Доспехи света - Кен Фоллетт
— Лучше бы так и было, — ответила Кейт. — Она за него немало заплатит.
— Поверь мне, — сказал Спейд. — Я знаю, что нравится женщинам.
Кейт презрительно хмыкнула, и Спейд рассмеялся.
Сама Кейт была вся в кружевах: кружевной шарф на плечах, длинные кружевные оборки на рукавах и кружевная верхняя юбка. У нее было милое личико, и кружево ей шло, но настоящая причина была в том, что она вложилась в большую партию и теперь демонстрировала ее покупательницам.
Лавка занимала первый этаж дома на Хай-стрит, где прошло их с Кейт детство. Кейт жила там со своей партнершей, Ребеккой. На втором этаже были спальни, которые могли использоваться как примерочные для клиенток. Еще выше располагались комнаты Кейт и Ребекки, а кухня была в подвале.
Пока Спейд любовался пальто миссис Латимер, сверху спустился его шурин в новенькой форме ополченца. Кейт обычно не шила мужскую одежду, но Фредди Кейнс был младшим братом покойной жены Спейда. Фредди было восемнадцать, его только что призвали в ополчение, и Кейт сшила ему форму в виде особого одолжения.
— Ну, — сказала Кейт, — вид у тебя просто великолепный!
Так и было, и ухмылка на его лице говорила, что он это знает.
— Ты будешь единственным новобранцем во всем ополчении Ширинга в форме, сшитой на заказ, — сказал Спейд. Офицерам шили форму на заказ, но рядовые носили дешевую готовую.
— Можно я в ней останусь? — спросил Фредди. — Хочу покрасоваться.
— Конечно, — сказала Кейт.
— Я вернусь за своей старой одеждой, она наверху.
Как только Фредди ушел, в дверь с улицы вошла миссис Латимер, кончик носа у нее покраснел от холода. Спейд поклонился, а Кейт сделала реверанс: жена епископа заслуживала уважения.
Но Арабелла Латимер всегда была проста и дружелюбна. Она тут же увидела на столе новое пальто.
— Это оно? — спросила она. — Какая прелесть.
Она провела по ткани обеими руками, сжимая ее, явно наслаждаясь ощущением. «Чувственная женщина, — подумал Спейд, — и впустую пропадает с этим толстым епископом».
— Примерьте, — сказала Кейт. — Снимайте плащ.
Миссис Латимер все еще была в траурной одежде. Спейд встал у нее за спиной.
— Позвольте помочь.
Он заметил, что ее волосы приятно пахнут. Она пользовалась душистой помадой для своих рыжеватых локонов.
Она сбросила плащ, и Спейд повесил его на крючок. Под плащом на ней было ошеломляюще элегантное шелковое платье черно-коричневого цвета, как обожженное дерево. Миссис Латимер определенно знала, какая одежда ей идёт.
Кейт взяла новое пальто и помогла ей его надеть.
Спейд пристально смотрел, сосредоточившись скорее на ней, чем на пальто. Ее волосы были поэмой разных оттенков: крепкого чая, осеннего листа, имбиря и соломенного блонда. Пальто идеально их оттеняло.
Она застегнула пуговицы.
— Немного тесновато, — сказала она.
Кейт открыла дверь в мастерскую.
— Бекка, дорогая, посмотри, пожалуйста.
Ее партнерша, Ребекка, вошла из задней комнаты с подушечкой для булавок и наперстком. Она была полной противоположностью Кейт — с простой внешностью и в простом платье, волосы туго заколоты, рукава засучены. Она сделала реверанс миссис Латимер, а затем обошла ее кругом, критически осматривая пальто.
— Хм, — произнесла она. Затем, словно вспомнив о долге вежливости, добавила: — Выглядит чудесно.
— И правда, — сказала Кейт.
— В груди тесновато, — сказала Бекка. Она достала из рукава мелок и сделала на пальто отметку. — На дюйм, — добавила она. Обойдя миссис Латимер сзади, она провела руками по бокам пальто. — В талии тоже. — Она сделала еще одну отметку. — Плечи сидят идеально. — Она отступила на шаг. — Подол пальто красиво ниспадает. Все остальное — превосходно.
Миссис Латимер посмотрела на себя в большое зеркало-псише.
— Боже, какой у меня красный нос.
— Это от джина, — сказал Спейд.
— Дэвид! — воскликнула Кейт. Она называла его по имени только когда делала замечание. Точь-в-точь как их мать.
— Это от ледяного ветра, — сказала миссис Латимер, но хихикнула, показывая, что шутка ее не задела. Она изучала пальто в зеркале. — Не терпится его надеть.
— Завтра оно будет готово, — сказала Бекка.
— Чудесно.
Миссис Латимер расстегнула пальто, Кейт помогла ей его снять, а затем Спейд подал ей плащ. Завязывая ленту, скреплявшую его у шеи, она сказала Бекке:
— Я загляну завтра.
— Благодарю вас, миссис Латимер, — ответила Бекка.
Миссис Латимер вышла.
— Какая привлекательная женщина, — сказала Кейт. — Красивая, очаровательная, и фигура прекрасная.
— Если она тебе так нравится, так и приударь за ней, давай, — резко сказала Бекка.
— Приударила бы, если бы у меня не было кого-то получше, моя дорогая.
Бекка, казалось, смягчилась.
— К тому же, — добавила Кейт, — она не по нашей части.
— С чего ты так уверена? — спросила Бекка.
— Уж больно ей мой брат нравится.
— Ерунда, — со смехом ответил Спейд.
Он вышел из дома через черный ход. Когда они с Кейт унаследовали это место, Спейд построил свой склад сзади, где раньше был фруктовый сад, а сестра взяла себе дом.
Кейт и Бекка были как муж и жена во всем, что имело значение. Они любили друг друга и делили одну постель. Они были очень осторожны, но Спейд был близок с сестрой и знал ее тайну уже много лет. Он был почти уверен, что больше никто не знал.
Он пересек двор. Подойдя к своему складу, он увидел, как в ворота со стороны заднего переулка входит высокая фигура Эймоса Барроуфилда.
Была пятница, и Спейд ожидал его визита. Эймос был бледен и взволнован, с широко раскрытыми глазами, живое воплощение нервного напряжения. Спейд придержал дверь склада.
— Проходи, — сказал он.
Он провел Эймоса в свои личные покои. Они сели, и он сказал:
— У меня для тебя новости.
Эймос выглядел напуганным.
— Хорошие или плохие?
Спейд полез за пазуху и достал лист бумаги.
— Прочти.
Эймос взял его.
Это был рукописный банковский чек, выписанный на «Кингсбриджский банк Томсона», старейший из трех банков города, и он предписывал выплатить сто четыре фунта, тринадцать шиллингов и восемь пенсов Джозефу Хорнбиму.
Эймос, казалось, лишился дара речи. Когда он поднял глаза на Спейда, в них стояли слезы.
— Это заем, разумеется, — сказал Спейд.
— Не могу поверить. Я спасен.
Спейд, чтобы
