отчеканил:
– Никак нет Ваше Величество, с женитьбой покуда не сладилось, выбор невест больно богатый!
Ну да, всё верно, прикинул я, тому Денису Давыдову в тысяча восемьсот двенадцатом лет тридцать было, поэтому ещё чутка рановато.
– Теперь понятно, отчего фельдмаршал охарактеризовал вас, как бомбу с зажженным фитилём, – усмехнулся я, – главное, чтобы фитиль не прогорел или не стёрся, не дождавшись похода под венец…
Товарищи Давыдова тоже прыснули со смеху, а я выдержал небольшую паузу и продолжил на более серьезной ноте:
– Вернёмся к делу господа, в данный момент у нас с англичанами открытого конфликта нет, однако сие не делает нас друзьями или союзниками – у англичан постоянных друзей нет, есть только постоянные интересы. А их интерес в том, чтобы в любой ситуации ослаблять своих конкурентов, что и подтверждают их недружественные действия в Архангельске. В такой ситуации, думаю, мы имеем полное право ответить им взаимностью. Как вы считаете Иван Иванович?
– Так точно Ваше Величество! – гаркнул в ответ двухметровый русоволосый богатырь подпоручик Гудович, неизменный напарник Давыдова по амурным похождениям.
– А вы Николай Александрович, – переключился я на третьего, так сказать, мушкетёра, невысокого черноволосого подпоручика графа Булгакова, – говорят вы в совершенстве владеете итальянским, откуда познания?
– Гувернёр-итальянец Ваше Величество, а ещё мои родители вхожи в дом придворного художника Стефано Торелли на Миллионной улице в Петербурге, с которым мы всегда общались только на его родном языке! – негромко, в отличии от своих товарищей, ответил подпоручик, которого можно было с лёгкостью принять за жителя Средиземноморья, если добавить в разговор экспрессии и жестикуляции.
– Вам повезло граф, – улыбнулся я, – у вас есть возможность побывать на родине вашего знакомого художника, да ещё и за казённый счёт. Слушайте боевую задачу господа…
За тот короткий срок, что прошёл с момента, когда я узнал от кардинала Стюарта о существовании его старшего брата Карла (Чарльза) Эдуарда Людовика Иоанна Сильвестра Казимира Стюарта, по прозвищу «Красавчик принц Чарли», и с 1766 года (после смерти их отца) якобитского претендента на английский престол под именем Карла Третьего, никаких детальных планов его использования в своих интересах у меня, естественно, не появилось. И вообще, заявляя кардиналу о том, что тема с реставрацией династии Стюартов мутная и меня совершенно не прельщает, я нисколько не кривил душой.
С момента неудачной попытки принца Чарли отжать у Ганноверской династии английский трон прошло уже почти тридцать лет и, наверняка, количество сторонников реставрации Стюартов за это время очень сильно поуменьшилось. Особенно учитывая, что главная опора якобитов – шотландские горные кланы, подверглись тогда массовым репрессиям со стороны англичан. Поэтому рассчитывать на лёгкий, оглушительный успех очередной вылазки на острова, без, хотя бы, пятидесятитысячной армии под рукой (для начала), было совершенно нелепо, а перебросить такую массу войск не представлялось возможным.
Тем не менее, отказываться от потенциальной возможности запустить бритишам «ежа в штаны» я не стал и принял отречение кардинала Стюарта в качестве оплаты за безопасность Святого Престола. Теперь же мне требовалось взять под контроль старшего брата, чтобы иметь на руках оба козыря. Именно это и стало задачей группы поручика Давыдова.
Перевоплотившись во французских прожигателей жизни и родительских капиталов, «мушкетёрам» следовало легализоваться в Венеции, весьма популярном среди европейских мажоров туристическом направлении (карнавал, женщины с низкой социальной ответственностью и прочее…), а после отправиться оттуда во Флоренцию. Где они должны выйти на след Карла Стюарта, который, по словам Генриха, проживал там со своей очередной молодой женой, саксонской принцессой Луизой Штольберг-Гедернской, под именем графа Олбани. Дальнейшие действия оставались на усмотрение старшего группы, но не позднее конца марта следующего года они обязаны тайно доставить Карла Стюарта в Гамбург, а все ниточки этого происшествия должны будут вести в Париж.
Интерлюдия "Шашлык по-карски или мясо по-тбилиски"
Кавказ, как много в этом слове… или, как говорил товарищ Саахов – «Кавказ – это и кузница, и здравница, и житница». Будет. Может быть. Когда-нибудь. А пока, все последние пять-шесть тысяч лет, это арена непрекращающихся схваток всех против всех: киммерийцев и ассирийцев, аланов и сарматов, скифов и хазар,
