Сожженные тела на станции Саошулин - Юнь Хуянь
Еще два важных обстоятельства полиция быстро установила в ходе дальнейшего расследования.
Во-первых, в тот вечер район созвал экстренное совещание начальников служб безопасности всех улиц, призвав активно сотрудничать с полицией, усилить давление на серийного убийцу западного пригорода по четырем направлениям: общественное мнение, мобилизация масс, усиление совместной обороны и подомовые обходы, чтобы «если прекратит – не сбежал, если продолжит – был пойман». Совещание закончилось в девять, а районное правительство находилось в тридцати минутах на велосипеде до дома Фан Чжифэна в районе Чуньлю.
Во-вторых, один старик, занимавшийся на велотренажере на спортплощадке четвертого микрорайона улицы Чуньлюцзе, сообщил, что между половиной десятого и десятью часами видел молодого человека, в панике выбежавшего из четвертого подъезда третьего дома: широколицего, с квадратным подбородком, раскосыми глазами, очень злобного вида, с пушистыми усиками, «если увижу снова – узнаю».
На основании вышеизложенного полиция сделала предварительный вывод по делу об убийстве Фан Чжифэна: в тот вечер преступник, совершивший серию убийств в западном пригороде, проник в квартиру Фан Чжифэна, напал на находившуюся дома одну Фан Мэй и пытался ее изнасиловать, когда с работы как раз вернулся Фан Чжифэн и вступил в смертельную схватку с преступником, в которой трагически погиб. Пока отец ценой жизни выигрывал время, Фан Мэй успела укрыться в своей спальне и запереть дверь. Нападавший, опасаясь, что шум борьбы привлечет внимание и скоро приедет полиция, поспешно покинул место преступления.
Однако Ду Цзяньпин заметил один очень важный момент: на этот раз способ действий преступника явно отличался от предыдущих случаев – он не нанес «смертельный удар» сзади в момент открытия двери, а начал нападение уже после того, как вошел в квартиру. Что еще важнее, на входной двери и окнах не было следов взлома, что явно указывало на то, что в этот раз Фан Мэй сама открыла дверь грабителю.
– Фан Мэй, вероятно, была знакома с преступником, – заключил Ду Цзяньпин и немедленно отправил Чай Юнцзиня и других в больницу: – Независимо от состояния Фан Мэй, нужно немедленно заставить ее рассказать правду! Каждая секунда промедления дает преступнику больше времени для бегства!
Но прежде чем Чай Юнцзинь успел отправиться к потерпевшей, неожиданное известие позволило следственной группе заранее определить истинного преступника.
После получения запроса от полиции соответствующие отделы сайтов Dangdang и Joyo активно сотрудничали, предоставив все заказы на ту японскую детективную мангу из западного пригорода. Надо сказать, эта манга была действительно нишевой – за целый год в западном пригороде было продано всего три комплекта: один купила районная библиотека; второй – довольно известная отечественная художница манги, страдающая тяжелой формой аутизма; а третий – некто по имени Чжоу Липин, проживавший, как оказалось, на улице Дунцин, соседней с улицей Чуньлюцзе.
Связавшись с местным отделением полиции, следственная группа узнала еще более воодушевляющие подробности: Чжоу Липину семнадцать лет, он учится в одном классе с Фан Мэй. У него особая семейная ситуация: родители развелись, когда он был в начальной школе, затем каждый создал новую семью, и никто не хотел о нем заботиться. В конце концов его взяла тетя по материнской линии, но он не жил с ее семьей, а занимал полуподвальное помещение в том же здании. Человек замкнутый и странный, однажды он получил выговор от школы за домогательство к девушке. Особенно важно то, что его фотография в документах полицейского участка точно соответствовала описанию: широкое лицо, квадратный подбородок, раскосые глаза, пушистые усики!
Когда Ду Цзяньпин с отрядом полицейских выбил дверь полуподвального помещения, где жил Чжоу Липин, они обнаружили, что в комнате темно и тихо. На мгновение они подумали, что Чжоу Липин уже сбежал, опасаясь наказания. Именно поэтому, когда желтый луч фонарика осветил старую односпальную кровать, все полицейские содрогнулись: Чжоу Липин лежал под одеялом прямой как труп, неподвижно. За десятилетия службы в полиции Ду Цзяньпин никогда не встречал такого пугающего персонажа – даже обычные люди испугались бы, если бы среди ночи в их дверь ломились, а этот человек, совершив множество преступлений, спокойно спал, игнорируя полицейский арест!
А потому, когда Чай Юнцзинь и другие храбро набросились на него, крича и ругаясь, срывая с кровати и надевая наручники, Ду Цзяньпин вдруг осознал некоторую комичность ситуации.
Чжоу Липин не сопротивлялся, даже не вскрикнул от боли, когда ему заломили руки, только слегка поморщился.
Ду Цзяньпин нашел выключатель у двери, щелкнул им, и после пары жужжащих звуков потолочная лампочка с хлопком осветила комнату. Та оказалась маленькой, около одиннадцати-двенадцати квадратных метров, и везде была грязь: под односпальной кроватью валялся носок с дыркой на большом пальце; зеленый шкаф в клетку был широко раскрыт, одежда в нем была свалена как в переполненной мусорной корзине; на сером компьютерном столе стоял старый компьютер Lenovo 586, клавиатура и мышь были покрыты пылью, рядом лежали стопки различных дисков – кроме «Троецарствия» и «Цивилизации II» там были в основном порнофильмы с японскими актрисами… В комнате стоял характерный удушливый запах подростка, а большие черные пятна вокруг батареи словно материализовывали этот тошнотворный запах. В северной стене был ряд окон, через грязные стекла виднелись похожие на тюремные решетки водосточные желоба, на подоконнике стояла шеренга обуви, слой плесени на подошвах был таким толстым, что почти склеил обувь с подоконником в темно-зеленую массу…
– Знаешь, почему мы тебя арестовали? Понимаешь, что ты натворил? Где спрятал орудие убийства? Есть ли сообщники? – На этот шквал полицейских вопросов Чжоу Липин молчал, сидя на полу в майке и трусах, позволяя делать с собой что угодно с безразличным выражением на покрытом угрями широком лице. Его холодный взгляд, казалось, замораживал каждый вопрос навечно.
При обыске комнаты Чжоу Липина были как разочарования, так и находки. Разочарованием стало то, что не нашли ключевую улику – молоток, которым были убиты четыре человека. Находкой – кроссовки под кроватью; даже невооруженным глазом было видно, что рисунок и износ подошвы полностью совпадали со следами, оставленными преступником на полу в доме Фан Чжифэна, там даже застряло несколько осколков стекла! Что еще важнее, отпечатки пальцев, взятые у задержанного Чжоу Липина, были немедленно отправлены в криминалистический центр районного управления, и компьютерное сравнение показало: они совпадают с отпечатками на оторванной пуговице с одежды Фан Чжифэна!
Когда Чай Юнцзинь приехал в больницу и рассказал об этом Фан Мэй, призывая ее «не бояться мести и говорить правду», она подняла здоровую руку, закрыла лицо и долго плакала, слезы струились сквозь пальцы. Потом она призналась, что Чжоу Липин был
