Сладость риска - Марджери Аллингем
Я побежала за фонарем, и ничего не было слышно, кроме их кряхтения, а когда вернулась, Лагг сидел на груди чужака и показывал Скэтти, как пользоваться кастетом. Оба были страсть как довольны, но я велела им прекратить. Боюсь, все это не очень хорошо, а вы что скажете?
Она переминалась с ноги на ногу в ожидании вердикта.
– Похоже на пьяную потасовку, – сказал мистер Кэмпион. – А Скэтти и Лагг – парочка невинных маргариток, как мы выражаемся в суде. Только один существенный нюанс. Вы не заметили, кто был этим невезучим партнером в их игре?
– Я думала, вы догадались, – сказала Аманда. – Ладно, скажу: Вдовий Пик. Так ему и надо. Меня одно беспокоит: похоже, они его убили.
Игер-Райт ахнул, Гаффи присвистнул, а Кэмпион поднялся на ноги.
– Боже мой! – пробормотал он огорченно. – Боже мой!
– Ну, может, он не совсем мертвый, – предположила Аманда с надеждой. – Понимаете, Лагг и Скэтти так разошлись, что я заперла их в гараже. Они могут шуметь там сколько угодно, все равно никто не услышит. Я их послала туда за гаечным ключом, потом захлопнула дверь и задвинула засов. И вернулась взглянуть на мужчину. Подсунула ему пару мешков под голову, но не смогла понять, это его сердце бьется или мое. Сами знаете, когда ты малость взволнован, кажется, сердце стучит так громко, что заглушает все вокруг. Поэтому я оставила его и пошла дожидаться вас. Мне теперь не нравится ходить на мельницу без света.
– Бедная малышка, – проговорил Игер-Райт, испытывая прилив человечности. – Натерпелась страху.
– Вовсе нет, – возразила Аманда. – Я не испугалась. Я была в недоумении, как и любой бы на моем месте, и очень зла на Скэтти. Наверное, он рисовался перед Лаггом. Но нам следует позаботиться о чужаке, хоть он и нападал на бедную тетю Хэтт. Он выглядел подозрительно минут десять назад, когда я ходила проверить.
Кэмпион быстро зашагал по дорожке.
– Сожалею, что Лагга вновь подвели его манеры.
Но сказано это было серьезным тоном, а лицо в лунном свете выглядело встревоженным. Аманда засеменила рядом, Гаффи и Игер-Райт заторопились вслед.
Через три минуты хмурая молчаливая компания вошла на мельницу. Странные звуки, доносившиеся из гаража, резко смолкли, когда Кэмпион и его спутники проходили мимо. Аманда достала керосиновую лампу из-за мерного чана для зерна и зажгла фитиль.
Она первой поднялась по шаткой лестнице на второй этаж. В свете лампы желтизной отливали ее роскошные волосы и загорелые ноги без чулок. Когда и мужчины забрались в пыльное помещение, Аманда остановилась и указала на бесформенную кучу рядом с открытым погрузочным люком.
– Это он, – прошептала девушка и повыше подняла фонарь.
Кэмпион и Гаффи опустились на колени возле распростертого на голых досках мужчины и обнаружили, что перепугавшаяся Аманда сохранила достаточно здравомыслия, чтобы расстегнуть ему воротник и подложить мешки под голову.
После быстрого осмотра мистер Кэмпион вздохнул с облегчением.
– Слава богу, жив, – заключил он. – Его приятелю повезло больше – сумел удрать. Если не возражаете, Аманда, мы наших костоломов подержим взаперти до утра, а пока займемся пострадавшим. Выглядит этот типчик неважно, но полагаю, дотянет до того дня, когда его снова вздуют. Да, неприятная ситуация. Даже не знаю, какое мнение у него сложится о нас.
Он вынул из заднего кармана фляжку и влил в мертвенно-бледные губы достаточно спирта, чтобы свалить с ног обычного студента. Незнакомец застонал и встрепенулся.
Пока он лежал, освещаемый масляной лампой, его успели как следует рассмотреть. Даже при лучших условиях этого человека трудно было бы счесть привлекательным, а уж имеющиеся условия, конечно, и вовсе этому не способствовали.
Он был худым и нескладным, но с развитой мускулатурой; помятое морщинистое лицо покрыто суточной щетиной. Но больше всего бросался в глаза огромный волосяной клин на лбу, доходящий аж до переносицы.
– Незаурядная внешность, – рассудительно проговорил Игер-Райт. – Это он пытался застрелить нас в Бриндизи.
– Зря он явился сюда в одиночку и сцепился с двумя тяжеловесами. Не годится он для таких драк, – прокомментировал Гаффи, в ком был силен соревновательный инстинкт.
– Не надо было нападать на бедную тетю Хэтт, – сухо заметила Аманда. – И Скэтти никакой не тяжеловес. Это все пиво.
Игер-Райт вернул разговор к актуальной теме.
– Неприятная наружность, – сказал он. – У него, наверное, пистолет в кармане. Должно быть, не успел достать: его вырубили раньше. Кэмпион, есть соображения насчет его личности?
– Увы! Бедный Йорик![15] – воскликнул молодой джентльмен. – Я знал его, Гораций, как человека абсолютно подлого. Но не будем сейчас углубляться. Бедолага! Не повезло ему. Он меня всегда недолюбливал. Не судьба нам дружить домами. Аманда, можете принести старое одеяло? Которое не жалко? Встретимся у входа через пять минут. А вы, мистер Рэндалл, и вы, мистер Райт, возьметесь спустить подонка вниз? И соблаговолите обращаться с ним как можно бережнее. Это один из наших лучших врагов.
Вернувшуюся с одеялом Аманду гости встретили во дворе. Бесчувственное тело Вдовьего Пика было благополучно переправлено туда же.
Путешествие по дорожке к пустоши далось нелегко, поскольку пленник оказался на удивление увесист. Продвигались осторожно, чтобы не производить лишнего шума, и старались не трясти свою ношу. Когда наконец отыскали на пустоши подходящий уголок, заслоненный от дороги и ветра кустом утесника, Вдовьего Пика осторожно опустили на землю, и Кэмпион заботливо укрыл его одеялом.
Игер-Райт склонился над лежащим и довольно хмыкнул, достав лист бумаги из его нагрудного кармана.
– Я так и знал, – сказал он. – Видите? Он переписал стихи. У него было на это время, пока не пришла Аманда. Будем надеяться, что он этого не вспомнит, когда очухается.
Вздохнув, мистер Кэмпион забрал листок у товарища и засунул обратно в карман:
– Думаю, это самое малое, что я могу сделать для него в сложившихся обстоятельствах. Пусть это будет скромной компенсацией за негостеприимность кретина Лагга.
Друзья уставились на Кэмпиона с изумлением.
– О черт! Что ты вытворяешь?! – возмутился Гаффи. – Разве мало того, что мы оставляем гада здесь? У нас есть все основания, чтобы упечь его в кутузку, и достаточно времени на это. Только потому, что его отдубасили, нельзя давать ему карты в руки.
Игер-Райт не поддержал этот бурный протест. Он внимательно смотрел на Кэмпиона, пытаясь понять логические причины столь глупого поступка. Более прямолинейный Гаффи продолжал кипятиться.
– Давайте погрузим его в машину и отвезем в полицейское управление
