Сладость риска - Марджери Аллингем

Мистер Лагг сверкнул маленькими глазками.

– Ох и допекли же они меня! – пожаловался он Скэтти.

И друзья услышали, как он шепотом признался приятелю, спускаясь по лестнице:

– Если бы не я, тебе бы досталось на орехи. Мне-то он верит.

Игер-Райт рассмеялся. Мистер Кэмпион сделал вид, будто ничего не слышал.

– У Пики Дойла есть пистолет, – сказал он. – Старина Лагг мог погибнуть. Возможно, вы сочтете это абсурдным, но я бы расстроился.

– Послушайте, – заговорил Гаффи, которому утро не прояснило того, что произошло ночью, – я совершенно не понимаю, что творится. Кэмпион, для меня сюрприз, что ты близко знаком с этим Дойлом.

– Я бы не назвал это знакомство близким, – проворчал молодой человек. – Случилось оно в Кенгсингтоне, в доме нашего общего приятеля. Завязалась драка, и мистер Дойл огрел меня кастетом по голове. Мы не были официально представлены друг другу, но я всегда считал, что нам по крайней мере следует раскланиваться при встрече.

– Я о письме, которое ты, по твоим словам, написал ему, – не унимался Гаффи. – Ты это серьезно? А ведь я даже не знал, что он в деревне. Куда ты отправил письмо?

– Это довольно умный ход, – скромно ответил мистер Кэмпион. – Интуиция в чистом виде, но сработало же. Вы даже не представляете, как это бодрит. Вчера днем кое-что произошло, и у меня возникла идея.

– Единственное, что произошло вчера днем, – заметила практичная Аманда, – это приглашение от доктора Гэлли.

– Вот именно, – согласился Кэмпион. – Получив его, я сразу написал записку для Пики и, придя к доктору, наколол ее на зубец ограды, так, чтобы было хорошо видно из окна. Я проделал этот трюк с моей природной сноровкой и скрытно; никто из вас не заметил. План был таков: Пики прочтет, и решит, что мы все ушли, оставив крепость без гарнизона, и воспользуется нашим отсутствием, чтобы провести разведку. Как оказалось, мой расчет был абсолютно верен.

– Но почему на ограде доктора Гэлли? – допытывался Гаффи.

– Потому что наш приятель Пики частый гость в этом доме, – сказал мистер Кэмпион. – Видите, как интрига закручивается?

Все уставились на него в оторопи. Молчание нарушила Аманда.

– Но это абсурд! – заявила она. – Я знаю старину Гэлли, сколько себя помню. Он не стал бы покрывать человека, который напал на тетю Хэтт. Конечно не стал бы! Спору нет, он чудак – законченный чудак во многих отношениях. – Голос дрогнул, но она взяла себя в руки и договорила категорическим тоном: – Он просто не мог так поступить.

Мистер Кэмпион ничего не сказал и не шелохнулся на верстаке. Его бледное лицо выглядело глупее обычного.

– Меня беспокоит подсказка, – произнес Гаффи. – Эти стихи на дубовой колоде. И у меня возникла гипотеза, – скромно добавил он. – Алмаз, знаете ли, может быть просто стеклышком ромбической формы. Оконным стеклом или чем-нибудь в этом роде.

Игер-Райт закивал с мрачным видом.

– Понимаю, – сказал он. – В том-то и проблема: дома больше нет. Тому, кто вырезал стихи на дубе, наверное, и в голову не могло прийти, что дом снесут.

– Есть еще одна странность, – прозвучало с верстака. – Последние два намека в памятке явно относятся к звуку. «Тройной могучий колокольный звон – залог того, что он взойдет на трон».

А еще: «И смело вступит он в наследные права, когда в мальплакский барабан ударит булава». Меня смущает этот музыкальный элемент. Блистательная поэзия в итоге запросто может оказаться инструкцией для церемонии возведения на престол, или указанием местному хормейстеру, или бог знает чем еще. Все это чрезвычайно загадочно.

– А мне представляется чрезвычайно загадочным то обстоятельство, что Пики Дойл утром исчез с пустоши и в деревне о нем ничего не слышали, – произнес Игер-Райт. – Либо за ним вернулся приятель, либо помог кто-то еще. Мы не знаем, сколько у Дойла подельников.

Прежде чем кто-то поделился своими соображениями на этот счет, снизу донесся звонкий голос тети Хэтт:

– Мистер Кэмпион! К вам пришли. Послать его наверх?

Кэмпион не успел ответить – раздался замогильный голос мистера Лагга.

– Все в порядке, мэм, – произнес тот извиняющимся тоном и сменил его на любезный, предназначавшийся для близких друзей мистера Кэмпиона. – Сюда, сэр. Пожалуйста, смотрите под ноги. Каждая ступенька таит опасность. Нынче утром его высочество дает аудиенцию в котельной.

Послышались шаги на лестнице, затем в люке показалась голова.

– Фаркьюсон! – Воскликнул Гаффи, устремившись навстречу. – Как мило! Осторожно, старина, тут дыра в полу. Позволь тебя представить. Мисс Аманда Фиттон, это Фаркьюсон, наш старый друг, очаровательный юноша.

– Вполне себе светский лев, не так ли? – улыбнулся Кэмпион. – Какие новости?

Вновь прибывший извлек из-под мышки номер «Таймс» и протянул другу.

– Утренний выпуск, – сказал он. – Колонка частных объявлений. Четвертый абзац сверху. Знаю, что в такую глушь газеты добираются только к вечеру, вот и прихватил. И подумал, что мне всяко следует находиться на сцене.

Кэмпион взял газету и пробежал глазами абзац. Затем прочел вслух:

– «Если А. А., проживающий на Боттл-стрит, Пикадилли, посетит Ксенофон-Хаус, почтовый индекс Дабл-ю си два, в среду в шестнадцать тридцать, документы будут готовы для подписи. Кс. Р. и компания».

– Отменный способ вести дела, – хмыкнул Гаффи. – Ты не поедешь, угадал? Если только… О боже, это что, шифр? Ничего себе!

– Вряд ли это шифр, – тихо произнес мистер Кэмпион. – По-моему, «документы будут готовы для подписи» звучит чересчур прямолинейно.

– Нет-нет, это не ловушка, – радостно возразил Фаркьюсон. – Можно относиться к крупным страховым компаниям с подозрением, но я никогда не слышал, чтобы они заманивали незадачливых клиентов и били их по голове.

Игер-Райт с интересом смотрел на Кэмпиона.

– И с кем ты там встретишься? – спросил он.

Бледные глаза мистера Кэмпиона за стеклами очков были задумчивы.

– Если честно, я не знаю, – ответил он. – Но у меня такое чувство, что я проведу полчаса в компании босса.

– Кто босс «Ксенофона»? – спросил Фаркьюсон, а потом ахнул и повернулся к Кэмпиону. – Неужели сам Саванейк?

Мистер Кэмпион кивнул и сказал:

– Чтобы встретиться с ним в половине пятого, нужно поспешить.

Глава 10

Большой бизнес

– Мистер Кэмпион, – представился бледный посетитель. – Мистер Альберт Кэмпион. По поводу документов.

– Прошу прощения, – сказала красивая и деловитая молодая женщина за стойкой, бросив на него холодный взгляд.

– Кэмпион, – повторил посетитель. – Пламенно-красное растение под покровительством Марса[16]. И я пришел за документами. Это такие большие, плоские, белые прямоугольные бумаги. Вы наверняка слышали о них. Простите, что говорю невнятно, у меня зуб разболелся. Я посижу, ладно? Пока вы звоните и докладываете обо мне.

Он улыбнулся секретарше, насколько позволил прижатый к щеке огромный