Пришелец в СССР - Дмитрий Сергеевич Самохин
Киндеев говорил загадками. Помимо Лешего, то есть меня, Водяной еще какой-то появился, но я тут же почувствовал, как напрягся Тень. Похоже этот Водяной как-то связан со страшной тайной прежнего хозяина моего тела. Теперь я точно должен все разузнать.
— Хорошо. Надо встретиться с Водяным, значит встретимся. Договаривайся на завтра, — сказал я громко.
Начальственный голос никогда не поздно начать тренировать.
Киндеев испугался.
— Ты чего орешь то? Тихо говори.
— Хорошо. Буду шептать, раз тебе так удобно, — полушепотом ответил я.
— Значит завтра в семь вечера. Предварительно. Место у него узнаю. Куда скажет, туда и приедем. Дело хорошее обещает, прибыльное.
— Если карман тяжел, то и на душе весело, — сказал я.
Киндеев посмотрел на меня с подозрением и все же сказал.
— Странный ты какой-то, Валера, словно контуженный.
— Главное, что ты в своем репертуаре, — ответил я.
Киндеев пошел по своим делам, а я направился в канцелярию к лейтенанту Ткач.
Тень оказался еще тем подлецом. Почему он не предупредил меня, что лейтенант Ткач — это женщина, да еще какая женщина. Закачаешься.
Глава 6
Я поднялся на третий этаж и оказался в начале длинного коридора с множеством дверей. Двери время от времени хлопали, люди в форме входили и выходили. Каждый был погружен в свои дела и не замечал остальных. Иногда правда люди сталкивались, завязывались разговоры. В основном бессодержательные, обо всем на свете, намного реже по работе. Но все это была вынужденная необходимость, дань вежливости, поскольку милиционер полностью подчинен службе, у него очень мало времени для всего остального. Каждая минута у него на счету, если он конечно хороший милиционер.
Я сам удивился пафосным мыслям, которые откуда-то возникли в моей голове. Эк меня пробуравило. Всего один день на службе, а уже готов толкать лекцию на занятиях по политинформации.
В мире то как сейчас не спокойно, как сейчас мир будоражит. В Гааге вон недавно боевики из Ирландской республиканской армии убили британского посла в Нидерландах, интересно что он делал в Гааге, когда должен был сидеть в Голландии. Или вот премьер-министром Афганистана стал Хафизулла Амин. Это вот точно жди беды. Или еще вот — при разгоне демонстрации школьников, протестующих против введения школьной формы, в Центральноафриканской империи убито сто детей. Кошмар какой, даже по-нашему бресладскому миропредставлению.
Я резко остановился. Откуда в моей голове в одно мгновение появилось столько паразитирующей информации, словно кто-то меня ею сознательно бомбардирует. Я даже забыл, зачем я поднялся на третий этаж и куда направлялся. Я тут же догадался, что это происки Тени. Он почему-то не хочет меня туда пускать. Только вот куда я шел?
А в голове продолжала всплывать информация. Маргарет Тэтчер стала первой женщиной, занявшей пост премьер-министра Великобритании. В Сальвадоре партизаны захватывают здания посольств Франции, Венесуэлы и Коста-Рики.
Как страшно жить в этом мире. Стоп, хватит, Тень остановись.
Прекрати это делать, а то моя голова взорвется, а моя голова она и твоя на минуточку, так что пострадаем оба.
Тень остановился. В голове тут же прояснилось, и я вспомнил, что шел к лейтенанту Ткач. И тут меня осенило, что Тень почему-то не хочет меня пускать к этому Ткачу. Что-то там у них не чисто было в отношениях. Были какие-то шероховатости, которые он не хотел мне показывать. Но дело есть дело, да к тому же какое мне дело до стыдливости Тени. Чтобы там не натворил мой предшественник в этом теле, меня это не касается.
Я нашел кабинет лейтенанта Ткач и решительно вошел без стука. Тень поспешил спрятаться в тень моего сознания.
Лейтенант Ткач оказалась красивой девушкой лет тридцати. Правильные черты лица, пухлые смешливые щечки, карие глаза, аккуратненький, чуть вздернутый носик и пышные темные волосы, сплетенные в косу. Она мне сразу понравилась, а учитывая, что у меня как у верного имперского штурмовика, чье свободное время было посвящено только войне с идрисами, времени на женский пол почти не оставалось, то я был полностью покорен, очарован и раздавлен и не знал, что делать дальше.
Ткач изучала документы в большой серой папке и не сразу заметила мое появление.
— Какого это дядечку к нам занесло, — насмешливо сказала она, оторвавшись от документов.
— Здравствуйте, лейтенант Ткач, я прибыл, чтобы получить дело младшего лейтенанта Кравцова, — бодро отрапортовал я.
— Что с тобой, Валера, ты что устав проглотил вместе с законом о милиции? Мы же с тобой не первый день знакомы. К чему так официально? Можно просто Марина. Или ты из-за моих новых звездочек стушевался. Так пора привыкнуть. В советской милиции женщины и мужчины равны в том числе и при продвижении по службе. Будет и на твоей улице праздник.
Я стоял, смотрел на нее и не знал, что сказать. Я ведь даже имени ее не знаю, а Тень не спешил делиться информацией. Подлый трус. Хотя быть может он просто ревнует? Что-то явно было между Ткач и Тенью раньше, до моего появления.
— Я просто… Тут… Старик мне поручил… дело Кравцова… — промямлил я.
— Валера, ты сам на себя не похож. Никогда не отличался стеснительностью, а тут как мальчишка на первом свидании. Это я Марина. Ты конечно еще та скотина, но я на тебя зла не держу. Дело Кравцова значит тебе нужно.
Ткач встала из-за стола и направилась к шкафу с множеством дверей. Она открыла первую, пробежала глазами подписанные пухлые папки и вытащила одну.
— Держи. Жалко Олежку. Такой молодой, только женился, всем отделом ему на подарок скидывались, а тут такое… Представить себе не могу, что сейчас Ленка чувствует. Мы хотели к ней съездить, но мама ее Зинаида Григорьевна сказала, что еще не время. Не готова она.
Я взял папку, развязал тесемки и раскрыл ее.
Я пробежал глазами первый лист документа, посмотрел на Марину и попросил:
— Можно я у тебя тут посижу. Изучу дело.
— Сиди, сколько хочешь, — разрешила она, но я ее уже не слышал.
Я сел за свободный рабочий стол, который временно пустовал, положил перед собой дело и погрузился в чтение.
Итак, младший лейтенант Олег Кравцов вел три дела одновременно. Убийство
