Три раны - Палома Санчес-Гарника
Артуро как раз собирался раскурить очередную сигарету из своего запаса, когда в комнату вошел Драко.
– Есть новости?
Драко поднял брови и покачал головой. Затем протянул Артуро бумажку с записанными на ней именами.
– Я же сказал, что дела обстоят паршиво. Я сделал несколько звонков, позвонил даже Рамиро из «Федерации анархистов Иберии», которому ты помогал с увольнением.
– Я помню, кто это.
– Все говорят одно и то же: общих списков задержанных нет, а те, у кого они есть, не хотят сообщать, значатся они в этих списках или нет. Сходи к Рамиро, он сейчас в конфискованном доме на улице Принсеса, вот адрес. Может, у тебя получится вытащить из него какую-то информацию, мне кажется, что он знает больше, чем говорит. Извини, но это все, что я смог сделать.
Артуро посмотрел на бумажку. Под тремя именами неровным детским почерком был записан адрес. Он встал и устало оперся рукой о стол.
– Спасибо, Драко.
– Будь осторожен, Артуро. Ты играешь с огнем ради этих людей.
– Мы все, включая тебя и меня, можем оказаться точно в таком же положении, если не будем ничего делать, чтобы остановить все это. Они действуют не по закону.
– Тот закон, которому тебя учили в университете, умер, Артуро, – Драко криво улыбнулся, словно прощаясь навсегда. – Ты знаешь, что я тебя ценю. Будь очень осторожен.
– Буду. Если я вам понадоблюсь, звони в пансион. Если меня не будет на месте, попроси передать сообщение. – Драко устало кивнул. На изнуренном лице застыла странная гримаса, словно на него давили собственные мысли. Не глядя друг другу в глаза, они распрощались. Спускаясь по лестнице, Артуро весь взмок и, выйдя на улицу, с облегчением вздохнул, невзирая на жару. Посмотрев на бумажку, он решил сесть на трамвай и поехать к Рамиро. Вряд ли что-то случится, если он просто задаст вопрос, по крайней мере, Артуро хотелось в это верить. И все же внутри у него незаметно, мало-помалу начал разрастаться страх перед невидимой и в то же время смертоносной тенью, накрывшей всех, вне зависимости от положения и статуса. Любой мог оказаться на мушке у мстительного подонка или просто слабого человека, ослепленного неодолимой притягательностью бесконтрольного насилия.
Глава 6
Сойдя с трамвая, Тереса направилась к дому. На углу Хенераль-Мартинес-Кампос она столкнулась со своими братьями-близнецами. Ее удивило, что у каждого из них в руках было по дорожной сумке.
– Куда это вы так торопитесь? Какие-нибудь новости от Марио?
– Нет, пока ничего, – ответил Карлос.
– А ты куда ходила? – высокомерно спросил ее Хуан.
Тереса ответила ему уничижительным взглядом.
– Я первая спросила, куда вы идете. В центре очень неспокойно. Вам бы лучше не выходить из дома.
Близнецы переглянулись краем глаза, и Тереса заметила, как Хуан мотнул головой, подавая знак Карлосу. Тогда она сложила руки на груди, пытаясь надавить авторитетом на двух молокососов, задумавших играть с ней во взрослых.
– Так, мама в курсе, что вы не дома?
Хуан с вызовом посмотрел на нее.
– Есть вещи, которые касаются только мужчин!
– Да что ты! И что же это за такие вещи, которые касаются только мужчин?
– Тебе не понять, вы, женщины, существа недалекие!
Тереса подняла брови, не зная, рассмеяться ли ему в лицо или продолжать сохранять спокойствие, чтобы не раззадорить его еще больше.
– Зато ты все понимаешь.
– Мы собираемся присоединиться к националистам, – вмешался Карлос, стараясь, чтобы его слова звучали твердо. Он был мягче и слабее Хуана.
– Вот ты баран! – презрительно процедил Хуан, сильно толкнув его локтем в бок.
– Можно узнать, кто вдолбил вам в головы этот бред? Это не игрушки. Я только что видела, как двух мужчин застрелили только за то, что у них в чемодане оказались Библия и сутана.
– Ты и правда ни черта не понимаешь, – бросил ей Хуан. – Шайка синдикалистов и анархистов взяла правосудие в свои руки, а ты хочешь, чтобы мы, как трусы, прятались дома взаперти.
– Они только что взяли казармы Монтанья, мятеж почти провалился. Вы собираетесь присоединиться к обреченным.
– Это ложь! Ты совсем как мама, ничего не знаешь и ничего не понимаешь!
– А ты еще молокосос…
И тут Хуан влепил сестре звонкую пощечину.
Оглушенная и униженная Тереса прижала ладонь к щеке, с трудом сдерживаясь, чтобы не схватить брата за ухо и не оттащить его к матери.
– Смирись уже, – продолжил Хуан разгоряченно, не отвлекаясь на ошарашенного брата. – Когда мужчины дерутся, женщине нужно сидеть дома, – он подтолкнул брата. – Пошли, Карлос, нам незачем отчитываться перед человеком, у которого мозгов меньше, чем у комара.
– Папа в курсе, – пробормотал Карлос. – Он согласился, чтобы мы присоединились к восставшим.
Тереса, не отрывая ладони от щеки, смотрела им вслед. Ей было ясно, что именно Хуан подбил брата на эту авантюру, наверняка не погнушавшись никакими средствами, включая оскорбления и унижения. Карлитос всегда был готов следовать за братом хоть на край света. Это сумасшествие нужно было остановить любой ценой. Она бегом взлетела по лестнице и позвонила в дверь. Ей открыла Хоакина, и Тереса тут же спросила у нее про отца.
