Без любви здесь не выжить - Саммер Холланд

– Я всегда за, но теперь хотелось бы внести новые правила.

Он обернулся с приподнятыми бровями и убрал растаявшую снежинку с моих волос.

– Какие?

– Первое: мы ничего не начинаем, если ты на меня зол.

– Почему?

– Боюсь, что ты не остановишься.

– Ты права, – с каким-то даже удовлетворением кивнул Рэй. – Хорошее правило. Рад, что ты начинаешь заботиться о себе.

Интересно, конечно, когда это я о себе не заботилась, но сейчас не время для подобного разговора.

– Второе, – поспешила продолжить я. – Если ты еще раз поднимешь тему того, что платишь мне, я ухожу. В постели ты можешь называть меня как угодно, если тебя это заводит. Не буду врать, меня это тоже заводит. Но сейчас все было отвратительно. Ты платишь мне не за секс, ни с тобой, ни с другими людьми. Я трахаюсь только с теми, с кем хочу сама.

– И это я в тебе обожаю. Так что… я виноват. Прости. Это не повторится.

Ситуация из накаленной превратилась в неловкую. Я так редко в своей жизни слышала искренние извинения, что не научилась на них реагировать. И сейчас под пристальным взглядом Рэя начала, как ребенок, переминаться с ноги на ногу.

– Ну это… – промямлила я. – Вроде все.

– Тогда сейчас ты идешь в спальню, раздеваешься, складываешь свою одежду и ждешь меня на коленях.

В этот раз я решила не спорить, тем более такой порядок действий уже стал каким-то привычным, что ли.

Настолько, что стопка с одеждой действительно получалась аккуратной, а если бы вы попали ко мне домой, поняли бы: педантичность – не спутница моей жизни. Скорее, сказали бы что-то вроде «слава богу, хотя бы чисто».

И только стоя на коленях, полностью раздетая, в оглушительной тишине, нарушаемой лишь отдаленными звуками открывающихся дверц шкафа, я вдруг поняла: Рэй Блэк ревновал меня к Эрику Чесмору. Это такое же чувство, холодное и недовольное, благодаря которому у меня появилась машина. Но теперь что-то изменилось: в нем горел настоящий огонь.

Я оставила себе мысленную зарубку никогда не попадаться на том, что сплю с обоими. Не в этой жизни и не в паре следующих – кто знал, к чему мог привести его незамутненный гнев. Возможно, даже к моей скорой смерти.

Играть с пламенем было опасно, но, кажется, слишком весело. И я не планировала отказываться ни от Рэя, ни от Эрика, к чему бы это меня ни привело.

– Ты готова к наказанию? – раздался голос из коридора.

– Да, сэр, – счастливо отозвалась я.

– Ты зря радуешься. – Голос превратился в ледяной, когда дверь открылась. – Повтори стоп-слово.

– «Прекрати».

– Повтори стоп-движение.

Я дважды хлопнула рукой по ковру. Еще ни разу Рэй не доходил до тех границ моих возможностей, у которых такое потребовалось бы, но сегодня все могло измениться.

– Отлично. Не забывай, что в любой момент ты можешь использовать слово или движение, чтобы я остановился. А теперь мне нужен ответ на вопрос.

– Конечно, сэр.

Он поставил что-то тяжелое позади меня и обошел, оказавшись перед моим лицом. Рэй был одет только в брюки, и, когда он опустился на корточки, мне открылся прекрасный вид на его поджарое, идеальное тело.

– Кто тебя трахает, грязная шлюха?

А…

А.

А как отвечать на этот вопрос? Казалось, челюсть отвалилась сама в немом крике: я не была к готова к такому. Мы не договаривались это обсуждать, да и… насколько уместно признаваться сейчас, голой, на коленях, что Эрик не просто мой… кто бы он там ни был в глазах Рэя.

Жесткая рука схватила меня за челюсть, и в открытый рот лег большой палец.

– Я задал тебе вопрос, – еще строже произнес Рэй. – И поверь, лучше ответить.

Лучше? Я только что поклялась себе этого не делать! Даже без моего признания он чуть не сошел с ума от ревности, а теперь мне точно не гарантирован оргазм, зато вырастают шансы умереть! Боже, даже некуда было отползать…

Ничего не придумав лучше, я скосила глаза к его пальцу, который все еще держал меня за зубы. Рэй понял намек и убрал руку.

– Мне долго ждать?

– Вы, сэр. Вы меня трахаете.

Откровенно пытаясь выиграть время, я подалась назад, надеясь, что смогу сбежать, но, к моему удивлению, Рэй удовлетворенно кивнул.

– Правильный ответ. Ты принадлежишь мне. И знаешь, что это означает?

Сейчас он был… стальным. Даже легкое прикосновение к моей щеке отдавало холодом, но не тем, который заставил бы меня отдалиться, наоборот. За ним хотелось спрятаться.

Рэй становился не просто единственным, кто сейчас мог командовать, – он владел мной, от пяток до последней сбежавшей крохи разума. Рэй был бронежилетом, отделявшим меня от огромного сложного мира.

– Я решаю, что с тобой будет, – проговорил он, и ладонь, скользящая к моей шее, стала ласковой. – А ты меня слушаешься. Поняла?

– Да, сэр.

Не думала, что низведение до чьей-то собственности может приносить столько удовольствия. Воспоминания о том, как именно ощущается чужая власть, заставили кожу загореться. А теперь, когда Рэй обхватил мою шею и потянул вверх, вынуждая встать, я не просто повиновалась. Я хотела этого.

Конечно, было видно, что остатки гнева в нем не ушли до конца, но страх последствий улетучился. Удав и кролик, да? Пристальный взгляд голубых глаз гипнотизировал и дарил уверенность в том, что я в безопасности. Даже когда заметила плеть в его руках, не испугалась. Рэй знал, что делает.

Не запомнив, как именно, я оказалась на кровати на четвереньках.

– Всегда хотел попробовать это. – В голосе Рэя сквозила жестокая усмешка. – Просто еще не встречал настолько жадных до члена шлюх.

Почему это звучало как комплимент? Словно он восхищался чем-то, что не видела в себе даже я сама. Хотелось ответить на это, но шевелиться не стоило, ведь каждый жест неповиновения означал лишь одно: больше боли.

– До вашего члена, сэр, – вырвалось у меня.

Наказание не заставило себя ждать: на мою спину опустился хвост плети, и вспышка оказалась необычно яркой.

– Я не задавал тебе вопрос.

Рэй не пытался просто мучить меня: место удара накрыла сухая шершавая рука. Я невольно подалась навстречу этой короткой ласке, но она оказалась обманом: следующий удар плети пришелся на мое бедро. Еще один поднялся к плечам.

Боль обнажала чувства. Боль позволяла лучше воспринимать ласку. Боль освобождала разум от ненужных переживаний, дарила яркость каждой секунде.

К моменту, когда мне стало сложно держаться на выпрямленных руках, Рэй отложил плеть. Я слышала негромкий стук, но не поворачивала головы, чтобы не увеличивать свое наказание. Тело ныло, требуя ласки. Никогда еще я