Тёмные очки - Джон Диксон Карр

Вот что Эллиоту нужно было знать. Он подходил уже почти к самому концу списка и пока ни в чем не мог найти зацепки. В показаниях свидетелей были противоречия, это верно, но как это могло ему помочь?

– Время идет, – сказал он. – Давайте продолжим наши вопросы. «Взял ли он что-нибудь со стола?»

Все три голоса раздались почти одновременно.

– Нет, – ответила Марджори.

– Нет, – сказал Джордж Хардинг.

– Да, – отчеканил профессор Ингрем.

В кутерьме, которая за этим последовала, отчетливо был слышен голос Хардинга:

– Сэр, я готов поклясться, что он этого не делал. Он даже не прикасался к этому столу. Он…

– Конечно не прикасался, – подтвердила Марджори. – И вообще, что он мог оттуда взять? Единственный предмет, который, по-видимому, исчез, – это ручка, или карандаш, или стрела – называйте это как хотите, – и я знаю, что он этого не брал. А этот тип в цилиндре ни разу не подходил к середине стола, где лежит бювар. Так что же он мог взять?

Профессор Ингрем призвал всех к молчанию. Вид у него был довольно мрачный и непреклонный.

– Именно это я все время терпеливо пытаюсь вам сказать, – проговорил он. – А именно: он взял со стола коробку «Шоколадной карамели» от Генри с зелеными цветами и положил на ее место коробку мятных помадок в шоколаде с синими цветами на крышке. Она и сейчас лежит на столе. Вы хотели истинной правды? Вот она, пожалуйста. Не спрашивайте меня, как он это сделал. Когда он поставил свой черный саквояж на стол, тот оказался перед зеленой коробкой. Когда же он убрал его со стола и вышел из комнаты, на столе осталась лежать синяя коробка. Я повторяю: не спрашивайте меня, как он подменил коробки. Я не фокусник. Однако я подозреваю, что ключ к проблеме многих весьма непривлекательных отравлений находится именно в этом коротком действии. Предлагаю вам поломать над этим голову. Кроме того, я надеюсь, что это устранит сомнения майора Кроу по поводу моей психики и моей порядочности. А теперь, прежде чем еще кто-нибудь выйдет из себя, дайте мне, пожалуйста, сигарету.

Глава восьмая

Коробка с секретами

Эллиот так и не узнал, получил ли профессор Ингрем свою сигарету. Он вдруг понял, ему открылся секрет некоего жонглерского трюка.

– Простите меня, – сказал он. – Я скоро вернусь.

И, обогнув рояль, он вышел через стеклянную дверь.

Выйдя на лужайку, обернулся и задернул за собой тяжелую бархатную портьеру. На лужайке, в этом узком проходе между домом и ровным рядом похожих на призраки каштанов, было значительно прохладнее. Там было и темнее, яркого света не было – в кабинете горела только одна обыкновенная лампочка. Он испытывал ощущение, которое охватывает человека в тот глухой полуночный час, когда плоть человеческая кажется такой непрочной. Ему еще послышалось где-то в отдалении звонок колокольчика, однако он не придал этому значения, поскольку все его внимание было сосредоточено на вещах, принадлежащих доктору Немо, которые лежали под окном кабинета.

Этот черный саквояж…

Теперь он понял, почему его вид показался ему странно знакомым. Несколько большего размера, чем обычный докторский чемоданчик, хотя такой же формы, и гораздо меньше обыкновенного чемодана. Такой саквояж был выставлен в качестве экспоната в Черном музее в Скотленд-Ярде.

Эллиот опустился на колени перед саквояжем, который стоял между цилиндром и плащом. Он был сделан из лакированной кожи и казался совсем новым. В углу отчетливо была видна надпись, грубо намалеванная при помощи трафарета: «Доктор Немо». Обернув руку платком, Эллиот открыл саквояж. Внутри лежала двухфунтовая коробка шоколадной карамели с рисунком, изображающим зеленые цветы на крышке.

– Вот, оказывается, в чем дело, – вслух проговорил он.

Этот саквояж – «друг воришки». Эллиот поднял его с земли и осмотрел дно. Эту конструкцию изобрели и использовали фокусники на потеху публике, а затем принцип взяли на вооружение воры, промышляющие в больших универмагах, ювелирных магазинах – словом, повсюду, где на прилавках свободно лежат дорогие вещи.

Вы входите в магазин, держа в руках саквояж, не вызывая никаких подозрений. Небрежно ставите его на прилавок и рассматриваете разные предметы на полках и на витринах. А ваш саквояж тем временем стоит поверх того самого предмета, который собираетесь украсть. Дно саквояжа снабжено специальным пружинным устройством, которое захватывает и препровождает в саквояж то, что находится под ним. И вы, не делая при этом никаких подозрительных движений, берете саквояж и выходите из магазина.

Гениальный трюк «доктора Немо» становился совершенно ясным. Он вошел в кабинет и поставил саквояж на стол, стоя в это время спиной к зрителям. Саквояж был поставлен не перед коробкой, а сверху, на нее. Устройство было рассчитано и на более громоздкие предметы, чем сравнительно легкая конфетная коробка. В глубоком кармане его плаща находилась коробка с мятными конфетами. Либо в то время, когда он нагибался, чтобы поставить саквояж, либо тогда, когда он брал его со стола, этот человек положил коробку на стол, так что она была скрыта и саквояжем, и его спиной. Перед аудиторией, ослепленной ярким светом и достаточно взволнованной, это было не так уж трудно. И все это было сделано с помощью Маркуса Чесни – как составная часть плана Маркуса Чесни, направленного на то, чтобы расставить для свидетелей всевозможные ловушки…

Но как можно использовать этот факт для того, чтобы раскрыть данное преступление или отравление в кондитерской лавке? Значит ли это, что в лавке миссис Терри вся коробка конфет была заменена на другую?

– Эгей! – шепотом позвал кто-то.

Эллиот вскочил от неожиданности. Это был хриплый, сердитый и настойчивый шепот, шедший откуда-то сверху. Он поднял голову и увидел доктора Чесни, который выглядывал из окна верхнего этажа. Доктор Джо так далеко высунулся из окна, что Эллиот боялся, что его крупное тело перевесит и он вывалится вниз, словно мешок с бельем.

– Вы что там все, оглохли? – шептал доктор Джо. – Не слышите, что звонит звонок? Почему никто не открывает? Он звонит уже минут пять. Не могу же я, черт возьми, делать все сам! У меня пациент…

Эллиот очнулся. Это, конечно, полицейский с фотографом и дактилоскопистом, которых вызывали из соседнего участка за двенадцать миль отсюда.

– Эй, погодите! – рычал доктор Джо.

– Да?

– Пошлите-ка сюда Марджори. Он зовет ее.

Эллиот быстро посмотрел на доктора:

– Он в сознании? Могу я с ним поговорить?

Красная волосатая рука в болтающемся рукаве делала отрицательные движения. Рыжая бородка доктора Джо, освещенная снизу, придавала ему прямо-таки мефистофелевский вид.

– Нет, мой мальчик. Он без сознания, еще не пришел в сознание – по крайней мере, в том смысле, как вам это нужно.