Собор темных тайн - Клио Кертику

Ализ остановилась, глядя куда-то ему за спину.

– Я дошла до той страницы с театром. Я поэтому тогда так поступила. Я сразу поняла, что у нас ничего не получится, поэтому решила не водить тебя за нос, а сказать прямо. Я так часто терялась в подобных ситуациях, но тогда точно знала, что не хочу обманывать твоих надежд.

– Я уже понял, – рассмеялся Кензи.

Двое их товарищей отдалились настолько, что теперь их было не видно из-за деревьев.

– Пойдем, – сказал Кензи, и они прибавили шагу.

«Вот так маленькими шагами, возможно, получится выбраться обратно в реальность», – подумалось Кензи.

* * *

Ждать завершения скачек пришлось долго, но вот перед ними возникло облачко пыли, далекий странный шум вырос до бешеного гула, а затем мимо трибун пронеслись яркие пятна жокейских нарядов. Лошадей остановили, и они, остановившись, тяжело дышали. Горячий пар вырывался из раздутых ноздрей.

Кензи смотрел на все это с широко распахнутыми глазами.

– Кто пришел первым? – старался перекричать он звук трибун.

Ада уговорила его сделать небольшую ставку, ведь это его первый раз.

– Кажется, первое место разделят!

– Кто? – в нетерпении крикнул Кензи, так что Ализ даже вздрогнула.

– Лотос и Дионис.

Кензи засмеялся.

Он ставил на Диониса и теперь победил. Хоть и выиграл совсем чуть-чуть, но нельзя было не поставить на такое имя.

– Если они разделят первое, Ольхард второй, – надулась Ада, которая ставила на Ольхарда.

Вильям улыбнулся и протянул ей руку.

– Откуда знал, что нужно было ставить на Диониса? – поинтересовалась Ализ, расположившаяся слева от него.

– Да так, удачливое имя.

«А за ним, глядишь, удачный день и удачная жизнь», – подумал он, но Ализ этого не сказал.

Он был благодарен за все, что происходило с ним сегодня. Ализ была права. Скачки представлялись ему сомнительным мероприятием, полным грязи, шума и беспокойства, но ипподром оказался лучшим местом, что он посещал.

Они так и не встретили Макинтайра, что порадовало Ализ.

С того дня Кензи решил менять свою жизнь. Едва вернувшись в город, он точно прозрел. Раньше он постоянно ворочался в постели по ночам, но теперь как будто и не винил себя – спал как хотел, распахивал окна так, что квартира проветривалась круглосуточно, пытался даже бросить курить.

Записался на выставку импрессионистов, вспомнив студенческий поход вместе с Эдит. Стоял подолгу возле картин и не понимал, почему не делал так в прошлый раз, больше десяти лет назад.

И думал об этих десяти годах, активно шагая по своим делам.

Глава 36

– Итак, мы тебя слушаем, – сказал Ирэн, присаживаясь на угол стола.

На этот раз класс оказался пуст, что было на руку Жану Пьеру. Он следовал намеченному плану, собирался вернуться и помочь друзьям.

Камиль сидел на стуле слишком ровно, как будто собирался слушать важный урок.

– Сперва хочу извиниться еще раз.

– Ну так извинись, – пробурчал Ирэн, складывая руки на груди.

– Хватит, – толкнул его Камиль. – Не будь столь строг.

– Я не строг, а оскорблен! Однако же как быстро ты передумал. Соскучился по нашему обществу, должно быть?

Камиль зло покосился на товарища.

– Ты прости его, он принимает все близко к сердцу.

– Да ты что? А разве не вы принесли мне эту информацию, а потом слились сразу же, как только я стал предлагать план?

– Говори тише, – прошипел Камиль.

– Случилось кое-что, и я понял всю важность ситуации.

– Что же случилось, интересно знать? Ты продолжал расследование без нас?

– Нет, ничего такого. Ответ сам пришел ко мне в руки.

– Сам пришел? – не понял Камиль.

– Так мне рассказывать?

Ирэн недовольно закатил глаза.

– Нам еще уговаривать тебя?

– Перестань, – шикнул на него Камиль. – Сейчас придет кто-нибудь, и мы не успеем выслушать его.

– Рассказывай, – поторопил Ирэн, видимо осознав всю важность момента.

Жан Пьер глубоко вздохнул и начал, стараясь уложиться в отведенное ему переменой время.

– Вчера заходил пресвитер Ланс. Мы немного поговорили, и затем он сказал, что уезжает вместе с Мартином, точнее, аббатом Мартином. Ну, он участвовал в разговоре, помните?

– Дальше, – приказал Ирэн, все еще держа руки на груди.

– Они едут в аббатство Валь-де-Граас, которое располагается где-то недалеко, и там у них встреча.

– Та встреча, – с ужасом осознания прошептал Камиль.

– Я помню, – устало произнес Ирэн. – Меня интересует, из-за чего ты решил вернуться.

Жан Пьер не подумал над тем, хочет ли он рассказывать о настоящей цели друзьям.

– Личные мотивы, – ответил он, сбившись на первом же слоге.

Ирэн вызывающе поднял левую бровь и нахохлился еще сильнее.

– Ладно, – выдохнул Жан Пьер. – Мне кажется, пресвитер здесь никак не замешан.

– Об этом я спрашивал еще вчера, но откуда такая уверенность?

– Не знаю, просто уверен, и если это не так, то я хотел бы знать правду.

На самом деле Жан Пьер не сомневался, просто не хотел, чтобы отца Ланса втянули в сомнительное предприятие, если это и правда что-то запретное и тайное, а не просто встреча служителей двух монастырей. Жан Пьер до сих пор сомневался, что эта встреча представляет собой опасность.

– Каков план? – спросил Камиль, глядя на Ирэна.

Вскоре помещение заполнилось учениками. Аббат Мартин вошел последним, захлопнув за собой дверь.

Ирэн недовольно поморщился, но слез с парты и занял свое место.

Аббат Мартин поприветствовал учеников и стал оглядываться в поисках мела.

Камиль в это время перегнулся через парту и шепнул Ирэну, сидевшему впереди:

– Так извинения приняты?

Ирэн снова недовольно поморщился, а потом глянул на Жана Пьера, расположившегося справа от него, в среднем ряду.

– Ты прощен, но ты отвечаешь за первую миссию.

Жан Пьер переглянулся с Камилем. Аббат Мартин в это время записывал что-то на доске.

– Что за миссия? – шепнул Жан Пьер Ирэну.

Парочка учеников повернулась и странно покосилась на них. Ирэн нахально улыбнулся им, и те сразу отвернулись.

План выстроился сам. В пресвитере они пока сомневались, как бы этого ни хотел признавать Ирэн. Незнакомца им вычислить не удалось, а значит, оставался аббат Мартин. Начинать надо было дело с малого, и аббат Мартин прямо сейчас стоял перед ними со сложенными на столе вещами и пока никуда не уезжал.

Ирэн указал взглядом на вещи учителя, а затем улыбнулся.

Жан Пьер отрицательно закачал головой.

– Я отвлекаю, – сказал Ирэн. – А ты действуешь.

Аббат Мартин резко развернулся к классу и покосился на двух мальчиков. Они сели ровно, причем Ирэн стал что-то активно исправлять на своей дощечке.

– Следующий урок будет тут, опять с ним. Он не заберет вещи, – шепнул Ирэн, как только учитель отвлекся.

Жан Пьер поглядел на