Собор темных тайн - Клио Кертику
Страх растекался в животе, подобно только что выпитому холодному чаю.
– Я попробую, – сказал Жан, переводя взгляд с одного друга на другого.
Камиль просто наблюдал за их переговорами, то раскрывая широко глаза, то недоверчиво сужая. Он не заметил, как стал стучать карандашом по парте в нетерпении, и тут же остановил себя.
Все трое задумались каждый о своем, не глядя друг на друга и на доску.
Жан Пьер прикидывал, как сделать это наиболее технично, а потом представлял, что будет, если его застукают.
«Пресвитер просто разочаруется во мне», – подумал он и повернулся к окну.
– Ты должен привлекать внимание, – шикнул Камилю Ирэн.
– Как?
– Просто сделай так, чтобы все внимание было приковано к тебе.
Камиль метнул затуманенный взгляд на Жана Пьера. Тот наблюдал за их переговорами.
– Постараюсь.
Первый план Ирэна был готов.
Как только началась перемена, он, мигнув товарищам, вылетел из класса и стал наблюдать за тем, как все потихоньку выходят следом за ним.
Он искал жертву и нашел ее.
Госс выходил пятым. Сперва он даже не заметил Ирэна.
– Подойди, нужно поговорить, – сказал тот, облокотившись на стену, бросая тревожные взгляды в сторону появившегося в дверях Камиля.
Поднимать эту тему с мелом ему, конечно, не хотелось, но придумать что-то получше он не смог. Ирэн мало общался с остальными одноклассниками.
– Ты забыл, что должен мне мел?
Камиль улыбнулся такому повороту событий, а затем быстро оглянулся на происходящее в классе.
Жан Пьер сидел за своей партой, бросая сосредоточенные взгляды в сторону учителя. Тот отряхивал руки возле доски.
– Мел? – удивился сначала Госс.
Он уже позабыл про ту ситуацию, да и кусочек мела давно закончился.
– Да, мел, тот, которым я с тобой поделился по доброте душевной.
– А, тот мел, – вспомнил резко Госс. – Так ты же его украл.
Это слово будто зависло в пустом коридоре. По крайней мере, так казалось Камилю, который стал замечать заинтересованные лица среди их одноклассников. Пока что только среди них.
– Возвращай мел, – прошептал Ирэн, сдерживая улыбку.
«Какая же ужасная ситуация, – думал он, глядя на лицо Госса, – абсолютно несправедливая, пакостливая, но такая забавная, должно быть, со стороны».
– Я не понимаю, – признался Госс серьезно. – Аббат Мартин все еще в классе. Ты хочешь, чтобы он все это услышал?
– Наконец-то, – всплеснул руками Ирэн. – Начала просыпаться совесть.
– Ты заболел, что ли? – вспыхнул Госс. – Зачем позоришь меня?
Он развернулся к кабинету, явно собираясь пожаловаться на Ирэна.
– Куда ты?
– Позвать аббата Мартина! Думаешь, он не хватился мела? Истратил свой кусок, а теперь думаешь, как бы раздобыть новый? А украсть уже не получится!
Ирэн хмыкнул и уставился на Камиля, давая ему знак.
– Можешь звать его, – сказал он Госсу абсолютно спокойно.
Камиль испугался и ввалился обратно в класс.
– Там Ирэн и Госс что-то не поделили! – воскликнул он.
Аббат Мартин, который хотел усесться за стол, нахмурился, отложил все дела в сторону и направился к выходу из кабинета.
Жан Пьер бросил испуганный взгляд на Камиля, так как в классе все еще оставалась парочка мальчишек.
Камиль понял опасность ситуации и, возможно, напрасность стараний Ирэна.
– Кажется, там начинается драка! – крикнул он весьма комично.
Учитель, который уже поравнялся с ним, глянул на него как-то странно и вышел за дверь. Оставшиеся в классе обратили внимание на происходящее, но никуда не пошли.
– Пойдемте скорее! – добавил рассеянно Камиль, крутя глазами во все стороны.
Первым поднялся Жан Пьер, и это послужило толчком для всех остальных. Все вместе они дошли до дверей, но Жан Пьер оставался рядом с Камилем, глядя на то, как аббат Мартин уже принялся разнимать мальчишек.
Жан Пьер указал Камилю на дверь, чтобы тот захлопнул ее.
– Я не могу ее закрыть. Это будет выглядеть странно.
Жан Пьер кинулся к столу, жестами приказывая захлопнуть ее.
Что-то решительное и смелое проснулось в нем в тот момент.
Камиль все-таки прикрыл дверь, но не до конца, пока в коридоре разворачивалась целая комедия.
Жан Пьер аккуратно отложил дощечку учителя в сторону, оглядел лежавшие бумаги.
– Письмо пресвитеру запечатанное, не могу прочитать, – сказал он, растерявшись, продолжая поворачивать его в разные стороны.
– Дальше, – поторопил Камиль, наблюдая за сценой в коридоре.
– Какие-то бумаги, не знаю, документы, – пожал плечами Жан.
– Читай.
– Они на латинском.
Трясущимися руками он отложил их в сторону и увидел лежащую на столе книгу.
Лекционарий[48] для утрени.
Жан Пьер расстроился и принялся аккуратно складывать бумаги так, как они лежали до него. Заключительным элементом была дощечка, уложенная поверх всей стопки. Он тяжело вздохнул, бросил вещи учителя как есть, а затем приблизился к Камилю.
Оба стали наблюдать за происходящим из-за двери, не желая привлекать внимания своим появлением в коридоре.
* * *
– Что в итоге? Ты наказан? – спросил Камиль у Ирэна, как только все, разочарованные исходом, разошлись. Во главе расстроенных был несчастный Госс.
– Аббат Мартин сказал, что не терял мел, так что ему не удалось ничего доказать.
– А что решили с тобой?
– Я не должен провоцировать учеников, – усмехнулся Ирэн.
– Бедный Госс, накинулись ни с чего…
– Тоже мне ни с чего. Разве не он шантажировал меня мелом этим?
– Ты понял, о чем я.
Жан Пьер стоял рядом с ними напуганный и рассерженный. И все-таки как глупо вышло – надеяться, что они, дети, что-либо поймут и найдут в вещах аббата. Если и есть что искать, то он не носит это с собой.
– Что там было? – в нетерпении потребовал Ирэн.
– Письмо пресвитеру, запечатанное, какие-то бумаги на латинском и лекционарий.
Ирэн задумался.
– Не везет, – промямлил Камиль.
– Подожди отчаиваться, что-то в этом есть.
– Что в этом есть? – спросил Камиль. – Наша глупость?
– Тебе вредно находиться в моей компании, ты начинаешь ворчать прям как я.
Жан Пьер стоял и наблюдал за товарищами, сложив руки за спиной. Он копался в чужих вещах, но не чувствовал себя виноватым.
– Во-первых, письмо пресвитеру, которое он до сих пор не передал, хотя они должны будут уехать, и, возможно, в нем и кроется разгадка.
– Он может отдать его с минуты на минуту. Это ни о чем не говорит, – возмутился Камиль.
– Во-вторых, – продолжал Ирэн, – бумаги по-латыни, которые мы не можем прочесть.
– Вот именно.
– Да уж, глупо вышло, – сказал Жан Пьер разочарованно.
– Все в порядке. Это всего лишь шаг, хочу заметить, что с собой он вряд ли что-нибудь важное бы носил.
– Ты об этом подумал только сейчас? – спокойно спросил Жан.
– Да, и следующий шаг – комната аббата Мартина.
– Ни за
