Заря над пеплом - Роберта Каган
– Ну, теперь у вас еще два друга, Хлоя и я, – сказал доктор Петуа. – Мы поможем вам спастись из Франции и от нацистов. Но сначала вам надо сделать прививку. Это распоряжение правительства Аргентины, иначе вам не разрешат въезд.
– А прививка безопасна для наших дочерей? – спросил отец.
– Конечно, – ответил Петуа. – Я не стал бы использовать вакцину, не подходящую для подростков. А теперь пойдемте к машине. Но сначала закатайте рукава…
Глава 49
– Ты можешь ехать домой, – обратился Петуа к Хлое. – Приходи завтра утром, я тебе заплачу.
Он забрался в машину.
– Я могу поехать с вами, – сказала она.
– Не сегодня. Ты еще много раз съездишь со мной. – Он улыбнулся. – Сегодня мы встречаемся с проводником, который мне поможет. Он не хочет, чтобы я привозил с собой кого-то еще. Так что увидимся утром.
Она кивнула.
– Хорошо. – Потом скептически покосилась на Петуа. – Но вы же мне заплатите, правда?
– Само собой. Я хочу, чтобы ты и дальше работала на меня. И не собираюсь тебя обманывать. Удивительно, что ты могла так обо мне подумать, – сказал он, потом завел двигатель и отъехал, оставив ее стоять на улице.
Глава 50
Приехав на ферму, Петуа оставил трупы в машине и прошел в дом разжечь печь. Но, прежде чем он успел вытащить тела из автомобиля, в дом ворвались французские полицейские. Они застали его суетящимся возле печи.
– Марсель Петуа?
Он нервозно оглянулся. Попытался прорваться наружу, но здоровенный полицейский перехватил его возле двери и удержал.
Другой подошел к машине Петуа.
– В салоне четыре мертвых тела, – сказал он остальным. – Мужчины, женщины и двух девочек.
– Господи боже! – воскликнул первый полицейский.
– По крайней мере, мы поймали его с поличным, – сказал здоровяк, державший Петуа, а потом обратился к нему: – Марсель Петуа, вы арестованы.
Глава 51
Дрожащими руками Эрнст держал руль. Он ехал домой из Франции. «Это конец моей мечты – мечты провести остаток жизни с Жизель. Теперь, когда все кончено, я могу покинуть Аушвиц и поискать какой-нибудь городок, где требуется врач. Я правильно поступлю, уйдя от доктора Менгеле. Но это будет для меня и разочарованием. Перед приездом туда я считал, что получу полезный опыт. Надеялся, это будет знаковый период в моей карьере. А все оказалось жутким разоблачением человеческого садизма». Он потряс головой.
Проезжая по сельской местности, Эрнст представлял себе, как станет работать в небольшом городке. Как больные и несчастные будут приходить к нему за помощью. Он не стремился заработать побольше денег. «Я хочу помогать людям. Хочу быть настоящим врачом». От этих мыслей у него на душе стало легче. Какое-то время он позволил себе забавляться ими.
Потом Эрнст вспомнил о Шошане и ее сестрах. «Если я уеду, Менгеле может им навредить. Наверняка он выберет сестер Шошаны для экспериментов, потому что чувствует – я к ним неравнодушен. Ему захочется причинить мне боль, чтобы отомстить. Я не могу уехать, пока как-нибудь не помогу им. Надо найти способ вытащить Шошану с сестрами из Аушвица. Но как?»
Глава 52
Фридрих вошел в амбар, держа за хвосты двух убитых белок.
– Я был на охоте. Сегодня у нас мясо, – сказал он Наоми, которая сидела на земле, выглядывая в окно.
– О! – Наоми посмотрела на белок у Фридриха в руках.
– Ты когда-нибудь пробовала бельчатину?
Она покачала головой.
– Никогда.
– И я. – Он улыбнулся. – Но я тебе так скажу: это лучше, чем ничего.
– Полностью согласна. – Наоми вздохнула и добавила: – Только не говори, что нам придется есть их сырыми. Даже не знаю, смогу ли я.
– Во-первых, ты бы смогла, если бы понадобилось. Но нет, сырыми мы их есть не будем. У меня идея. Я придумал, как приготовить их почти без дыма.
Фридрих подошел к одному из стойл и подергал за доску. Она была сухая и хрупкая. Часть распалась у него в руке на щепки.
– Как я и предполагал, – сказал он. – Дерево сухое и старое. Отлично подойдет для костра.
– Но как же дым? Как мы помешаем дыму подниматься в воздух? Ты говорил, нам надо быть осторожными, потому что, если мы разведем костер, нацисты найдут нас по дыму.
– Я кое-что попробую, – ответил Фридрих.
Он с легкостью отломал от стенки стойла несколько досок. Отложил белок на землю и начал руками копать в углу амбара ямку. Когда она стала достаточно глубокой, он положил туда щепки.
– Мне собрать листьев? – спросила Наоми.
– Нет, от листьев будет слишком много дыма. А он нам не нужен. Потому-то я проверял, чтобы дерево было сухое.
– А это безопасно – разводить огонь прямо в амбаре?
– Надеюсь, да. Раньше я никогда так не делал. Но придется попробовать. Думаю, главное – не жечь костер слишком долго. Только пока мясо не приготовится.
– А было бы неплохо погреться, – вздохнула Наоми. – Но ты прав. Мы же не хотим тут все спалить. Или задохнуться от угарного газа.
– Не хотим. Но окна в стойлах незастекленные. Даже если дым и пойдет, мы все равно сможем дышать. Сейчас вынесу белок наружу и освежую. Нож у меня есть. Тебе смотреть необязательно. Думаю, тебе не понравится.
– Спасибо, – усмехнулась Наоми. – Но я крепче, чем тебе кажется. Раньше я сама отрубала курицам головы и ощипывала их.
– Серьезно? – Он улыбнулся. – Я впечатлен. Так ты жила на ферме?
– Не совсем. В маленьком местечке. Наверное, ты бы сказал, что мы были довольно отсталыми по сравнению с городами. Представь, я даже не знала, что мы такие отсталые, пока нас с семьей не перевезли в гетто в Варшаве.
– В гетто?
– Да, когда нацисты захватили Польшу, они заставили всех евреев зарегистрироваться. Это был такой закон. А потом, когда они знали, где нас искать, то прислали за нами солдат с автоматами. Нацисты отобрали у нас все ценное. А нас самих свезли в маленький квартал в Варшаве, где держали как арестантов. Мы жили в кошмарных условиях. Скученность, болезни, голод. Было очень тяжело. Поэтому, когда нам предложили условия получше в обмен на труд, мы с мужем ухватились за эту возможность.
– Нас собрали на вокзале и затолкали в поезд. Народу было столько, что мы с трудом дышали. Даже присесть
