Полонное солнце - Елена Дукальская

– Красиво! Будто дорога по небу проходит. А на ней огни! Нас бывший мой хозяин, господин Линь учил, что звезды не только для красоты, но и для пользы дела дадены. Они на жизнь человеческую влияют, путь указуют. Надо только знать, куда смотреть. И как.

– И что ты там увидеть хотел? Да ещё посередь тьмы ночной? – Веслав заинтересовался. Мальчишка был забавный и мыслил интересно.

Тот молчал, понурив голову.

– Ну? Отвечай, чего смолк! Какую нить путеводную в звездах-то искал?!

– Судьбу…

– Чего?

– Судьбу свою увидеть хотел. – Голос парня упал до шёпота, а китайская мелодика проступила явственней, будто ему было легче опираться лишь на нее.

Веслава словно что-то толкнуло сейчас. Стало жарко. Парень оказался искренним до предела, он ничего не скрывал сейчас.

– Много ты в этом понимаешь! – Рявкнул Веслав, чтобы скрыть жалость, что сейчас здорово мешала, ослабляя его.

– Спать ступай! И гляди, вдругорядь светильник не урони, негоже хозяевам урон в доме чинить!

Юн уселся на свою кровать. Он обиженно сопел, будто собираясь что-то сказать, но не решался. Веслав вызвался помочь:

– Чего мнешься? Говори уже!

– Я не убегу от тебя, господин Веслав. Верь мне. Никогда. Что бы ни случилось.

– Ой ли? Не зарекайся, парень. Я человек суровый, злой, огнем вспыхнуть могу. Со мною ох как непросто тебе будет!

– Все равно. Я свое слово сказал и более его не переменю. Я не из беглецов. И, ежели, когда мне уйти придётся, то не по своей воле, поверь.

Веслав кивнул, принимая его слова на веру. Сказано было достойно. И хоть во тьме казалось, что беседу ведет китаец, сносно затвердивший русский язык и говорящий бегло, но со спотыканьями, он мальчишке поверил. Тот не походил на лжеца. Это Веслав понял сразу. И его подобное открытие подкупило.

– Спи уже, болтун-самородок. До рассвета недолго осталось. Будешь завтра носом клевать, кренделей от меня получишь, понял?

– Понял. – Судя по голосу парень уже уткнулся в подушку.

– Завтрева к утру поесть нам собери. Это твоё дело теперь, покуда новое тебе не найду. Уразумел?

Но в этот раз ответом Веславу была лишь тишина. Мальчишка заснул.

Ночной ветер продолжал играть тяжелыми занавесями окон. Поскрипывали ставни. Солёный морской дух был разлит, казалось, везде и походил на запах какого-то травяного снадобья, которым славно не только лечить раны, но и просто вдыхать его. Шума моря из-за дальности расстояния слышно не было, но его близость чувствовалась во всем. Веслав вытянулся в постели. Она была чуть влажной и огромной, и это его жутко раздражало. Он не терпел слишком большие кровати, спать в них было ему неуютно. Надо будет попросить Горана переселить их в другую комнату, поменьше и с меньшей постелей, иначе Веслав не выдержит.

Он закрыл глаза, и тут же увидел себя на берегу. Чайки летали над морем, как безумные, оглашая все вокруг истерическими криками. Спиной к нему и лицом к воде сидел Юн, обхватив колена руками. Его светлые волосы были вновь очень длинными и странными, похожими на диковинные жгуты, перевязанные цветастой лентой.

Он напряжённо о чем-то думал, бросая в воду камушки.

Тощую шею свою он обмотал темным платком с узорами, спасаясь от ветра.

Веслав подошёл к парню со спины, положил руку на его плечо и спросил:

– Как ты сегодня?

– Со мной все хорошо.

– Не обманывай меня!

– Я никогда не лгу, ты же знаешь.

Веслав потрепал его по голове, ощущая пальцами, какие жёсткие у него волосы. Мальчишка усмехнулся.

*

Сну что-то мешало. Ему показалось, что над ухом жужжит комар. Он досадливо отмахнулся от него, продолжая спать. Но комар не унимался. Наизворот, зудение его становилось с каждым мгновением все громче. Пришлось открыть глаза, чтобы найти его и прихлопнуть уже, наконец. Едва он проснулся, ясно стало, что спать не позволяла не противная мошка, а вопли Горана, доносящиеся из соседних покоев. Друг орал страшно, не стесняясь в выражениях. Ему вторил голос Гато, который и казался тем самым противным комариным писком сейчас. Но что самое поразительное, к ним примешивался и голос Юна, в котором сейчас звучал гнев пополам с отчаянием. Веслава ветром волнения мигом снесло с кровати. Он накинул рубаху, сунул ноги в сапоги, схватил свой ременной пояс и, застегивая его на ходу, бросился на шум.

Тяжелые двери в комнаты Горана были распахнуты. Веслав заметил Калерию, которой красный от гнева Горан не давал сказать и слова, Гато, что сочетал в выражении своего лица смесь торжества и возмущения, нескольких домашних рабов, что прислуживали в комнатах, и Юна, на которого сейчас наступала вся эта масса разгневанных людей. Жилистая рука Гато прижимала его за шею к стене, и мальчишка уже сверкал в отчаянии глазами, с чем-то одновременно громко не соглашаясь. Одна щека у него, очевидно стараниями надсмотрщика, была красной. Ор стоял страшный. Веслав возник на пороге именно тогда, когда Гато вновь замахнулся отвесить парню оплеуху. В одно мгновение его ладонь была перехвачена более мощной рукой Веслава, какая сжала ее с такой силой, словно готовясь поломать:

– По какому случаю веселье, а меня не звали?! – Рявкнул Веслав, вспыхивая, будто огонь от ветра, в мгновение ока, и обводя всех убийственным взглядом.

– У Гато пропал кошель с монетами, что я давал ему вчера. Этот олух клянется, что не терял его, а там была довольно крупная сумма, и все монеты золотом! Что прикажешь мне делать в таком случае?! – Горан гневался не на шутку, тяжело дыша.

– А причём тут мой слуга, скажи на милость?! – Веслав легко оттолкнул надсмотрщика в сторону, будто тот был невесомой былинкой, а не здоровяком огромного роста. И шагнул вперед.

– Это мальчишка украл деньги! Я уверен, господин Веслав! – Гато со злобой уставился на Юна, до которого не мог теперь дотянуться руками. Мешала мощная фигура русича, горою высящаяся прямо перед ним.

– Я ничего не крал! Господин Веслав, Гато лжет! Мне не нужны твои деньги, Гато, я даже прикоснуться бы к ним побрезговал!

– Что ты сказал, мерзавец?! – Гато вновь поднял кулак, собираясь обойти Веслава вокруг. Юн пригнул голову, отстраняясь, а Веслав повернулся к Горану:

– С чего решили, что слуга мой воровством грешен? Кто его застал за этим?

Тот уже открыл, было, рот, чтобы что-то сказать, но племянника перебила Калерия, тоже получив, наконец, возможность говорить:

– Никто ничего не видел, Веслав! Поверь мне! Мой племянник потребовал у Гато свой кошель назад, а его нигде не оказалось. Принялись искать и