Раз, два, три — замри - Ольга Аристова

Чтобы Катя не потащилась потом одна до Китайского, перебирая в пальцах порванный Кривоуховой и Ладошиной провод от наушников, и не лежала до самого вечера животом на горячем песке, ощущая, как солнечные лучи падают прямо сквозь нее и уходят глубоко в песок вместе с рыданиями. Песок налип Кате на лодыжки, колени, бедра, живот и грудь, и Катя не стала его стряхивать. Она донесла до города, и город стал из песка.

Город, где земля всегда уходит из-под ног, где всегда все идет не так.

Поэтому когда Лиза взъерошила Катину копну и спросила: ну что, малая, уже представила своего Тимберлейка? — Катя поняла, что Лиза наконец-то придумала для Кати пару.

Увы, Катя могла представить только большого старшего из последнего отряда в лагере, куда родители ее отправили прошлым летом, будто смахнули хлебную крошку с обеденного стола. Он поймал Катю на прощальной дискотеке и прижал к себе так сильно, что Катя подавилась криком и задержала дыхание. Старший довольно лыбился, пока Катя не вцепилась зубами в его толстое плечо.

Катя надела мамины босоножки на тонком каблучке и стринги под короткую юбку. Леопардовую с вырезами по бокам. Лиза назначила встречу на пустыре, где ветер, пустые банки отвертки, пыльная щебенка вместо тротуара. А Катя терпеть не может открытые пустыри, на них она ежится даже в жару. Сопки другое дело, они обнимают.

Лиза сказала: пойдем. И Катя поцокала за ней по краю трассы к серой пятиэтажной сталинке, чьи открытые подъезды глотали солнечный день глубокими глотками, как пивас, — до дна. Рядом горбились разбитые лавочки. Катя сказала, что двор похож на декорации к кладбищу домашних животных. Но Лиза покачала головой, мол, малая, не гони, этот двор — настоящее место силы, где все задуманное сбывается, типа, такая кастанедовшина.

Минус сто очков Гриффиндору за знание, кто такой Кастанеда.

Катя пообещала себе, что, если не понравится Тимберлейку, будет тусить с Лизой, такой вот у Кати план. Они с Лизой его не обсуждали, но Кате казалось, что он был — в том, как они делили наушники, как бродили по недавно открывшемуся супермаркету мимо полок с чипсами, как смеялись над жирной кассиршей в дерибасском шмотье. Даша и Юля могут сколько угодно игнорить Катю, но Лиза будет с ней всегда.

Верно?

На точке их должны были ждать Аня и Тимберлейк, но, по факту, Аня и еще две старших. Аня Кате не нравилась. Когда Лизы не было рядом, Аня делала вид, что Кати не существует, а при Лизе хихикала над Катиными шутками как злая гиена.

Вся Аня была как палка, которую бросили, и никто не побежал. Поэтому ей капец как хотелось, чтобы кто-то бегал вокруг. Например, Катя: малая, сходи за пивом, у нас закончились сиги, сделай то, скажи се. При старших Аня совсем оборзела: о, малая, ты че, на панель собралась?

Катя вспомнила, как шла домой из бассейна, а на лавке у подъезда Димасик и Лешик глазели на Костю, пока тот чинил мотик, подбрасывая в воздух ничего не значащие замечания: давай поднажми! блин, надо было сильнее закрутить! а че движок, сколько разгоняет? Сами на стремных дырчиках[18] гоняли, поэтому на Костину лошадку липли как мухи на говно. Лешик увидел Катю и скорчил рожу: о, Катюха-лесбуха, тебя Кот слил, слышала?

Катя тогда еще подошла к сидящему на лавочке Лешику, нежно обхватила торчащие уши ладонями и с силой опустила его нос на свое колено. Хруст был слышен во всем дворе.

Кате хотелось проделать то же самое и с Аней, но Лиза бы не одобрила.

Лиза сказала: ша, малая, подожди, все будет.

И Кате вдруг мучительно захотелось ударить себя.

Нет, ничего такого. Катя не режет вены, она просто неуклюжая: то и дело бьется об углы и стены и иногда случайно задевает себя по лицу кулаком. Все началось с игры, которую придумала Юля, где биться об углы было одним из важных правил. Потом случился Костя. Поначалу тоже как игра — Катя нарочно прыгала на Юлю и задирала свою ночнушку, когда Костя был дома и подглядывал. Но игра означала притворство, никаких рук под майками и резинками трусов, и Костя нарушил это правило первым. Сначала Катя отбивалась от Кости, потом слалась и стала поддаваться. Он часто караулил ее на улице и в подъезде, зажимал по углам, лез огромными, как дождевые слизни, губами Кате в лицо. Катя била во все стороны кулаками и ногами, как перевернутая божья коровка, но попадала преимущественно по себе.

Теперь Катя попадает только по себе, когда что-то идет не так.

Тем временем Лиза выпила пива за себя и за Катю и стала уламывать Катю сесть к ней на колени, потому что на лавке уже не было места. Типа, как маленькую. Тимберлейк не шел, подружки Ани щелкали семки и стремно ухмылялись, Аня накаляла. Катя нервно поправляла юбку и впустую щелкала зажигалкой.

Каждый камень этой аллеи — Катины ступни и лодыжки; каждая облузганная семка — песчинка Катиного терпения. Катя лишний пассажир на этом маршруте, салон пуст, но для Кати здесь места нет.

Если Катя зажжет свою спичку, станет ли она вся пожар?

И тут Лиза заговорила про дерево. В темном-темном городе, на темной-темной улице… Лиза долбила химарь, и к ней пришел дух Красного Дерева с зажженным фонарем в длинных руках.

— Без хуйни, я его видела. Огромное красное, в руке фонарь. Да не у меня фонарь, дура, у дерева. Я побежала, оно за мной. Чуть не сдохла. Малая, а ты видела Красное Дерево?

— Ниче она не видела, — сказала Аня с лицом серым, как пепел в банке.

— Видела.

В том самом лагере, куда родители отправили Катю, не спросив ее, одна девочка упала в большой костер. Катя уверена: это потому что ей хотелось, чтобы кто-то упал. Потому что на прощальной дискотеке никто не подошел и не спас Катю от старшака. В Кате нарастала темнота и засасывала в себя все краски, как дементор, пока Катя не выпустила ее наружу длинными черными ветками, которые тут же загорелись. Вместе с косами девочки, которые отчаянно запылали в поднимающихся волнах жара. И стало светло. Крики и искры до самого неба.

Аня сказала:

— Малая, не пизди.

Лиза показала фак, старшая показала два фака, началась перепалка факами. Катя нащупала в сумке спичку и крепко сжала.

Напротив цвел куст рододендрона. Розовый — цвет Катиной китайской сумки. Красный — цвет дерева, которое