Blondie. Откровенная история пионеров панк-рока - Дик Портер
Группы колесили по всему Туманному Альбиону, пока не подошла очередь концерта в лондонском «Hammersmith Odeon». К этому времени Blondie заметно усилили визуальную составляющую своих шоу: изумительно одетая в черный леотард[55] Дебби устраивала на сцене настоящее представление, а в конце шоу квинтет выдал на бис каверы на «Little GTO» Ronnie And The Daytonas, «Heart Wave» Martha And The Vandellas и «Jet Boy» New York Dolls.
«Местные зрители заметно отличались от тех, кого мы привыкли видеть на родине. В Америке публика оставалась богемной и производила впечатление завсегдатаев небольших кофеен, тогда как британские поклонники были более приземленными и искренними», – заявил Крис. «Англичане – настоящие рокеры традиционного типа, такие дикие и взбалмошные, – подтверждает его слова Дебби. – Они все время что-то кричат, вскакивают с мест, прыгают, качаются и буквально сходят с ума. В Штатах публика сдержано воспринимает шоу, хоть и гораздо чаще вызывает нас на бис. Думаю, дело не в прохладном отношении, просто по разные стороны Атлантики благодарность выражается тоже по-разному».
«Английская молодежь показалась мне более грамотной и искушенной, нежели ее заокеанские сверстники, – говорила Дебора. – Они улавливали все нюансы в текстах, схватывали на лету наши музыкальные фразы. Они оценили наше творчество с самого первого выступления, подарив Blondie второй дом. Мы всегда стремились следить за модными тенденциями, черпая из них вдохновение. Возможно, одной из причин нашего взлета в Великобритании было то, что Blondie транслировали знакомую и понятную для местных эстетику».
Помимо культурных различий, Blondie пришлось привыкать и к пристрастной риторике британской музыкальной прессы. Безусловно, никого не удивляли многочисленные отзывы на выступление Television, которые были хедлайнерами тура, но тенденция к превозношению пост-прогрессивного «бренчанья» Верлена и в то же время именование творчества Blondie «легкой мишурой» возмутила музыкантов. Большинство «серьезных» журналистов считали творчество Blondie легкомысленным, достойным уколов и подколов, тогда как Television воспринимались достойным детищем настоящего рока. Увы, авторы и рецензенты все еще восхищались ценностями предыдущего поколения рок-н-ролла и оказались неспособны поймать набегающую новую волну.
Мнение прессы о том, что связь Blondie с панк-роком возможна только в случае какого-то серьезного посыла их творчества, противоречило осознанной аполитичности группы. «Если мы к чему-то и призываем, то исключительно к веселью», – говорил Валентайн. «Пресса неверно интерпретирует наше творчество, и мы несколько разочарованы этим… В Штатах нас тоже не сразу приняли, и мы не сразу поняли причину», – говорит Дебби. «Мы всегда получали очень хорошую обратную связь, – вспоминал Крис. – Если бы в нас бросали бутылки, была бы совсем другая история, и, возможно, пресса оказалась права. Но напротив, после каждого выступления публика вызывает нас на бис».
«Невероятно. С одной стороны зрители не хотят отпускать нас со сцены, а с другой – пресса старается побольнее уколоть Blondie, – продолжает Дебора. – Аудитория здесь более дикая, напористая, легковозбудимая и все такое – она бурно реагирует на концерты. Их поведение напоминает племенное, чего не скажешь об их американских соратниках. Этническая картина США настолько смешанная, что многие люди изолируются друг от друга. Английская культура не наказывает людей за эксцентричность, тогда как здесь все воспринимается немного иначе».
Участников группы не радовало, что пресса уделяла такое большое внимание Дебби. «Она может стать слишком популярной, что пойдет группе во вред, – размышлял Джимми. – Если не соблюдать осторожность, мы превратимся в европейскую балаганную группу. Нам ни в коем случае нельзя становиться группой ABBA второго сорта».
«То, как средства массовой информации по-разному относятся к мальчикам и девочкам на сцене, приводит меня в ярость, – говорила Дебби. – Они считают нормальным, когда на сцене выступает мужской коллектив, а публика состоит сплошь из визжащих девчонок. Но стоит зрителям подобным образом реагировать на поющую девушку, то все превращается в дешевый фарс. Предполагается, что реакция на девушку должна быть сдержаннее? Если бы на сцене стояли The Bay City Rollers, они бы и слова не сказали».
Если среди представителей панк-движения уже встречались приверженцы гендерного равноправия, то большая часть прессы и огромная часть аудитории, которая приходила на выступления с целью «поглазеть на сиськи», эти идеи не разделяла. «К Blondie, но особенно ко мне, как к женщине-вокалистке, поначалу относились с безразличием, а вскоре с большим сопротивлением и страхом, – объясняла Дебби. – Я же пришла к мнению, что настало время сильных духом певиц, и это неизбежно. Я понимала, что многие вокалистки были жертвами или использовались, что часто находило подтверждение в их лирике. Мне нравился блюз Дженис Джоплин или Билли Холидей, но мне не хотелось быть такой же, как они, женщиной, которой любовь надрала зад, или что-то такое».
Типичный для общества сексизм разделяло и руководство «Private Stock». Лейбл не раз с энтузиазмом отмечал, что «секс хорошо продается», и когда пресса сфокусировалась на фотогеничной вокалистке Blondie, никто не возражал. «После того как СМИ обратили на нас внимание, звукозаписывающей компании было уже безразлично, кто играет на басу. Дебби – вот что им было нужно, – говорил Гэри. – Мы не могли пойти к журналистам с требованием напечатать фотографию всей группы. Они послали бы нас куда подальше и, скорее всего, вообще отказались печатать чье-либо фото».
С другой стороны, любое внимание прессы полезно для новой группы, желающей заявить о себе в чужой стране. С этой точки зрения Джимми прагматично относился к повышенному интересу к вокалистке: «Творчество The Rolling Stones не потеряло бы ценности, если бы группа называлась “The Big Lips”[56] в честь Мика Джаггера. Благодаря Дебби на нас обращают внимание – и хорошо. Пусть в прессе нас называют ее бэк-музыкантами, но мы ведь сами знаем, что это неправда. Пройдет время и пресса заметит наличие других участников, помимо Дебби».
Но были и хорошие новости. Сильный женский архетип Дебби Харри повлиял, выражаясь языком современной повестки, на расширение прав и возможностей и вдохновил на позитивные изменения девушек по всему миру. «Ко мне подходят девушки со словами: “Вы такая молодец, продолжайте в том же духе, отстаивайте свою точку зрения…” Я не наживаю среди них врагов, я делаю из них своих преданных фанаток».
По воспоминаниям Деборы, она хорошо понимала, что музыкальная сцена легко может обернуться ареной для соперничества внутри группы, и чрезмерное внимание к ней чревато расколом. «Иногда меня грызли мысли, что такое отношение ужасно несправедливо по отношению к ребятам. Мы, конечно, пытались прийти к равноправию, по очереди давали интервью, но я понимала, что на промоушн лучше всего работает сексуальность. Мне даже стало интересно, представляем ли мы для
