Полонное солнце - Елена Дукальская
А после явился новый хозяин, и Юна вынули, наконец, из ямы, сняв кандалы и веревки. И даже позволили есть нормальную пищу, от какой он уже отвык. Рабов в поместье на виноградниках, куда они перебрались так внезапно, тоже было довольно много. А само поместье напоминало собою крепость с военным гарнизоном. Лишь без высоких стен. Дисциплина казалась железной. Горану и Веславу все подчинялись одинаково беспрекословно, опасаясь пойти поперек и сделать что-нибудь не так. Проступки разбирались, но ежедневных наказаний у позорного столба, какой установлен был чуть в стороне от дома, никто не устраивал. Столб стоял без дела. И даже покосился от ветра. Сейчас Юн слушал, как слуги, негромко переговариваясь меж собой, занимаются его починкой. И вдруг с тоскою решил, что это делается как раз из-за него. Сердце застучало громко, поднимаясь вверх и застревая где-то в горле. Он положил ладони на стену и прислушался, надеясь хоть что-нибудь понять из их разговора. Послышался голос госпожи Калерии. Она что-то спросила, ей робко ответили. Хозяйку тоже побаивались. Один её хриплый, будто надломленный голос, вселял в слуг тревогу. Говорила она резко, позволяла себе остро шутить, могла выругаться, часто по-мужски грубо, но была одновременно женщиной до мозга костей. Юну она очень понравилась.
Солнце поднялось ещё выше и висело теперь в зените. Его лучи пробрались в подвал и теперь шарили по стенам, будто в поисках пленника. За окном двигались тени. Юн, задрав голову, продолжал разглядывать окно, понимая, что никуда не сбежит. Он дал слово хозяину, и намерен его сдержать. Даже в ущерб себе.
Окно что-то загородило. Ноги в старых сандалиях показались в проёме. Человек присел на корточки, полы его длинной рубахи опустились на землю. Юн замер.
– Эй, парень, ты здесь что ли? Ещё не сдох от жары? – Голос говорившего хрипел, будто у него болело горло.
– Чего тебе надо? Ты кто? – Юн привстал на цыпочки, стараясь разглядеть того, кто говорил с ним.
– Принес тебе питье по приказу твоего хозяина. Гляди, какой он у тебя заботливый! И нежадный. Воды для тебя не пожалел.
За окном хрипло рассмеялись.
Юн прижался к стене, задрав голову. Сквозь прутья просунулась рука, держащая глиняную кружку. Пальцы прикрывали длинные, широкие, грязные рукава, какие едва не падали в воду. Сама рука слегка подрагивала, будто от усилий.
Юн присел, подпрыгнул на месте и легко уцепился руками за прутья решетки. После отпустив одну руку, дотянулся до кружки, взял ее и спрыгнул ловко вниз, не расплескав ни капли. Кружка оказалась холодной, с непросохшей испариной по бокам.
– Спаси тебя Бог, незнакомец! – Он попытался разглядеть лицо своего гостя, но тот быстро поднялся, будто его что-то отвлекло.
– Не стоит благодарности! – Произнес тот насмешливо. – Пей на здоровье!И быстро ушел.
Солнце вновь заглянуло в окно, и его лучи попали на воду, образуя блики.
Юн нахмурился. И тоже поглядел в кружку. Прозрачная поверхность воды едва дрожала. И казалась ему чистой, свежей, и удивительно вкусной. В общем, что-то явно было не так.
*
Едва дверь подвала открылась, и они вошли, как Веслав увидел, что мальчишка держит в руках неизвестно откуда взявшуюся кружку. Юн смотрел на нее странным мертвым взглядом, и Веслав с ужасом подумал, что парень успел уже отпить из неё. Горан и Гато замерли на пороге, когда Веслав шагнул вперёд, замахиваясь. Юн испуганно вскрикнул. Быстро вскинув руку, он попытался защититься, но сильный удар ловко выбил кружку у него из ладони, и она отлетела в стену, разбиваясь на мелкие черепки. По желтоватой неровной поверхности побежали водяные струи, стекая на пол. Юн прижал ушибленную руку к себе, и отшатнулся, глядя на хозяина в немом ужасе.
– Кто велел тебе пить воду? Кто её принёс тебе?! Отвечай мне! Живо! – Веслав сгреб его за рубаху и притянул ближе к себе, вглядываясь в лицо его со всем вниманием. Он искал признаки отравления. Но глаза парня были ясны сейчас, и не казались остекленевшими, как у той же Сторожки недавно. Губы были сухи и потрескались, стало быть, воды выпить он не успел. И то слава богу! Вовремя они явились. Юн приподнялся на цыпочки, чуть отстранившись и моргая огромными от ужаса глазами:
– Я не разглядел этого человека, господин Веслав. Оконце слишком мало. Я видел только его руки и ноги. И все.
– Как ты осмелился взять у него кружку? – Веслав встряхнул мальчишку, чтоб тот не терял нить рассказа. Парень был такой легкий и худой, что его кости, казалось, гремят при каждом резком движении.
– Он сказал, что это ты, господин, велел передать мне воду.
– Я? Да как ты смеешь лгать мне сейчас?
– Я не лгу!!! – Юн дернулся было назад, но Веслав держал его крепко, не отпуская. От него исходил сильный лошадиный дух сейчас, да и сам он был похож на норовистого коня, закусившего удила и топающего в раздражении ногами. Его глаза напоминали морские волны. Суровая зелень плескалась в них, будто выходя за края. Юн не мог оторвать от этих холодных злых глаз свой взгляд. Он даже не сопротивлялся. Руки и ноги словно бы перестали ему подчиняться. Как этому человеку удавалось так действовать на него?
– Что? Ты? Сказал? Только что?
– Этот человек принёс воду от тебя, господин. Таковы были его слова. Правда я не поверил. – Юн попытался ослабить хватку Веслава. Ворот рубахи уже готов был его удушить. Едва его ладонь случайно дотронулась до руки хозяина, как последовал жёсткий приказ:
– Не смей до меня докасаться!!!
Руки парня покорно упали вдоль тела.
– Ты думаешь, Веслав, это был отравитель? – Горан подошёл ближе. Гато стоял у него за спиной, опустив голову.
– Я просто уверен в этом! Я не приказывал приносить воду мальчишке. Ты тому свидетель!
Юн уставился на Веслава в недоумении. Неужто и его хотели отравить? Ну и зачем? Кому он такой сдался? Он же не любимая лошадь хозяина?
То же самое, только вслух, неосторожно произнёс Гато. И лучше бы он этого не делал.
– А с тобой, мерзавец, у меня будет особый разговор! – Повернулся к нему Веслав, медленно вытащив из поясной сумки тяжёлый мешочек с деньгами и сунув его в самый нос надсмотрщика:
– Как ты разумеешь, где я сумел отыскать это? Оно без пригляду валялось на песке по дороге к дому! Сказать тебе, кто мог уронить его?
Гато вытаращил глаза, а Веслав продолжал наступать на него, оттолкнув Юна в сторону и даже не заметив
