Желанная страна - Харпер Ли
– Попрощайся с Матрид, – сказал папа. – И пригласи ее к нам в гости.
Я взглянула на Матрид. Она прятала лицо в подушку.
– Приходи ко мне в гости, – сказала я. – Извини, что я отрезала твои волосы.
Всю дорогу домой папа хранил молчание. Он шагал, глядя прямо перед собой, не говоря ни слова, – явный сигнал, что я что-то сделала не так.
Наконец он шумно прочистил горло и сплюнул на тротуар, после чего кашлянул еще раз.
– На самом деле ты виновата, малыш. Тебе не следовало это делать.
– Да, папа, пожалуй, – ответила я, ощущая зияющую пустоту в желудке. – Мне придется просить прощения перед Матрид в церкви?
Папа взял мою ладонь, и мы некоторое время шли, держась за руки. Он долго не отвечал. В ожидании ответа я выдыхала пар в холодный воздух, делая вид, что курю.
– Джин-Луи, – наконец произнес он, – когда ты вырастешь и поступишь на факультет юриспруденции, ты узнаешь, что для определения того, какая из сторон пострадала больше другой, требуется взвесить улики.
Он посмотрел на меня сверху вниз.
– Понимаешь, о чем я?
– Конечно, – ответила я, хотя на самом деле не понимала. Впрочем, тон отца говорил, что мне нечего бояться.
– В этой ситуации, – медленно продолжал он, – вопрос стоит так: кто больше заслуживает упрека – ты или отец Матрид? Ты меня понимаешь?
Я кивнула со всей уверенностью, на какую была способна.
Мы подошли ко входной двери нашего дома, и пока папа открывал ее, я спросила:
– Ты уверен, что мне не нужно будет вставать в церкви и извиняться перед Матрид?
– Нет. Мистер Тейтум не станет тебя вызывать. – Покачав головой, папа распахнул дверь и улыбнулся. – Однако давай пойдем в церковь в следующее воскресенье и послушаем, что он скажет.
Целая комната собачьего корма
Моей подруге Саре Митчелл нынче тяжело мириться с собой. И неудивительно – после того, что она сделала. Она перебрала все оправдания на свете и, пока искала нового психиатра, довела прежнего до изнеможения. Это я посоветовала Саре обратиться к психиатру, понадеявшись, что отвечать на звонки Сары день и ночь придется ему, а не мне. Намедни я поболтала с врачом Сары – ее психиатр, кстати, не мужчина, а пожилая дама, – и та объяснила причину такого поведения моей подруги, но я все равно не поверила. Бедная старушка пожаловалась, что она чертовски устала выслушивать рассказы Сары в три часа ночи о том, как кто-то барабанил в дверь ее квартиры, – по-человечески вполне понятная жалоба, особенно если учесть, от кого она исходила.
Сара, несомненно, была с приветом еще до этого инцидента. Я знала ее много лет, мы вместе учились в университете, и она уже тогда представляла собой диковинное явление – умудрялась с двух бокалов напиться в хлам, рухнуть в беспамятстве на пол, и ничто, даже угрозы исключения, не могло заставить ее подняться. Я не единожды ложилась в кровать Сары, чтобы прикрыть ее отсутствие, когда заведующая женским общежитием приходила посчитать по головам, кто на месте, а кто нет, в то время как моя подруга лежала в отключке у кого-нибудь на квартире. На следующий день она ничего не помнила.
Вдобавок ко всему прочему она самозабвенно сквернословила. Я никогда не встречала человека, столь тонко владеющего языком, как Сара Митчелл, и настолько же бесцеремонно им пользующегося. Деканы, ухажеры, официантки, почтальоны – все, кто попадался Саре под руку, становились мишенью для потока ругательств. Из-за этой привычки ее взял на карандаш декан женского факультета, учащиеся которого ждали, когда наконец появится подходящий предлог для исключения Сары. Со временем так и вышло – ее исключили за бутылку пива. На первый взгляд, не Бог весть какое прегрешение, однако я веду речь об Алабамском университете. Местным юным дамам в течение четырех лет не полагалось пахнуть ничем, кроме «Шанель №5» и «Лавориса»[19].
Как бы то ни было, Сара покинула университет, когда над ней сгустились грозовые тучи. Ее подозревали в обмане, воровстве, ночных визитах в аудиторию Каллоуэй, распущенности и непочтительном отношении к декану женского факультета. Однако доказали только наличие бутылки пива в руках. Разумеется, Саре необязательно было дефилировать с ней по университетской аллее, поступок был легкомысленный, и его хватило, чтобы выставить Сару из университета.
В бешенстве укладывая вещи, она больше всего негодовала, что подлизе Джорджин Фэрклот после того, как ее застукали совершенной голой в гребной лодке на Блэк-Уорриор-ривер, дали всего лишь запрет на полтора месяца покидать кампус, а ее, Сару Митчелл, исключили якобы лишь потому, что у ее отца, в отличие от папочки Джорджин, не было денег. Кроме того, Джорджин состояла в «бета ню». Любая студентка, хотя бы пообещавшая вступить в «бета ню», получала в университете огромные поблажки, ведь этот женский клуб был основан сестрой супруги Джефферсона Дэвиса[20]. Стоило Саре открыть рот, как члены «бета ню» налетали и выкидывали ее вон, словно обжигающий руки кирпич, но если она и обижалась, то не подавала виду. Таким образом она стала самой независимой среди независимых студенток университета.
На втором курсе Сара тайком вышла замуж, что было хуже пьянства, затем развелась, что было хуже выхода замуж. Мужем оказался парень из Бирмингема с большими странностями, ставивший себя выше всех остальных, но главное – выше Сары. Отец Сары помог ей отделаться от брака, так и не признавшись, в какую сумму это ему обошлось. Мистер Митчелл был богат, но даже пять долларов считал большими деньгами, потому что в далеком прошлом познал нужду. Мамочка Сары представляла собой кошмар высшей пробы. Она была из тех, кто ржет во все горло, издавая в конце икающие звуки, напоминающие крик осла, что в некоторых районах штата сходило за воспитанность. Миссис Митчелл, даже не открывая рта, умудрялась дать понять, что все, что ее окружает, включая время суток, неприлично. Она давным-давно в душе признала, что Сара – ее позор и расплата за отдельные акты неприличия со стороны мужа, и относилась к дочери соответственно.
Неудивительно, что Сара уехала в Нью-Йорк, как только закончила школу. Родители в любом случае не потерпели бы ее в своем доме. Они слишком упивались мученичеством, чтобы позволить дочери разрушить этот образ. Люди в родном городке
