Полонное солнце - Елена Дукальская

– Нет, мы ехали довольно далеко, я не прислушивался.

– А я слыхал.

– Как ты ухитрился? Мы все время разговаривали, и ты отвечал мне.

Веслав улыбнулся:

– Парень, вспоминая нашу драку на палках, признался, что рад был, когда твоя тётка нас отвлекла, не дав ему победить. Иначе я отомстил бы ему.

– Ну и что с того? – Горан тоже подобрал камушек, взвесил его на ладони и бросил в сторону моря.

– Это не дело, друг мой.

– Почему? Ты сам сказал, что он ещё не принял тебя. Его страх оправдан. Он не знает, чего ждать еще от твоей власти.

– Пойми, желание победы должно перевешивать страх перед возможным плохим исходом. Будь то наказание или даже смерть.

Горан усмехнулся:

– Что-то мне подсказывает, друг, что как раз смерти он боится гораздо меньше. Этул знатно напугал его тобой, насколько я знаю. Этот олух сам тебя боится и весь ужас свой парню с лихвой передал. А ты своею палкой в злодействе своем расписался.

– Палкой получилось не со зла. Клянусь тебе. Руку удержал с трудом, твоя тетушка нас отвлекла в самый разгар боя.

– Бьюсь об заклад, мальчишка так не считает. Думает, что ты проучил его за победу.

– Вернее всего. Он уже извинялся за это. И сторонится меня теперь.

Горан покачал головой, оглядел край моря, потянулся и сказал:

– Думаю, стоит окончить разговоры об этих молокососах. Больно много чести, что мы о них с тобой болтаем. Как вы там у себя говорите – "Не одного поля ягоды". Тем более, мясо, судя по запаху, уже готово.

Они еще некоторое время сидели, глядя как солнце медленно приближается к кромке моря, пили вино и перебрасывались ничего не значащими фразами, потом Тамир расстелил цветастую скатерть на песке, накрыл на стол и пригласил хозяев к трапезе.

*

Юн, хорошо понимал, что хозяйская еда им не положена. Потому отошёл к воде, осторожно присел на нагретые за день песок и камни и стал смотреть на воду, стараясь не шевелиться. Спина отзывалась болью на каждое движение, но он не хотел показывать вида и сердить хозяина лишний раз. То, что поведал ему Тамир, вполне могло иметь место, но от этого становилось только хуже. Ежели господин Веслав ратник суровый, то, скорее всего, ему нужен слуга, способный не только заниматься оружием, но и сделаться кем-то вроде охранителя, боевого товарища, чтоб не ударили со спины. Но это плохо. Юн и правда никогда не был знаком с мечом, он даже наточить его не сумеет. Господин Линь учил их использовать лишь кинжал, показывал, как нападать и обороняться во время ближнего боя, называя это последней борьбою за жизнь. И требовал не допускать до себя противника так, чтобы пришлось использовать подобное оружие. Это Юн запомнил хорошо. Изучали они и стрельбу из лука, что более всего его увлекало! Стрелял он метко и быстро и в мишень попадал издалека. Иногда китаец завязывал ему глаза и показывал, как стрелять на звук, не целясь, ощущая лишь слабый ток воздуха и по нему внутренним взором прокладывая путь стрелы. Мучил его этим долго, пока мальчишка не освоил всего. Один единственный из всех учеников Юн попадал в цель в полной темноте.

Рассказывать ли обо всем этом новому хозяину? Наверняка тот захочет узнать и о других его умениях. Вон в битве с палками его проверить успел же. Не утерпел.

Из раздумий Юна вывел голос Тамира. Перед носом появилась глиняная миска с дымящимся мясом и куском свежего хлеба. Желудок тут же скрутило от голода.

– Ешь! – Его новый приятель присел рядом и подхватил немного мяса с тарелки, снимая пробу.

– Тамир, не надо. – Юн опасливо оглянулся. – Хозяин гневаться будет.

– С чего бы? Не будет, это он и приказал.

– Тамир, мясо – для хозяев. Мы не должны к нему прикасаться. Дай мне кусок лепешки и зелень. И будет с меня.

– Ешь, говорю! – Глаза повара сверкнули. – Твой хозяин приказал дать тебе нормальную еду, я делаю. Здесь немного, господин Веслав потребовал, чтоб чуток всего. Ты недавно голодал. У тебя живот вон к хребту прилип. Нутро пустое. Худо станет, и кишки с непривычки завернутся.

Юн осторожно взял миску. У Линя он привык есть в основном рис, овощи или лапшу. Рыба или мясо полагались только учителю, но он предпочитал питаться тем же, что и его ученики, ничем себя не выделяя. Здесь, похоже будет то же самое. Только наизворот. Господин Веслав тоже ничем не отделял себя от остальных. Юн отломил кусок мягкой лепешки и съел его. Стало немного легче. Ему протянули также флягу с водой.

Юн оглянулся на господина Веслава. Тот разговаривал о чем-то с Гораном, ел мясо и улыбался. Юноша замер. Хозяин улыбался весело и беззаботно, как самый обычный человек, иногда похлопывал друга по плечу, утыкался ему в плечо лбом, смеялся чему-то. О чем они говорили, интересно? Господин Горан тоже хохотал, как мальчишка, пил вино и говорил-говорил. Они вели себя, как самые обычные люди. Юн засмотрелся на них, и вдруг уткнулся взглядом в глаза хозяина. Тот перестал улыбаться и недоуменно посмотрел на него, а потом показал глазами на миску в его руках и вопросительно поднял брови, удивляясь тому, что он не ест.

Юн кивнул и принялся за еду. Тамир весело смотрел на него, а потом слегка ткнул его кулаком в плечо и одобрительно кивнул.

Сидели на берегу довольно долго. Уже стемнело, костер погас, они зажгли факел и начали собираться назад. Тамир ловко увязал мешок с остатками еды, ополоснул небольшие, в ярких узорах, глиняные миски. Юн помогал ему, удивляясь, как быстро тот все делает.

Веслав следил за ними, а после повернулся к Горану:

– Почему ты взял с собою лишь своего повара?

– Потому что с ним мы не рискуем быть отравленными. – Пояснил тот, садясь на лошадь.

– Ты так в нем уверен?

– Как в самом себе. Парень честный и неподкупный, это проверено. Таких мало, я это ценю.

– А зачем тогда пугал его, когда добирались сюда?

Горан усмехнулся:

– Чтоб не забывался. У него норов огненный, надо держать в узде.

– Похоже, эти два остолопа и впрямь сдружились, гляди, все наговориться не могут.

– Ну и славно, потому что я собираюсь взять Тамира с собой.

– Что? – Веслав поперхнулся. – Горан, ты хочешь, чтобы я вернулся домой с отрядом ратным? Что я князю скажу? Лошадь потерял, зато притащил с собой