Другой Гарри - Inferiat
Вот только к нему присоединился еще один, чуть больше. Затем ещё один. Ещё. Не успел он оглянуться, как вокруг испуганного парня создалось медленно сужающееся кольцо огромных мохнатых существ разных форм и размеров. Их глаза зловеще поблёскивали в лучах его палочки, хелицеры нервно дёргались, издавая жуткий, скрежещущий звук.
Гарри медленно попятился, не отводя взгляда от приближающихся тварей, дрожащими пальцами сжимая палочку. Что-то ему подсказывало, что искры ему точно не помогут…
Один из пауков, самый большой среди собравшихся, поднялся на тонких лапах и щёлкнул жвалами.
— Мясо… — раздался скрипучий, едва узнаваемый голос.
Гарри сглотнул.
— Отлично, они ещё и разговаривают, — пробормотал он, облизывая пересохшие губы. — Послушайте… не ешьте меня, пожалуйста!
Но пауки, обступившие парня явно не слишком обращали внимания на слова добычи. Они обступили испуганного мальчика, словно бы привыкая к свету, и вдруг, словно по команде развернулись в другую сторону, шевеля жвалами…
— Спасибо… — произнес мальчик, подумав, что его слова все-таки были услышаны и тут, как-то очень близко раздался мощный рёв.
Громоподобный, низкий, сотрясающий воздух радостный рёв, от которого содрогнулся весь лес. Деревья задрожали, листья посыпались с ветвей. Гарри резко затормозил, едва не врезавшись в поваленное бревно.
— Г-Р-А-А-ааа!!! — Из-за кустов вывалилось нечто огромное. Тролль.
Это было массивное, кажущееся грубым и неуклюжим существо, ростом чуть более четырёх метров. В глазах мальчика оно выглядело еще больше, за счёт своей громоздкой, мускулистой фигуры. Кожа его была серовато-зелёной, покрытой грубыми наростами и бородавками. Голова непропорционально маленькая по сравнению с огромным телом, а череп словно врос в могучие плечи.
Лоб низкий и покатый, придающий существу тупое и невыразительное выражение лица. Глаза маленькие, глубоко посаженные, почти свинцового цвета, без блеска интеллекта, но с дикой, инстинктивной жестокостью и голодом.
Тролль, подслеповато щурясь в свете палочки, уставился на пауков, затем оскалился, поднял огромную дубину и довольно быстро обрушил её с глухим ударом вниз. Один из пауков взвизгнул и с хрустом оказался размазанным по земле. Тролль с радостью нагнулся, в один миг закидывая огромного паука в свой не менее огромный рот.
— Кшь-шьяя — большие пауки зашипели, набрасываясь на гиганта и пытаясь вонзить свои жала в его прочную и твердую шкуру.
Дальше Гарри просто не видел. Не став ждать он бросился в бегство, петляя между деревьями и освещая себе путь светом люмоса. Позади раздалось шипение и громкий стрекот множества лапок, бегущих с разных сторон на более агрессивную добычу. Он слышал, как они цепляются за корни, продвигаясь сквозь чащу, слышал, как листья шуршат под их тяжёлыми телами.
Всё, что он знал — ему нужно было бежать. Пока ещё не стало хуже.
* * *
Гарри бежал, не разбирая дороги, перепрыгивая через корни, скользя по влажной земле. Ветви хлестали его по лицу, но он не останавливался. Сердце громко стучало в груди, дыхание сбивалось. Он знал: стоит ему замедлиться — и его догонят либо пауки, либо тролль. Ветви деревьев угрожающе скрипели, окружая его со всех сторон. Лес жил своей не видимой снаружи жизнью, и Гарри чувствовал в нём всего лишь загнанным зверем.
Он бежал так до тех пор, пока мог. К счастью, бегать он умел долго. Этому способствовала устроенная кузеном игра: «Охота на Гарри». Мальчик ненавидел его за это…, но сейчас, от части. Самую капельку — был ему благодарен.
Сбоку послышался резкий, писклявый визг. Он раздался над ухом, заставляя Гарри рефлекторно пригнуться. Маленькое, чёрное создание с трепещущими крыльями пронеслось рядом и взвилось вверх. Оно завизжало, раскрыв крошечную пасть, полную острых зубов.
Докси.
Гарри не успел разглядеть, откуда они взялись, но теперь их была целая стая. Они выныривали из темноты, кружили вокруг, резкими рывками кидаясь к нему. Один впился в рукав его мантии, зубы проскользнули по ткани, чуть не доставая до кожи. Первокурсник замахнулся на него, пытаясь сбить ладонью, но существо ловко увернулось и с гнусным визгом взвилось вверх.
Его пальцы судорожно сжали палочку. Почему его просто не могут оставить в покое…
— Вингардиум Левиосса! — выкрикнул он в панике, направляя палочку на ближайшую Докси.
Тварь дёрнулась в воздухе, повинуясь движению палочкой, и с гулким хрустом влетев в ближайшие дерево. Но остальные лишь на мгновение зависли, а затем с ещё большей яростью бросились на того, кто потревожил их территорию. Гарри сделал несколько шагов назад, отчаянно направляя палочку на следующую цель.
— Левиосса! — крикнул он снова.
Одна из Докси подскочила вверх, беспомощно трепыхаясь в воздухе. Но остальные не остановились. Они налетали на него волнами, кусали за руки, за шею. Гарри вскрикнул, теряя концентрацию. Он размахивал палочкой, стараясь удерживать хотя бы одну из тварей, но их было слишком много.
Его кожа горела, в местах укусов жгло, как от яда. Голова закружилась, страх сковал его. И тут внутри вспыхнуло что-то странное — не мысль, не воспоминание, а будто зов, что-то, что он знал, но не знал откуда. Он стиснул зубы, ощущая усилившуюся в голове боль. Слова слышанного когда-то заклинания сами всплыли в памяти…
— Инсендио! — закричал он, направляя палочку в воздух.
Вспыхнуло яркое пламя. Воздух разрезал пронзительный визг — первая Докси вспыхнула, опадая на землю бездыханным трупиком. Пламя окрасило ночной лес в багровые оттенки, тени закружились, и на мгновение показалось, что сами деревья вспыхнули кровавыми всполохами.
— Инсендио! — почти с ненавистью выкрикнул Гарри снова, и сразу несколько летающих существ превратились в горящий пепел.
Визжащая стая взвилась выше, кружа в безумной панике. Ещё один взмах палочки — вспышка, жар, всполохи огня разорвали темноту. Гарри не остановился. Он снова и снова кидал заклинания в мелькающие силуэты, пока воздух не наполнился запахом гари и едким дымом. Его дыхание было сбивчивым, ноздри раздувались. Он смотрел, как последние Докси, ослеплённые огнём, бросились врассыпную, улетая в ночь.
В груди колотилась злость. Рука, державшая палочку, дрожала. Он и сам не понял, когда неуверенность сменилась решимостью, а страх и боль — глубокой злостью, граничащей с ненавистью.
Он глубоко вдохнул, унимая бешено колотящееся сердце и сжимая в руке магический концентратор, а зеленые глаза сверкнули отчаянной решимостью.
Если ему не помогут другие, он поможет себе сам.
* * *
Гарри не знал, как долго находится в этом лесу. Он просто упрямо шел вперед, жалея, что не выучил заклинание определения направления и времени. То, что они изучали в Хогвартсе
