Тёмные очки - Джон Диксон Карр
Голова скрылась. Очень медленно Эллиот собрал все вещи «доктора Немо». Далекий звонок замолчал. Свежий ветерок, возвещая окончание ночи, всколыхнул листья, принес с земли густой запах осеннего гниения, а затем, словно усилился ветер или открылось окно, донесся другой, сладковатый запах. Он был похож на запах, наполнявший дом. И Эллиот вспомнил: где-то неподалеку в темноте находятся обширные теплицы. Это запах персиковых и миндальных деревьев, плоды которых зреют между июлем и ноябрем, – запах горького миндаля, наполнявший весь «Бельгард».
Он отнес вещи «доктора Немо» в кабинет, и в тот же момент дверь, ведущая в кабинет из коридора, отворилась, впуская комиссара Бостуика и двух вновь пришедших, которых комиссар представил как доктора Веста и сержанта Матьюса. За ними шел майор Кроу. Матьюсу были даны соответствующие инструкции по поводу фотографий и отпечатков пальцев, а доктор Вест склонился над телом Маркуса Чесни.
Майор Кроу посмотрел на Эллиота.
– Что скажете, инспектор? – спросил он. – Почему вы вдруг решили удалиться? И что вы там обнаружили?
– Я нашел объяснение тому, как подменили шоколадные коробки, сэр, – сказал Эллиот и объяснил, в чем дело.
На главного констебля это произвело впечатление.
– Ловко, – признался он. – Чертовски ловко. Предположим, что это так, но послушайте, откуда Чесни раздобыл такой хитрый чемодан?
– Его можно купить в Лондоне в магазинах, торгующих реквизитом, которым пользуются маги и фокусники.
– Вы хотите сказать, что он специально за ним посылал?
– Похоже на то, сэр.
Майор Кроу внимательно осмотрел саквояж.
– Из чего можно заключить, – медленно проговорил он, – что он задумал этот спектакль уже давно. Вы знаете, инспектор, – он, казалось, боролся с желанием дать этому чемодану хорошего пинка, – чем больше мы занимаемся этим проклятым представлением, тем большее значение оно приобретает и… тем меньше, похоже, нам помогает. Чего мы добились? Где мы находимся? Погодите! В этом списке Маркуса Чесни есть еще вопросы?
– Да, сэр. Еще три вопроса.
– Тогда пойдем туда и продолжим, – сказал главный констебль, бросая расстроенный взгляд в сторону закрытой двери. Но прежде, чем мы туда пойдем, я хочу вас спросить, не заметили ли вы одной вещи, которая особенно меня поразила во всей этой непонятной истории.
– Что именно?
Майор Кроу встал в позу. Он протянул вперед костлявую руку, указывая пальцем в сторону камина, словно выступая с обличением.
– Эти часы, инспектор. Здесь что-то не то. Какие-то фокусы-покусы, – заявил он.
Они посмотрели на часы. Доктор Вест повернул слепящую лампу так, чтобы свет падал на тело, и снова они увидели белый мраморный циферблат, который, казалось, насмешливо смотрел на них из своего бронзового обрамления. Часы показывали без двадцати два.
– Хелло! Мне пора домой, – вдруг объявил майор Кроу. – Однако все-таки взгляните на них. А что, если Чесни перевел часы, изменив таким образом время? Он мог это сделать перед тем, как начать свое представление. А потом, когда все кончилось (вы помните?), он закрыл двери и вошел в музыкальную комнату только после того, как Ингрем постучался и предложил ему выйти и поклониться публике. В течение этого времени он вполне мог снова перевести стрелки в прежнее положение. Разве нет?
Эллиот в сомнении покачал головой:
– Вероятно, мог, сэр. Если ему это было нужно.
– Конечно мог. Ничего нет проще. – Майор Кроу подошел к каминной полке, обогнув кресло, в котором сидел покойник. Он взял часы в руки и повернул их, слегка постукав, чтобы посмотреть обратную сторону. – Видите, здесь есть две такие штучки? Одна – это ключ, с помощью которого их заводят, а другая – головка стерженька для того, чтобы переводить стрелки, – стоп-стоп!
Он склонился, внимательно вглядываясь, и Эллиот присоединился к нему. И действительно, на обратной стороне часов был маленький бронзовый ключик, там же, где должен был находиться стерженек или шпиндель, было всего только крохотное круглое отверстие.
– Он сломан, – сказал Эллиот, – отломался внутри, под внешним корпусом часов.
Он нагнулся пониже. Внутри микроскопического отверстия можно было рассмотреть крохотный блестящий шпенек, а вокруг отверстия была заметна свежая царапина на слегка потемневшем металле корпуса.
– Сломано было недавно, – пояснил он. – Вот что, по-видимому, имела в виду мисс Уиллс, когда говорила, что часы идут верно. Понимаете? До тех пор, пока часами не займется часовщик, никто не может изменить положение стрелок, как бы ни старался.
Майор Кроу внимательно смотрел на часы.
– Ерунда, – сказал он. – Ничего нет проще. Вот так…
Он снова повернул часы циферблатом вверх.
– Осторожно, сэр! – воскликнул Эллиот.
Даже мистер Кроу вынужден был отступить; он почувствовал себя побежденным. Металлические стрелки были слишком малы и хрупки. Попытка подвинуть их в том или другом направлении привела бы только к тому, что они либо согнулись бы, либо сломались. Было ясно, что изменить их положение нельзя было в течение одной-двух секунд. Эллиот распрямился. Против своей воли он улыбнулся. Стрелки вызывающе продолжали двигаться по своему законному пути, металлический винт, закрепивший их положение, насмешливо подмигивал ему, и тиканье этих часов вызывало в нем такое веселье, что он едва не расхохотался в лицо главному констеблю. Это было символично. Перед ними были часы – кошмар писателя детективных романов, – часы, с которыми нельзя было устроить никаких фокусов.
– Вот так-то, – сказал он.
– Совсем не так-то, – возразил майор Кроу.
– Но, сэр…
– Есть в этих часах какая-то закавыка, – настаивал шеф местной полиции так торжественно и с такой уверенностью, что казалось, будто он дает показания под присягой. – Признаюсь, я не знаю, что именно. Но не пройдет и нескольких часов, как вы убедитесь, что я был прав.
Именно в этот момент лампочка от юпитера стала мерцать, в ней показался дымок, и она вдруг погасла. Все вздрогнули от неожиданности, а лампа под зеленым абажуром показалась после этого слабой и тусклой. Но доктор Вест уже распрямился, закончив осмотр; это был немолодой человек в пенсне, вид у него был усталый.
– Что вы хотите, чтобы я вам сказал по поводу этого случая? – обратился он к майору Кроу.
– Ну, что явилось причиной смерти?
– Это синильная кислота или один из цианидов. Утром я произведу вскрытие и отвечу вам более определенно. Вы, вероятно, думаете о цианистом калии, – сказал доктор Вест, как бы извиняясь. – Это только один вариант из группы цианистых солей, получаемых из синильной кислоты. Но я согласен: цианистый калий – это наиболее распространенный яд.
– Разрешите признаться в собственном невежестве, – сказал майор Кроу. – Я читал кое-что о стрихнине в связи с тем, июньским делом, но здесь я
