Духи: друзья и враги. Сущности в нашей жизни - Александр Иванович Белов
Нам представляется, что дело куда интереснее. Существуют нематериальные сущности гнева, страха, радости, удовольствия и т. д. Наша душа с рождения подключена к ним. В зависимости от воспитания и настройки души мы склонны реагировать на внешние обстоятельства тем или иным способом. Например, испытывать страх смерти. Однако существуют народности, которые мы почему-то считаем дикими, представители которых не испытывают страха смерти. То же самое и с другими чувствами. У кого-то конкретная ситуация вызовет страх, у кого-то гнев, а кого-то лишь улыбку. Все зависит от базовой настройки сознания.
Сущности чувств «висят» на нашей душе и все вместе образуют гамму чувств. Когда душа весела, то сущность веселья включает соответствующие механизмы в теле, выделяются определенные гормоны, по си-волокнам бегут нервные импульсы, и мы вместе с нашим организмом переживаем период веселья. Когда душа гневается, то сущность гнева приводит в действие другие механизмы. Наша речь становиться прерывистой, уровень адреналина подскакивает в крови во много раз, сердцебиение учащается, дыхание становится поверхностным. Эти изменения являются показателем того, что сущность гнева захватила наше тело. Когда сущность страха овладевает нами, мы съеживаемся, забиваемся в угол и дрожим, у нас дрожат колени, подбородок и зуб на зуб не попадает. При этом мы не можем вымолвить ни слова.
Та или иная сущность появляется в нашем теле не просто так. Поскольку все сущности «привязаны» к организму, то они и обслуживают его, подчиняясь движениям души.
Один человек в силу характера, привычек, психологических установок привязан в большей степени к одним чувствам, чем к другим. Например, перед нами плаксивый, слабовольный и забитый человек. Его душа связана прочными незримыми нитями с сущностями страха, плача, испуга. Другой пример — перед нами смелый, решительный, храбрый и уверенный в себе человек, его душа имеет сродство с сущностями смелости, мужества, уверенности. Однако привязанность к тем или иным чувствам является вовсе не фатальной неизбежностью. Привязанности можно менять, а свою психику перепрограммировать, настраивать на позитивный лад, избавляться от отрицательных эмоций и чувств, которые разрушают организм. Об этом весьма убедительно говорил Караваев.
Человеку нужна гамма всех эмоций, его душе надо сохранять равные привязанности ко всем сущностям чувств.
Вероятно, идеалом здесь может считаться гармония чувств и гармоническая связь души со всеми сущностями их порождающими. Как у художника есть семь основных красок, как у музыканта есть семь основных нот, точно так же и у души должны быть семь основных чувств. С их помощью душа сможет выражать те или иные эмоции, в зависимости от обстоятельств и потребностей.
Скажем, чувство блаженства, к которому многие стремятся. Если оно охватит человека надолго, то он может погибнуть от переизбытка этого чувства. С биохимической точке зрения это вполне объяснимо: во время блаженства в мозгу вырабатываются эндорфины и прочие вещества радости. Их длительный переизбыток в крови включает трудноконтролируемые биохимические реакции. Сначала человек плавает на волнах экстаза, затем уже не знает куда деваться от этого экстаза и готов в прямом смысле этого слова лезть на стенку. Затем у него появляются слезы радости — включается компенсаторный механизм отрицательных эмоций, который способен подавить действие длительной положительной эмоции. Но если и это не помогает — радость и блаженство далеко зашли, может наступить дисгармонизация организма. Нарушаются физиологические и обменные процессы. В результате, в особо запущенных случая, человек может погибнуть. Поэтому и говорят: радуйся, но знай меру. Нашей душе необходимо быть равносоединненой со всеми чувствами, как радостными, так и грустными. Однако здесь надо иметь в виду то, о чем говорил Караваев, что отрицательные эмоции, особенно длительно воздействующие на нас, быстро разрушают наше тело и пагубно воздействуют надушу.
Некоторые экстрасенсы умеют влиять на сущности чувств человека, подчиняя их своей воле. Так, под воздействием гипнотизера, человек может по его заданию плакать или смеяться, испытывать разочарование или умиротворение. В наше время телевидение стало тем экстрасенсом и гипнотизером, которое вошло в каждый дом. Оно заставляет людей плакать и смеяться, разочаровываться и вдохновляться.
Однако, мало кто задумывается над тем, что телевидение привязывает нас к определенным сущностям эмоций, т. е. делает дисгармоничными. Те, кто «подсел» на телевизор, мыслят телевизионными штампами и выражают в своей жизни телевизионные эмоции. Сущности овладевают ими через голубой экран. Если в телевизоре преобладают насилие, кровь, страх и плач, а с другой стороны — секс, безумие и алкоголь, то чего же удивляться, что многие люди начинают действовать в жизни как в кино.
Вероятно, необходимо вернуться к практике внутреннего программирования, когда человек учится сам управлять своими эмоциями (сущностями чувств) и уходить от практики телезомбирования и телеподселенцев.
Чувства рвутся наружу
Многие люди боятся проговаривать то, что приходит им в голову. Они думают одно, а делают другое. Почему это происходит? На наш взгляд виновата здесь традиция, которая удерживает человека в прокрустовом ложе двоемыслия. Между тем, и этикет, и правила поведения требуют от человека, чтобы он держал язык за зубами, и не развязывал его, даже тогда, когда очень хочется. Воспитанные люди словно бы наследуют канал выражения чувств и мыслей. Так, многие проявляют себя в нестандартных ситуациях, как их родители и близкие. «Привычка свыше нам дана — замена счастия она», — писал Пушкин. Когда возникает уж совсем нестандартная ситуация, то такой человек просто стоит и хлопает глазами, не зная, как себя вести. У него в сознании просто нет готового стереотипа на этот случай.
Все оттого, что человек в детстве «заткнул рот» своим мыслям и эмоциям, совершенно отучился мыслить и чувствовать по-настоящему. А мысли эмоции — это живые сущности, и они, словно дети, рождаются из нашей души. Кто может позволить себе грех убийства детей? А вот убийство мыслей и чувств почему-то позволяют многие.
Вспомните метод Жириновского. Он не боится быстро проговаривать новую неожиданную информацию, а затем сам же, вместе с другими людьми, ее и осмысливает. К Жириновскому можно относиться по-разному, но метод его работает.
Нам представляется, что мысли и эмоции, являясь живыми существами, также как и мы, могут меняться. У кого из нас не было ощущения, когда неожиданно меняется вкус знакомой пищи? Или картина, которая до какого-то момента казавшаяся радостной и безоблачной, вдруг предстает в наших глазах мрачной и унылой. Музыка, прекрасная и возвышенная, вызывавшая трепет души, вдруг кажется набором бессвязных звуков. Эти странные на первый взгляд метаморфозы чувств можно объяснить только тем, что наша душа
