Генерал Евгений Монфор. Судьба профессионала - Александр Демонтфорт
«Каков поп, таков и приход»
Народная пословица
Евгений понимает, что ждёт его в будущем в Самарканде, и решает скрытно уехать в Москву, к Вере. Расчет был на то, что в этом случае узбекские спецслужбы теряют его след, а если и найдут, то московские органы не обязательно будут его «разрабатывать», так как для них указания замминистра МГБ Узбекистана не имеют силы, для этого нужно указание союзного МГБ, которое не обязательно будет этим заниматься. К тому времени ситуация поменялась на обратную: если в Узбекистане репрессии против интеллигенции усиливались, то в Москве они шли на убыль.
Потаповский переулок
Евгения подает в УзГУ заявление об уходе и не дожидаясь решения, никому ничего не говоря, бросив все в доме на улице Воровского, садится на поезд и уезжает в Москву, на Потаповский переулок, к Вере.
Евгению повезло. Через три месяца после санкционирования активной разработки Евгения, 12 марта 1948 года А.Г. Габитов был смещён с должности заместителя министра Госбезопасности УзССР за нарушение социалистической законности и несоответствие занимаемой должности с ограничениями в пенсионном обеспечении. Формулировка «нарушение социалистической законности» применялась к тем сотрудникам спецслужб, которые даже в эпоху сталинских репрессий перегибали палку в применении жестоких методов обращения с заключёнными. Как следствие, после смещения А.Г. Габитова Самаркандское управление МГБ УзССР не решается объявить его во всесоюзном розыске. Узбекские органы теряют следы Евгения.
Архивно-следственное дело Евгения в Самарканде закрывается и материалы слежки за ним и его разработки сдаются в архив МГБ УзССР.
«Жизнь прожить – не поле перейти»
Народная мудрость
Измученный многолетним преследованием узбекских спецслужб, старый и больной Евгений приезжает к Вере в двухкомнатную квартиру на Потаповском переулке. Ему 74 года. Вере 56 лет, детей у неё нет и она уже на пенсии. Совместная жизнь Евгения и Веры продолжается. Они живут тихо, Евгений, страдающий общим артериосклерозом, практически не выходит на улицу, Вера ухаживает за ним и по вечерам играет на вишнёвом пианино. Она дружит с женой расстрелянного в 1938 году Евгения Меньчукова Натальей Николаевной из квартиры 51, они часто ходят друг другу в гости и вспоминают прошлое.
Евгений Орестович Монфор умер 9 августа 1951 года в возрасте 76 лет.
Причина смерти – общий артериосклероз и тромбоз брызжечной аорты.
«Был конь да изъездился»
Народная пословица
Вера похоронила Евгения на Ваганьковском кладбище в Москве. Администрация кладбища оформляет ее ответственной за могилу.
Внешний вид могилы Евгения на 1951 год не сохранился, однако сохранилась мемориальная плита могилы от 1998 года, когда в могилу был захоронен сын Евгения Александровича Меньчукова Александр.
«Всякая вина отомстится»
Народная вера
Запись акта о смерти Евгения Монфора от 9 августа 1951 года
Мемориальная плита от 1998 года на могиле Евгения Орестовича Монфора на Ваганьковском кладбище в Москве
Реабилитация
Евгений Орестович Монфор был реабилитирован решением Военного Прокурора Киевского Военного Округа 30 июня 1989 года.
В Заключении указано, Евгений признал себя виновным в участии в антисоветской военно-офицерской повстанческой организации, однако объективных доказательств, подтверждающих предъявленное ему обвинение, в деле не имеется. Сведений о родственниках Евгения нет.
Большинство участников дела «Весна» было реабилитировано ранее, в конце 1950-х годов в ходе кампании по преодолению культа личности Сталина, когда начался процесс реабилитации лиц, незаконно осуждённых в ходе репрессий 1930-х годов. Так, двоюродный брат Евгения Орест Александрович Монфор, осуждённый по тому же делу «Весна», был реабилитирован определением Военной Коллегии Верховного Суда СССР на 30 лет раньше – 20 марта 1958 года. Это объясняется тем, что в 1950-х годах реабилитация производилась только по заявлениям самих жертв или их родственников. Сам процесс реабилитации начался 19 мая 1954 года, когда совместным приказом Генерального Прокурора СССР, Министра юстиции, Министра внутренних дел и Председателя КГБ были созданы специальные комиссии по пересмотру всех уголовных дел на лиц, осуждённых за контрреволюционные преступления и отбывавших меру наказания в лагерях, колониях и тюрьмах МВД.
Заключение о реабилитации Евгения Орестовича Монфора от 30 июня 1989 года
В этот период высшими судебными органами были признаны незаконными решения внесудебных органов ОГПУ и НКВД, вынесенные по политическим делам. В процессе пересмотра проводилась проверка каждого конкретного дела, запрашивались справки из других дел, проводился повторный допрос свидетелей, составлялось заключение, на основе которого прокурорские органы составляли протест по делу в судебный орган, который отменял приговор и выносил решение о реабилитации.
Узнав об этом постановлении из газет, Орест тут же, в мае 1954 года подаёт заявление о своей реабилитации в московскую городскую комиссию по пересмотру уголовных дел осуждённых за контрреволюционные преступления 1930-х годов.
Процесс реабилитации Ореста Монфора занял 4 года. После проверки его архивно-следственного дела Главный Военный Прокурор СССР установил, что он был осуждён необоснованно и направил соответствующий протест в Военную Коллегию Верховного Суда СССР, которая своим определением от 20 марта 1958 года согласилась с протестом Главного Военного Прокурора Р.А.Руденко, отменила постановление Коллегии ОГПУ от 20 мая 1931 года и прекратила его дело за недоказанностью обвинения.
В конце марта 1958 года жена Ореста, которого на это время уже не было в живых, Людмила Николаевна получила по почте это определение Военной Коллегии Верховного Суда СССР.
Реабилитация Евгения не пошла по этому пути потому, что на 1954 год Вера, под впечатлением недавнего преследования Евгения, не хотела связываться в органами и вновь в возрасте 62 лет переживать все перипетии расследования. Поэтому реабилитация Евгения Монфора не могла быть инициирована личным заявлением его самого или его родственников. Она была инициирована только на втором этапе реабилитации, когда в эпоху гласности М.С. Гобачевым, в то время Председателем Президиума Верховного Совета СССР 16 января 1989 года был принят Указ «О дополнительных мерах по восстановлению справедливости в отношении жертв репрессий, имевших место в период 30-40-х и начала 50-х годов». Этим указом автоматически отменялись внесудебные решения, вынесенные в этот период «тройками» НКВД, коллегиями ОГПУ
