Заря над пеплом - Роберта Каган

– А это далеко отсюда?

– Неблизко.

Глава 14

Жизель выглядела ослепительно в своем травянисто-зеленом платье. Оно идеально облегало ее фигуру, подчеркивая все достоинства. Она вгляделась в свое отражение в зеркале. В местной парикмахерской ей подстригли и завили волосы, на ногах у нее красовались шелковые чулки, которые подарил Эрнст. Она обожала эти чулки, потому что раздобыть их было практически невозможно, и они делали ее длинные стройные ноги еще более соблазнительными. «Он хороший муж. Жаль только, что такой некрасивый. С ним неприятно заниматься любовью, особенно с включенным светом. Он такой толстый, с такой бледной кожей… Но, с другой стороны, он добр ко мне. И… сегодня особенный вечер. Сегодня я впервые увижусь с отцом. Не знаю, стоит ли сразу сказать доктору Менгеле, что я его дочь. Думаю, лучше сначала узнать его поближе».

Эрнст вошел в спальню и с восхищением посмотрел на Жизель.

– Ты великолепно выглядишь, – сказал он с улыбкой.

– Спасибо. И мне очень нравятся чулки. – Она тоже улыбнулась.

Однако внутри у Эрнста все бунтовало. Он украл чулки из «Канады» – места, куда сносили имущество евреев, прибывавших на транспорте. Все ценное переправлялось в Германию. Он слышал про «Канаду» раньше, но никогда туда не заходил. Сама мысль о том, чтобы рыться в вещах людей, убитых в газовых камерах, вызывала у него тошноту. Но он нигде не смог купить шелковые чулки и потому решил, собравшись с духом, поискать в «Канаде». И, конечно же, нашел – целых две пары. Он забрал их. Но когда Эрнст выходил, то увидел Отто Шаца, стоявшего снаружи и наблюдавшего за ним. Доктор Шац улыбнулся ему и подмигнул. Улыбка была хищной и таила угрозу.

Эрнста пробил озноб. Плохо, что Шац узнал про чулки. «С этого момента надо следить за каждым своим шагом. Он наблюдает за мной, это очевидно. Знаю, он хочет избавиться от меня. Так он заполучит мою работу и станет правой рукой Менгеле. По крайней мере, сейчас Шац так думает. Я в этом уверен. Я знаю, что он стремится занять высокое положение в партии. Я видел таких людей раньше. Наверняка Менгеле дал ему понять, что я ему не нравлюсь. Но из-за моей жены я не могу потерять эту работу».

Отто ничего не сказал. Он только улыбнулся, поняв, что Эрнст сделал. И проводил его взглядом, пока Эрнст удалялся, спрятав шелковые чулки себе под китель.

– Я помню, ты говорил, что мы встречаемся, чтобы выпить пива. Как думаешь, мы заодно поужинаем или мне поесть чего-нибудь сейчас? – спросила Жизель Эрнста.

– Я не знаю. Никто не может знать, что думает доктор Менгеле. – «Вот уж и правда», – подумал он. – Если ты голодна, перекуси чем-нибудь перед выходом.

– А ты будешь?

– Конечно, – ответил он.

Глава 15

Когда они пришли в пивную, Менгеле уже сидел за столом. При их приближении он поднялся, чтобы засвидетельствовать свое почтение Жизель. Он отодвинул ей стул, и она улыбнулась.

– Добрый вечер, Эрнст. А кто же эта красавица? Нет, не говорите мне. – Губы Менгеле растянулись в улыбке, приоткрыв щель между передними зубами. Он так и лучился обаянием, но Эрнст больше не верил в его уловки. – Наверняка это ваша очаровательная жена!

Аромат одеколона – из тех, что стоят месячную зарплату, – витал вокруг него, резкий и душный.

– Да, это Жизель, – ответил Эрнст. Потом повернулся к жене и сказал: – Жизель, это доктор Менгеле. Мой начальник.

Жизель широко улыбалась. Ее прекрасное лицо сияло, как свеча.

– Приятно познакомиться с вами, – сказала она.

«Менгеле может произвести впечатление, это уж точно. Но если бы она знала, что мне приходится делать, вряд ли была бы так покорена им», – подумал Эрнст.

Весь вечер Менгеле виртуозно руководил беседой за столом. Эрнст был удивлен тем, как великолепно он держится с женщинами. Он говорил забавно и умно, и Эрнсту подумалось, что по его виду невозможно догадаться, что этот человек – настоящий садист. «Интересно, почему он не привел с собой жену, – думал Эрнст. – Он знал, что Жизель будет здесь. Было бы более чем уместно прийти с Ирен. Я ему не доверяю. Он что-то задумал. У него всегда есть какой-то план».

Было уже поздно. Менгеле все продолжал рассказывать смешные истории из своих университетских времен.

Эрнст со скрытым отвращением наблюдал за тем, как его начальник развлекает всех за столом. «Я без сил, – думал он. – Я бы предпочел вернуться домой и лечь спать, чем слушать этого человека, которого совсем не уважаю. Но я не могу и заикнуться о том, чтобы уйти. Менгеле оскорбится, если я попытаюсь закруглить разговор. Это может сделать только он сам. Я не хочу сердить его. Одна надежда, что пивная скоро закроется». Эрнст огляделся по сторонам. Повсюду сидели немцы – ели, смеялись, пили одну за другой кружки темного пива. Во многих он узнавал охранников из лагеря. «Как эти люди могут так искренне радоваться жизни, когда они целыми днями убивают других людей? Это меня поражает». Пивная пропахла потом и дымом, пивом и кислой капустой. Перед мысленным взором Эрнста встали лица детей из палаты близнецов и цыганят, бегавших по цыганскому табору. А потом груды мертвых тел, дожидавшихся своей очереди в крематорий. Жизель смеялась каким-то словам Менгеле. Тот с хитрецой подмигивал ей. Эрнст почувствовал, как надвигается головная боль. Его затошнило.

К горлу подкатила желчь, и Эрнст сглотнул.

– Простите. Я отлучусь в туалет, – с трудом выговорил он. Он заперся в кабинке, и его вырвало. Он изверг из себя целое море пива. Потом, тяжело дыша, прислонился к стене. «Хотел бы и я так же легко забывать о своей работе. Охранникам, сидящим за столиками, это как-то удается. Почему же я не могу?»

Поплескав в лицо холодной водой, Эрнст провел расческой по редеющим волосам. Потом вернулся за стол, где Менгеле оживленно рассказывал очередную историю. Ни один из его рассказов в тот вечер не касался их работы. Он травил байки, забавные и остроумные, – всё, чтобы скрыть чудовище, таившееся у него внутри. Жизель улыбалась, и ее золотистые волосы мерцали в свете свечей. Она тронула Эрнста за руку. Он заставил себя ей улыбнуться. «Надо как-то пережить остаток вечера».

Наконец, спустя еще полчаса, Менгеле объявил, что устал и что ему пора домой.

– Уже очень поздно, а я, как Эрнст прекрасно знает, очень рано прихожу на работу по утрам, – вздохнул Менгеле.

– Да, нам обоим завтра рано