Реинкарнация архимага 4 - Сергей Александрович Богдашов
— По зиме да на санях… Тут и нашей казны хватит, — гордо подкрутил ус мой десятник.
— И всё равно сто рублей на переезд дам. А потом по десятке каждому на обустройство, — упрямо мотнул я головой, — Хотя бы на те же чашки — ложки и подушки.
— Слышь, парни, на пуховых перинах будем спать, — отчего-то развеселился Самойлов, и бойцы поддержали его довольным гоготом.
— Васильков просил его десяток забрать. Что думаешь? — глаза в глаза спросил я у Самойлова.
— А что тут думать. Десяток добрый. Разве, что Игнат там язва, но с нами пару раз нарвётся, и забудет про свои шутки, — усмехнулся десятник в ответ, — Так ведь, парни?
Бойцы поддержали его невнятным гулом, разбирая шампура с горячим шашлыком.
Шампура у Федота классические — в своей прошлой жизни они были шомполами для оружия с ещё кремниевым замком. Не удивительно, что при смене винтовок на складе образовался переизбыток старых изделий и мне их в кузнице приспособили под шашлыки. Да так удачно, что этот набор я с собой в Саратов увезу.
— Вашбродь, а что мы делать-то будем на гражданке? — первым не выдержал Гринёв, вовремя и привычно увернувшись от подзатыльника десятника.
— Поможете порядок мне в имении навести. Семьями обзаведётесь, у кого ещё нет, — не спеша отпил я вино, оглядывая бойцов, — Потом чуть подождём, как учёные сказали с месяц, не больше, дожидаясь не вернётся ли наша, Булухтинская аномалия взад, а если нет, то выберем себе для рейда Аномалию по силе. Ту, с которой трофеи самые жирные выйдут. Признаться, я одну уже присмотрел. На Урале. Но в числе мутантов там буду медведи, лоси и росомахи. Лосей особенно опасаться советовали.
— То есть, в запас мы не уходим! — победно огляделся Гринёв, явно имея в виду какие-то их внутренние разговоры.
— В запас… В запас вы ещё у меня проситься станете, — хмыкнул я, срывая зубами горячее мясо с шампура.
И это было лучше любых обещаний!
Глава 11
И вечный бой. Покой нам только снится…
Вернувшись в Саратов, я окунулся в совершенно иную суету. Теперь моё время и средства принадлежали только мне. Освободившись от армейской лямки, я мог наконец заняться тем, что давно вынашивал в голове, но откладывал из-за службы. Слава учёного или магната меня не прельщала, а вот создать что-то практичное, полезное и… прибыльное — это было в моём духе.
Начал я с того, что отвёл под будущую мастерскую просторный сарай на заднем дворе. Помещение там было холодным и пустым, но прочным. Те помещения на первом этаже саратовского особняка, где начинала моя артель артефакторов, станут моей личной лабораторией, а в сарае я намерен организовать небольшой экспериментальный цех.
Федот, к моей радости, не только вскоре приехал сам, вместе с Гришкой и целым возом инструментов из моей мастерской на заставе. Ещё он привёз с собой двух отставных унтеров — братьев Захаровых, из хозвзвода. Молчаливых и умелых мужиков, которые, как оказалось, могли всё: от кладки печи до тонкой работы с металлом.
Первым делом я занялся не боевыми артефактами и не эликсирами, а тем, что могло принести быструю и легальную прибыль, а заодно и «имя» в хорошем смысле этого слова. Я обратил свой взор на сельское хозяйство.
Всё началось с простого наблюдения. Зимой, пока мы были на заставе, дядюшка как-то в разговоре обмолвился о проблеме ранних заморозков, губящих посевы в Поволжье, и о засухах, выжигающих степи. Мои же опыты с растениями из-под Купола показали: упорядоченная магия способна влиять на биологические процессы, причём не хаотично, а целенаправленно. Я не мог воскресить мёртвую аномалию, но мог попытаться воспроизвести её отдельные, полезные функции.
В своей новой мастерской я разложил на столе купленные на рынке семена пшеницы, гороха, несколько саженцев малины и яблони.
— Федот, нужна печь попрочнее, — сказал я, обдумывая конструкцию. — Не для плавки, а для длительного, ровного прогрева. Ещё стеклодувную горелку купи. И медь — листы и тонкую проволоку. Вот тут я записал, чего и сколько.
— Будет сделано, барин, — кивнул Федот, не задавая лишних вопросов.
И всего через три дня братья Захаровы уже растапливали временную кузницу в углу сарая.
Идея была проста, как всё гениальное. Создать не магический артефакт в привычном понимании, а своего рода «инкубатор». Конструкция из меди (отличный проводник для структурированной магии), внутрь которой закладывался кварцевый цилиндр, питающий цепочку рун. Эта схема слегка усиливала рост и стабилизировала его, создавая вокруг семян или корней микроклимат, защищённый от резких перепадов температуры и влажности. По сути, крохотная, локальная копия того самого стабильного поля из аномалии.
Вторым шагом стал «дождеватель» — более сложное устройство, предназначенное не для защиты, а для полива. В основе лежал тот же принцип: структурированная магия не призывала воду из ниоткуда (это было бы слишком сложно и энергозатратно), а конденсировала влагу из воздуха, накрывая добрую десятину земли обильной росой. Устройство было размером с горшок для цветка и потребляло мизерное количество энергии от небольшого кварцевого цилиндра, которого должно было хватить на десяток поливов. Позже я дополню эти конструкции контурами самозарядки, а пока нужно отработать стабильные результаты и правильно подобрать параметры воздействия артефактов на растения.
Нет, я не отказался от своих первых разработок. Пара устройств, работающих на новом принципе — это всего лишь дань опыту, полученному при изучении Аномалии, когда я соприкоснулся со структурированной магией. Дополнение к моим первоначальным планам.
Со дня приезда с дядюшкой я виделся всего лишь дважды. Такие вот мы с ним трудоголики. Он в Петровском пропадает, проводя сразу несколько серий опытов в своей новенькой теплице, а я стройкой и ремонтом занимаюсь, а заодно новыми артефактами. Кстати, удачно. Последние модели уже близки к идеалу.
А тут вдруг все вместе съехались. Сретение на носу. Большой церковный праздник.
Все работы пришлось отменить.
Не сказать, что всё наше семейство в ах, каких верующих, но реноме нужно поддерживать. Тем более дядюшке, с его шатким положением, не стоит фрондировать, выказывая неуважение к церкви.
Сидя вечером у камина, обсудили с ним, у кого что получается.
Он похвалился своими тепличными удачами, а я новыми артефактами, часть из которых он вскоре с собой в Петровское увезёт.
Без спора, понятное дело, не обошлось. Дядюшка предложил начать
