Искусственные связи - Натан Девер
«Да, я соглашаюсь на Миссию № 2, какой бы ни была цена». Жюльен решился. Раз уж тебе выпала вторая жизнь, то надо прожить ее с риском. Он быстро прочел уведомление об «Операции Каин» и поспешил навстречу приключениям. Петляя по аллеям Центрального парка, Мессион решил выбрать целью первого аватара, который ему встретится. Судьбе было угодно, чтобы его будущую жертву звали Goldenheart, – он окликнул ее по классике.
– Добрый вечер, как дела? – написал он по-английски через чат.
– Отлично, а у тебя? Я в Нью-Йорке в отпуске. Какой беспокойный город! Бизнесмены тусуются с бомжами, а ученые с убийцами! Я хочу пойти в зоопарк. Почему бы тебе не сходить со мной?
Жюльен английский знал так себе, однако достаточно, чтобы понять: у Goldenheart и правда золотое сердце. Он принял предложение. По пути в зоопарк повисло тягостное молчание. О чем разговаривать с незнакомкой, которую готовишься прирезать? У Мессиона не хватало фантазии. Он спросил Goldenheart, кем она работает. Промашка: аватарка тоже оказалась предпринимательницей, с состоянием в пять миллионов клиаголдов. Чтобы сменить тему, он спросил, что привело ее в Нью-Йорк. Час от часу не легче: она ищет любовь.
– И по каким критериям ты ищешь любовь? – спросил он на своем корявом английском.
– Красивая внешность для меня не важна. Я ищу парня с прекрасной душой.
В довершение всего Goldenheart была романтичной натурой. Мессион не находил себе места. Он попробовал сменить тему, но Goldenheart засыпала его комплиментами:
– Похоже, ты отличный парень с прекрасной душой…
Пока она рассыпалась в любезностях, Мессион все отчетливей чувствовал груз вины: почему надо было непременно наткнуться на такую участливую жертву? Он стал подумывать о том, чтобы выбрать кого-то другого. Но Антимир словно читал его мысли – внизу экрана высветилось предостережение: «Внимание! Goldenheart также согласилась на Миссию № 2. Если вы не убьете ее первым, этот античеловек убьет вас. Удачи и прощайте – на случай, если мы больше не увидимся…»
Прочтя уведомление, он выпрямился на стуле: начиналась смертельная схватка. Преступление стало вопросом выживания. Пока они покупали билеты в кассах зоопарка, Мессион ничем себя не выдал. Жюльен, со своей стороны, старательно анализировал ситуацию. Та, кто сидит за компьютером и управляет Goldenheart, наверняка получила такое же предостережение. Она знает, что он попытается ее прикончить, он – что она тоже знает, что он это знает, он – что она знает, что он знает: победа будет за тем, кто нападет на другого внезапнее.
– Милый, хочешь взглянуть на полярных медведей?
За ангельским лицом Goldenheart скрывала ту же мысль, что возникла и у него: бросить соперника в медвежье логово. Чтобы победить в дуэли, нужно было блефовать не хуже ее.
– Блестящая идея! – ответил Мессион на своем жалком английском. – Я всю жизнь мечтал посмотреть на этих чудесных животных!
Медвежий загон представлял собой отвесную скалу из искусственного камня. Имитация ледяных пейзажей окружала собой бассейн. Там, под восхищенными взглядами публики, барахтались три огромных зверя. Goldenheart, стоя за заграждением, отделявшим водоем от посетителей, смотрела на животных и восхищалась:
– Никогда не видела зверюшек милее!
Потом она захотела выразить Мессиону, как она счастлива посетить зоопарк вместе:
– Не знаю, как тебя благодарить, что согласился пойти со мной. Дай я тебя поцелую, любимый!
Внезапно обхватив Мессиона, она попыталась столкнуть его за перила. Но Жюльен оказался быстрее. Он тут же нажал на «q»: благодаря походам в спортзал, его аватар с легкостью схватил Goldenheart. С помощью стрелок он поднял ее над парапетом. Оставалось только нажать «x» и бросить ее в загон. Goldenheart в отчаянии бессильно отбивалась. Она знала, что секунды ее сочтены, и залпами слала ему истошные мольбы: «Пожалуйста!», «Мессион, я не могу поехать в отпуск, я провожу лето в метавселенной, не убивай меня, я то я все пропущу!», «Я все что хочешь для тебя сделаю, только остановись!».
В тот миг, когда он готовился отпустить ее по ту сторону ограды, она послала ему последнее отчаянное «No!!!!». Безучастный к ее мольбам, он сбросил ее в бассейн. Пока медведи раздирали ее на куски, счет Мессиона пополнился на пять миллионов клиаголдов, и на экране всплыло очередное уведомление: «Миссия выполнена, браво! Уверен, вы получили удовольствие». Выпив стакан воды, Жюльен перевел дух: он отстоял свою жизнь, но какой ценой?
Глава 8
Итак, Мессион стал смертным. Как следствие, в любую секунду его может укокошить другой игрок. Нет ничего проще: стоит только стрельнуть из револьвера или протаранить машиной, кинуть самодельную бомбу или ударить ножом, – и все не вставая из-за клавиатуры. Простое, дистанционное, как пульт, убийство. А итог – немедленное выдворение из Антимира, без предупреждений и вторых попыток. Словом, пережить то же, на что он обрек Goldenheart… Так вот подключаешься каждый день, занимаешься своими делами. И вдруг угодишь в ловушку, западню. Или какой-нибудь безжалостный психопат порешит тебя просто так. И вот тебя выкидывает посреди лета из единственного доступного досуга для не уехавших в отпуск. И плакали накопленные клиаголдики. Верх невезения: game over на фоне дерьмовой жизни.
Все последовавшие за «Операцией Каин» дни Мессион просидел взаперти, нарезая круги по своим покоям в отеле «Мандарин Ориентал», от кровати кинг-сайз до гостиной и выходящей на Бродвей террасы. Занятие это нисколько не радовало Жюльена: стоит ли запираться в однушке в Ренжи, чтобы твой анти-я занимался тем же самым в гостиничном номере, пускай и шикарном? Ему быстро наскучило. Иногда, после долгих колебаний, он выходил прогуляться до Колумбус-Серкл, но это было еще хуже. Мессион, постоянно настороже, жался к стенам, стараясь никак не пересекаться с прохожими. Через каждые десять шагов он оборачивался, проверяя, не идет ли кто за ним. Однако никакие предосторожности не в силах были его успокоить: опасность могла грозить отовсюду, приняв вид лихача – водителя автобуса, неосмотрительно выброшенного из окна пианино или оборотня в погонах вместо полицейского… Тогда он доходил до Трамп-тауэр и в приступе паники бежал назад.
Как-то вечером Генсбур наведался в гости в его покои. Певец был уже изрядно под мухой и особенно вдохновился опасениями друга.
– С чего вдруг такому бравому парню бояться смерти? – повторял он, петляя по комнате, как дикий зверь. – Для тебя у смерти должно быть детское лицо с прозрачными глазами. Она больше царапает, чем убивает. Вот что, думаешь, я сделал в
