Легенды и боги Рима. От погребальных ритуалов до восточных культов - Янник Клаве
• Этруски жили на севере полуострова, на Паданской низменности, их земли тянулись на юг до Тосканы; регион, в котором они преобладали, назывался Этрурией. Они жили в Италии с X века до н. э. (конец бронзового века), но их происхождение точно не установлено; по всей видимости, они переселились из Малой Азии. Это, несомненно, подтверждает их язык, который сильно отличается от остальных языков Италии, потому что он не относится к индоевропейской языковой семье. Этруски также были единственным народом, который по греческому образцу проживал в городах и вел активную торговлю, например, с финикийцами, которые обосновались на Сардинии с IX века до н. э. Этрусская цивилизация имела основополагающее значение для истории полуострова, поскольку оказала значительное влияние на римскую, особенно в сфере религии.
Италия в VIII веке до н. э.
• Что касается греков, начиная с VIII века до н. э., в ходе Великой греческой колонизации они заняли значительную часть юга Италии, включая Сицилию. Именно поэтому Южную Италию и Сицилию называют «Великой Грецией». Таким образом, греческие культы попали в Италию, а затем добрались до Рима.
Как трактовать легенду?
Из легенды об основании Рима можно извлечь много информации, которая позволяет не только уточнить обстоятельства появления Рима, но и понять религиозное сознание римлян, а также символическое значение, которое они вкладывали в свое мифическое происхождение и которое определило их идентичность.
Многозначность мифа для римлян
Необходимо попытаться отделить исторические факты от легенды, как это по-своему пытались сделать Тит Ливий и, в особенности, Дионисий Галикарнасский и как это делают современные историки. Но окончательно разделить их не всегда просто, потому что, как и во всех легендах, выдуманные детали более или менее тесно переплетены с достаточно реальными явлениями, которые нужны были для придания достоверности легенде в целом. Так, фигуры волчицы и пастуха вполне соответствуют реалиям Центральной Италии VIII века до н. э.: там водились большие стаи волков, которые регулярно нападали на пастушьи стада. Да и подавляющее большинство латинов действительно занимались скотоводством. Но легенда играет с двойным смыслом слова «волчица», по-латыни “lupa”: это слово греческого происхождения обозначало не только животное. Также им называли проституток, отсюда потом пошло слово “lupanar” (публичный дом, «лупанарий»). Так что волчица и проститутка Ларенция, вероятно, – один и тот же персонаж. Скорее всего, реальность была куда менее лестной и куда более неприглядной, нежели официальная легенда: пастух Фаустул взял двух младенцев и отдал их своей жене Ларенции, которая продавала свое тело местным пастухам… С другой стороны, выбор волчицы в качестве тотемного (то есть символического) животного для народа пастухов выглядит логичным: таким образом они метафорически приручили главного врага своих стад.
Капитолийская волчица (XI или XII век)
Эту бронзовую скульптуру, которая хранится в Капитолийском музее в Риме, долгое время приписывали этрускам и датировали V веком до н. э. Но на самом деле она была создана в середине Средневековья. В 2019 году этот факт окончательно подтвердил радиоуглеродный анализ. Фигуры близнецов добавили в эпоху Возрождения. Однако, согласно античным авторам, подобные скульптуры делали в Риме и Италии уже начиная с III века до н. э., хотя ни одна из них не сохранилась до нашего времени
В легенде об основании появляется также ряд типичных для Античности общих мест (которые называют “topoi” или «топос»), она во многом схожа с другими преданиями. Рассказ о близнецах, плывущих по Тибру в люльке, напоминает историю новорожденного Моисея, которого отправили плыть по водам Нила. У двух легенд, похоже, общий архетип – шумерский миф о месопотамском царе Саргоне I Аккадском, который, как считается, жил в III тысячелетии до н. э.: мать будущего царя тайно забеременела и родила его, а потом решила положить новорожденного сына в тростниковую корзину и пустить по воде Евфрата. Его нашел и приютил землекоп, роющий колодцы. Он вырастил мальчика как собственного сына.
Точно так же противопоставление Амулия и Нумитора выглядит крайне схематичным и отражает единодушно осуждающий взгляд на тиранию, который в Античности разделяли как греки, так и римляне: олигархическая или даже единоличная власть считалась допустимой до тех пор, пока не переходила определенные границы; а после них она превращалась в чрезмерно жестокую и, значит, в «тиранию». В легенде Амулий наделен всеми отрицательными чертами типичного тирана. Не стоит забывать, что такие авторы, как Тит Ливий и Дионисий Галикарнасский, писали в эпоху Августа, одновременно поддерживая новый политический режим, который установил император. Суть состояла в том, чтобы дать римлянам отталкивающую фигуру (Амулий) и в то же время показать, насколько сбалансированным был новый режим и как далек он от тирании…
Упорство, с которым римские авторы настаивают на деревенском происхождении Рема и Ромула, показывает, насколько важными римляне считали сельскую местность и земледелие: внимание к земле, жизни в деревне и «здоровому» образу жизни, который является ее следствием, – одна из основных характеристик римского менталитета и mos maiorum. С другой стороны, Плутарх, греческий автор II века, дает иную версию детства и отрочества близнецов (они воспитывались в Габиях по приказу их деда Нумитора). Это иллюстрация иных культурных представлений греков (дети царского рода должны получать лучшее образование в городе). Трудно выбрать между двумя версиями отрочества близнецов, но желание старого царя присматривать за внуками кажется не таким уж абсурдным.
Легенда как оправдание для божественного вмешательства
Римляне видели в легенде свою мораль, которая в особенности относилась к религиозным вопросам. Убийство Ромулом Рема имело определенные основания. Оно должно было послужить примером и предупреждением: ведь Рем действительно не согласился с вердиктом богов и нарушил древний обряд, который начал его брат. Итак, для римлян подчинение воле богов и строгое соблюдение обрядов – то есть проявление “pietas”, набожности, – было одним из важнейших условий поддержания pax deorum.
Таким образом, легенда об основании города создавалась и постепенно пересоздавалась на протяжении многих веков. Из нее мы узнаем не только о происхождении Рима, но и о том, как римляне воспринимали себя и легендарную историю своего города. Большинство римских авторов опирались на легенду, чтобы подвести весомые основания под «естественное» право Рима господствовать не только над
