Интервью - Томас Клейтон Вулф
Несколько дней назад Вулф выступил с речью в Университете Пэрдью и уже добрался до Чикаго, направляясь куда-то еще, как вдруг его охватило желание вернуться в Денвер, «один из прекраснейших городов этого мира».
В среду утром он сошел с поезда и, заполнив своей огромной фигурой окно своего номера на восьмом этаже «Браун Плейс Отель», заговорил о том, о сем и о многом, что касается этой страны.
Кто-то называет этого выходца Северной Каролины, которому сейчас тридцать семь лет, «самым многословным из современных авторов», вспоминая о «тяжести» его романов. В то же время, однако, приходит воспоминание о том, что Вулф имеет привычку балансировать между словами и идеями – живыми, будоражащими воображение.
«Вы еще ничего не видели, – сказал он с усмешкой, – потому что перед самым отъездом на Запад я передал в руки издателя первый миллион слов моей новой истории об Америке. Пусть теперь помучается немного!»
Когда Вулф окончил Гарвардский университет, он был убежден, что Париж – это место для редкого и особенного молодого человека, который хочет впоследствии поставить мир на уши.
«Вот дурак! – говорил он, вспоминая свою жизнь с богемой на Сене. – Мне не потребовалось много времени, чтобы понять свою ошибку. Представьте себе, что вы едете в Париж, а вокруг простирается вся Америка, и все лучшее, что есть здесь, на западе!»
«Тогда и сейчас я понял, что смотреть и встречать жизнь нужно с точки зрения людей – чем они реальнее, тем лучше. Здесь и там, откуда я родом, можно их найти. Я спустился и вышел из своей башни из слоновой кости».
«Когда-то, не так давно, я считал, что человек, который хочет сделать что-то действительно стоящее, должен держаться подальше от политики. Попробуйте держать политику подальше от себя! Это невозможно сделать. Не в наши дни! Вот почему я считаю, что каждый преданный Америке молодой человек должен заниматься политикой, желательно, если это возможно, под знаменем своей собственной партии».
«Если две старые партии, Демократическая и Республиканская, изжили себя, как утверждается, то нас достаточно, чтобы создать новую».
«Я приехал из Чикаго в Денвер. Я слишком длинный для спального вагона, но не слишком длинный, чтобы свернуться калачиком, смотреть в окно и наблюдать за проносящейся мимо страной. Наблюдая, я представлял себе, каким был этот запад – и не одно столетие назад, – и каким он стал сейчас. Я думал о превосходной инициативе, о мужестве, почти запредельном для человека, которое требовалось, чтобы захватить пустыню и горы. Я думал о мужчинах и женщинах, которые были первопроходцами. Я подумал об инициативе и вере, необходимых для строительства железных дорог, о воплощении комфорта, созданного для таких путешественников, как я, в этих новых поездах, и пришел к выводу, что никто из нас, родившихся и выросших в Америке, не имеет права оставаться в стороне от того, что касается ее благосостояния».
Глубоко чувствуя Америку, Вулф должен написать эпическую историю о ней с 1793 года по настоящее время. Он будет использовать слова – миллионы слов, чтобы рассказать эту историю.
«Но такова моя привычка, – говорит он. – Иногда, упаковывая свои рукописи для отправки в издательство, я жалею, что не прошел газетную подготовку, которая учит сокращать в одном предложении целое событие, и если люди хотят читать дальше после заголовка или первого абзаца, это их дело».
Автор пробудет в Денвере день или два, встретится с друзьями, а затем отправится в Йеллоустонский парк и в Орегон, где живут и помнят еще несколько настоящих американцев, потому что они из первых уст слышали, как их предки пересекали эту землю, чтобы построить новые дома и создать империю.
На протяжении четырех десятилетий Фрэнсис Уэйн была одной из выдающихся фигур в западной журналистике и стала знакомым именем для многих тысяч читателей «Денвер Пост». Она умерла в июле 1951 года в возрасте восьмидесяти одного года.
Во втором интервью – «Процветающий мистер Вулф отдыхает – известный писатель говорит, что работа – это пища и питье художника», опубликованном Мириам Уайз в «Rocky Mountain News» от 26 мая 1938 года, Вулф жаловался, что в отпуске, вдали от жесткого писательского графика, он вырабатывает энергию с такой скоростью, что о сне не может быть и речи. «Я хочу отдохнуть, – взволнованно восклицал он. – Я хочу отдохнуть и посмотреть страну. Я люблю Денвер – это прекрасный город, он полон жизненной силы и новизны. Люди здесь творят. Они хорошо проводят время и добиваются успехов».
Тема работы и ее многочисленных ценностей занимала все его мысли, и он хотел говорить об этом. Он сказал своему интервьюеру, что работа – это «спасение чувствительного человека и так же важна для художника, как еда и питье». «В 23 года, когда я был студентом Гарварда, я сидел и говорил о красоте и искусстве. В этом возрасте художник говорит себе: «Жизнь – твой враг. Держись от нее подальше. Избегай реальности. Избегай людей, которые не говорят на твоем языке». В 37 лет я искренне считаю, что для того, чтобы быть художником, нужно быть человеком жизни. А то, что приближает тебя к жизни, – это работа».
«Работа сама по себе – это достойный опыт, – говорит он. – Важно, чтобы молодые люди это понимали. Когда ты работаешь, ты начинаешь уважать других людей. Ты перестаешь насмехаться над людьми, которые тебя не понимают, и начинаешь понимать их».
«Когда вы работаете и много работаете, все поле вашей объективности расширяется, а личные проблемы становятся меньше».
«Сиэтл Пост-Интеллидженсер», 17 июня 1938 года
Выехав из Денвера с короткими остановками в Шайенне и Бойсе, чтобы насладиться пейзажами, Вулф прибыл в Портленд во вторник, 8 июня 1938 года. Поселившись в Университетском клубе, он сразу же связался с писателем Стюартом Холбруком, который отвез его в компанию Д. K. Гилла, чтобы познакомить с несколькими сотрудниками книжного отдела. Уоррен Райт, управляющий, приглянулся Вулфу и пригласил его вместе с другими гостями на вечеринку, которая продолжалась несколько дней в его летнем домике на реке Уошугал недалеко от Камаса. Там Вулф познакомился со многими портлендскими писателями.
В течение той недели в Портленде с ним связался Дэвид В. Хейзен, который хотел взять у него интервью
