Собор темных тайн - Клио Кертику
– Есть документы какие-то с собой? – поинтересовался подошедший Лиам.
– То есть? – Фергюс поднялся со скамьи. – Ты хочешь сказать, что не взял свои?
– То и хочу сказать.
Я покопался в кармане пальто, где всегда лежал студенческий. Пока Лиам и Фергюс переглядывались, я протянул первому свой студенческий.
– Спасибо, – спокойно ответил Лиам. – Вы все идете со мной, так мы будем выглядеть солидней.
Сомневаюсь, что мы придавали Лиаму солидности. Но мы все равно ровным строем двинулись за ним в сторону алтаря, не задавая вопросов.
– Так к кому ты собрался обращаться? – спросил Фергюс, нагнав Лиама.
– К кому придется.
– Сомневаюсь, что стоит говорить с охранниками. Может, лучше в справочную? – Фергюс пересекал неф уверенными шагами.
– В справочную? – переспросил я. Мы вошли в боковой проход трансепта. Нас встретила женщина в платке. Здесь была устроена церковная лавка.
– Не подскажете, к кому обратиться? – начал Фергюс. – Мы студенты и хотели бы узнать кое-что о соборе.
Женщина по-доброму улыбнулась и указала на южный выход из собора.
– Вам в южную часовню. Через эту дверь и налево. Там у входа служитель, он вас направит. В соборе есть небольшое историческое собрание икон, образков, если вас интересует, вроде студентов пускают к ним тоже.
Лиам напрягся. Фергюс комично поклонился женщине и поспешил прочь. Мы с Эдит остались на месте.
– Здесь устраиваются экскурсии?
– Нет, но некоторые люди, заручившись поддержкой университета, могут получить разрешение на вход, или, например, если вы пишете статью и у вас есть научный руководитель, который попросит за вас.
Лиам поблагодарил и направился к выходу, а мы за ним.
Фергюс ждал нас на улице и уже закурил.
– Что это вы задержались? – поинтересовался он с легкой улыбкой на губах.
– Она сказала, что здесь какая-то коллекция, к которой есть доступ лишь избранным, – ответила Эдит важно. Лиам, нахмурившись, оглядел ее с ног до головы.
– Не вовремя ты принялся курить, – мрачно заявил он.
Фергюс пропустил его слова мимо ушей, он по-прежнему смотрел на Эдит.
– Ты что думаешь по этому поводу?
– Я? – с ужасом спросила Эдит. Фергюс лишь качнул темными кудрями. – Я думала о том, что надо нам решить, как именно мы будем задавать вопрос. То есть я пока слабо могу представить, как Фергюс интересуется у епископа, где здесь Грааль. Или, например, на каком из фасадов можно найти статую Девы Марии?
Фергюс улыбнулся.
– А я себе это очень живо представляю. Я вполне могу, но если ты, – он ткнул пальцем в сторону Лиама, – хотел задать вопрос более уместным способом, просвети меня.
Все задумались.
– Можно спросить про доступ к тому собранию икон и всему остальному, а там дальше уже посмотрим, – предложил я.
Все повернулись ко мне. Лиам потер переносицу, а затем посмотрел на Фергюса.
– Мы идем?
– Да, пойдемте, – сказал он, туша окурок подошвой своего ботинка. Лиам недовольно цокнул, но никак это не прокомментировал.
Мы вошли в небольшую пристройку башенного типа около собора. Служащий сидел возле камина и читал какую-то книгу. Он поднялся, как только заметил нас.
– Доброго вечера, – Фергюс протянул ему руку, но служащий лишь слегка склонил голову. – Мы студенты.
Лиам быстро перебил товарища.
– Мы хотели узнать некоторые детали из истории собора и поговорить с кем-то, кто мог бы предоставить нам информацию о нем.
Служащий задумался.
– Вам нужно обратиться к пресвитеру[26] собора, но отец-настоятель сейчас в отъезде.
Я так и не понял, кто нам нужен, пресвитер или отец-настоятель, но, как оказалось, это один и тот же человек, просто в своем кругу служащие называют его отцом, а в более официальной обстановке – пресвитером.
– Когда он вернется? – серьезно поинтересовался Лиам.
– Думаю, около недели его не будет.
Лиам слегка нахмурился.
– Вы можете написать ему и, если получите ответ, приедете снова, – предложил служащий.
«Если получите ответ», – с недовольством подумалось мне.
– Как я могу обращаться к пресвитеру в официальной переписке? – спросил Лиам, пока Фергюс внимательно осматривал стены.
Служитель написал всю нужную информацию на листочке. Лиам поблагодарил его, и мы вышли.
– Итак, что дальше? – спросил Фергюс.
– Хочу осмотреть кое-какие детали снаружи, вы можете побыть в соборе, – предложил он.
– Нет, мы идем с тобой! – протестующе заявила Эдит.
* * *
Жан Пьер проснулся под каменными сводами собора из-за раздавшегося шума. Видимо, близилось время службы, потому что от его глаз не скрылось движение со стороны алтаря. Он мгновенно сел и нащупал старенькую скрипку, которая лежала справа от него, пока он спал. Жан схватил потрепанный футляр и, не оглядываясь, направился в сторону выхода. Не хватало еще, чтобы его здесь обнаружили – того и гляди, закроются двери собора для него раз и навсегда. Воображение частенько играло с ним в дурные игры.
Жан Пьер выскочил на главную площадь под полуденное летнее солнце. В глазах покалывало от такой резкой смены освещения.
Пересекая площадь, он остановился в левой ее части на своем излюбленном месте и, присев на корточки, стал раскладывать футляр, который служил ему сундучком для монет. Скрипка была вынута из футляра, и юный музыкант приготовился к представлению. Он положил скрипку на плечо, туда, где у него появился извечный, непроходящий синяк от постоянного давления музыкального инструмента.
Мальчик заиграл.
В первое время он задумывался о том, честно ли это – зарабатывать деньги на святых местах, но и это уже было не важно. Главное, что прохожих много и что слушают они его одного.
На самом деле его беспокоило другое. Он волновался о том, что сегодня опять не ночевал дома и что мать, наверное, зла на него, но вернуться сейчас он не мог. Нельзя тратить дневное время на простые прогулки до дома и обратно.
Стоило смычку коснуться струн, как Жан Пьер начинал думать о том, что каждое движение приближает его к какой-то известной одному только Богу загадке. На самом деле и это место он приметил не случайно: он выбирал для своей игры разные точки вокруг собора, видел его со всех ракурсов, но именно отсюда собор казался ему наиболее впечатляющим. Он встал так, чтобы перед людьми, проходящими мимо, выглядеть наилучшим образом, но место было выбрано и по личным причинам: именно в этой точке солнце почти в любой час не слепило глаза, и можно было спокойно рассматривать детали фасада.
Особенно его впечатляли скульптуры. Он следил за ними и старался играть для них.
